Спенсер

Хэванс Керри

Я смотрю на него, а он стоит надо мной со скрещенными руками.

— Но она не работает.

— Нет, потому что она потеряла работу, гений. Так что она подумывает о смене карьеры.

— Почему я не знаю об этом?

— Потому что ты носишься кругом с голой задницей. Ты хоть знаешь, почему она приехала сюда? — я качаю головой. — Ее босс домогался ее и зашел слишком далеко.

— Что? — ярость возвращается обратно.

— Остынь, приятель, она справилась с этим, — смеется он. — Она с ним справилась. Но, по-моему, она приехала сюда, чтобы убежать от всего

этого и решить, чем хочет заняться. Мэгс пыталась заставить ее понять свой потенциал. У нее есть страсть и любовь к шоколаду, и она мечтала заняться этим в течение уже долгого времени, и теперь имеет прекрасную возможность, но угадай, кто ей мешает.

— Я не знаю.

— Нет, ну вы оба были слишком заняты, играя в свои игры. Но это должно закончиться здесь. Рано или поздно ты должен будешь кому-то довериться настолько, чтобы впустить в свое сердце. Ты не можешь вечно прятаться от этого. Но если это не она, тогда отпусти ее, чтобы она могла жить своей жизнью.

Я откидываюсь на спинку дивана и смотрю в потолок.

— Поступи правильно, Спенсер, — говорит он и затем уходит.

Вот оказывается как… У нее был плохой период в жизни и она приехала сюда, чтобы забыть об этом и двигаться дальше. А затем появился я и все испортил.

Но она играла со мной. Врала мне, позволяла думать, что я имею дело с двумя разными людьми. Это она задала тон всему этому, не я. Я просто играл в ответ. Но никто из нас не знает, когда остановиться.

Все это такой бред.

В основном я уничтожаю себя и свою жизнь, как Уилл и говорит. Так что теперь мне нужно сделать все правильно.

С покорным вздохом я ухожу. Мне надо собираться.

Суббота, 25 июля

Джаз

Уже совсем светло, когда я открываю глаза; наверняка уже поздно. А еще у меня болит голова. Вчера вечером я выпила слишком много, и сейчас воспоминания начинают возвращаться. Да, я много пила. Ох, может, я посплю еще немного? Снова закрыв глаза, я пытаюсь заснуть.

Подождите-ка, у меня же бой со Спенсером?

У меня есть смутное предчувствие, что случилось что-то очень плохое. Боже, мне нельзя пить текилу, ведь теперь я не могу точно вспомнить, что произошло. Знаю, что он пошел за мной в туалет, и я накричала на него. Помню Эвана, Спенсера и какую-то компанию. После этого все словно в тумане. Затем я вспоминаю момент, когда я на кухне Спенсера ищу… о, черт! Тунец! Я закрываю глаза. Я залезла в его дом и положила тунец в его шкаф? Господи.

Я смотрю на свой телефон. Который час? Черт. Час дня.

Есть уведомление о новом твите от Спенсера, которое пришло несколько часов назад. Возможно, он обнаружил запах.

SPENCER @TheSpencerRyan

Ищу владелицу этой туфельки, и ей придется заплатить, ЧЕРТ ВОЗЬМИ! @OMGJazzyP нам нужно поговорить! #ЧокнутаяЗолушка pic.twitter.com/gJ961tVB3x

О. Черт.

Когда смотрю на то, что сделала, я вспоминаю все. Прикрываю

рот рукой. О чем я думала? Боже мой, это же отвратительно. Выпрыгнув из постели и стараясь не замечать жгучей рези в глазах, я бегу вниз по лестнице и останавливаюсь в дверях кухни. Мэгс сидит на табурете у кухонной стойки и смотрит в ноутбук.

— Доброе утро, — говорит она, отстранившись от него и не выдавая своего настроения.

— Доброе утро, — осторожно отвечаю я.

— Как ты себя чувствуешь?

— Нехорошо, — моя голова раскалывается, я чувствую себя ужасно, но это ничто по сравнению с тем, как глупо я себя ощущаю.

Я жду, что она что-то скажет, а она просто смотрит на меня. Мне нужна вода, поэтому я нарушаю наш зрительный контакт, чтобы взять стакан, а Мэгс мгновенно возвращается к работе. Выпив стакан воды, я наливаю еще и поворачиваюсь к ней лицом. Она кликает по паре ярлыков на экране и печатает.

— О, — спокойно говорит она, не поднимая глаз. — На всякий случай. Если тебя это волнует, Уилл сказал, что он нашел туфлю, — тут же она разворачивает экран ноутбука ко мне и показывает беспорядок, который я устроила.

Я прикрываю лицо руками.

— Ты понимаешь, что выглядишь как сумасшедшая, да? — спрашивает она, но я слышу сдавленный смех в ее голосе.

Глядя на нее, я стараюсь не улыбаться, даже когда начинают катиться слезы.

— Это не смешно, Мэгс, — я задыхаюсь, разрываясь между слезами и смехом.

— Нет, ты права, нет, — говорит она, пытаясь сохранить серьезное лицо. — О чем ты думала?

Я качаю головой, вытирая глаза и пытаясь взять свои эмоции под контроль. Махнув рукой в сторону экрана, я пищу:

— Я явно не думала.

Смех прорывается и слезы текут по моему лицу. Мэгс теряет контроль. Ухватившись за бока, она тоже смеется и плачет.

— Чокнутая Золушка, — удается ей выдавить между хихиканьем.

— Нет, Мэгс, — наполовину всхлипываю я. — Это не смешно. Это нанесение ущерба!

Мэгс пытается взять себя в руки.

— Иди сюда, — говорит она, все еще хихикая, но действительно пытаясь быть серьезной, и протягивает руки. Я подхожу к ней и позволяю ей обхватить меня руками, так что могу плакать на ее плече.

Уткнувшись лицом в ее топ, я прихожу в себя от первого шока и начинаю думать. Как он отреагировал? Уверена, что он в ярости. Я вздыхаю. Нужно встретиться с ним прямо сейчас.

— Он бесится? — глухо спрашиваю я, находясь в медвежьих объятиях Мэгс.

— Очень зол, — отвечает она, успокаивая меня нежными поглаживаниями по спине и волосам.

Я поднимаю голову и смотрю на нее.

— Что он собирается делать?

Мэгс пожимает плечами.

— Что он может сделать?

Я отстраняюсь и сажусь на стул рядом с ней.

— Вызвать полицию?

— Да я не думаю, что он пойдет на это.

— Уилл был зол?

— Думаю, больше шокирован. Он не знал, что ты можешь совершить такое.

Я закрываю руками лицо.

— Мне так стыдно.

Мэгс с сочувствием потирает мои плечи и шепчет:

— Да, это стыдно, — затем она снова смеется.