Солнце на красном
Шрифт:
— Ты уверен, что стоит доводить до всех информацию о нас? — спрашивает Райн.
— Поверь, мы умеем хранить секреты! Если придётся, даже ценой собственной жизни. Ничто не заставит нас отказаться от абсолютной правдивости и открытости. Это основополагающий принцип Союза Свободных Общин!
Впрочем, я хотел поговорить с вами не об этом. У нас возникла проблема. Вы ведь в курсе, что в поясе астероидов имеются не только Свободные Общины, но и несколько откровенно бандитских образований? Так вот, в последнее время они совсем потеряли
Мы с Райном переглядываемся.
— Да, конечно! — отвечаю я.
Глава 45
Ноэх, один из трёх пилотов общины, уже ждёт нас в коридоре.
— Давайте не будем терять времени! — настаивает он. — Вылетим прямо сегодня, там заночуем, чтобы завтра без спешки собрать всех и успеть вернуться не слишком поздно!
— Хорошо, — отвечает Райн.
Дейн вызывается лететь с ним, я же остаюсь, ведь в нашем флаере не так много места.
На этот раз Эя зазывает меня к себе, и я, наконец, вижу её дочь. Худенькая рыжеволосая девочка, удивительно похожая на мать, полулежит в креслице, развёрнутом к окну. Она выглядит совсем крохой, месяцев шести на вид, хотя на самом деле в два раза старше.
— Мне приходится оставлять её одну, чтобы не привлекать внимания, — объясняет Эя. — Как будто её нет.
Она берёт девочку из кресла и прижимает к себе.
— Окна снаружи непрозрачные, а отсюда хороший обзор. В оранжерее постоянно ходят люди, всё растёт, меняется. Только никто не скажет, воспринимает ли она это вообще.
Эя касается губами головы дочери.
— Здесь очень двоякое отношение к жизни, — продолжает она. — С одной стороны, каждый человек, и даже ещё нерождённый ребёнок, ценен и важен для всей общины. С другой, мы с детства усваиваем, что надо быть готовым в любой момент расстаться с жизнью. Потому что есть вещи, которые хуже смерти.
И то, что в таких случаях предусмотрена эвтаназия, это не оттого, что люди у нас безжалостные и немилосердные. Когда мы узнали, что Мие нельзя помочь, многие плакали вместе со мной.
Знаешь, при нападении пиратов, если община терпит поражение, женщины убивают своих детей, а потом себя вместе с врагами, когда те в предвкушении лёгкой добычи приблизятся к ним. Так лучше, чем…
Такого не случалось уже давно, но те, кто старше меня, застали. Я слышала леденящие кровь рассказы о том, что они видели на базах разгромленных общин. Даже видео в информатории есть, но я не могу такое смотреть. Прости, я говорю о таких вещах…
— Ничего, — отвечаю я.
Её слова вновь окунают меня в трагическую историю маминой семьи. Я перевожу дыхание и продолжаю:
—
— Я тоже, — отвечает Эя.
— А что будет на Совете? — спрашиваю я, чтобы перевести разговор на другую тему.
— Вы расскажете о том, зачем сюда прилетели. Вам будут задавать много вопросов. После этого будет перерыв на обед, все разойдутся по базе, станут обсуждать и согласовывать в информатории варианты для голосования. Затем соберутся опять, чтобы проголосовать. После того, как примут решение, будут уточнять с вами детали сотрудничества и распределять, кто и что будет делать. Но хватит о делах, давай лучше чай пить!
— Подожди, насколько я знаю, в Союзе более 300 общин. И от каждой из них сюда прибудет представитель?
— Не от каждой, часть из них находятся слишком далеко отсюда, но человек 200 наверняка соберётся. А если быть точной, то в Союзе сейчас 349 общин. И их количество постепенно увеличивается. Естественным путём: они разрастаются и делятся! Нас тут уже больше ста тысяч!
— Люди всю жизнь живут там, где родились?
— Кто как. Некоторые переселяются из-за того, что вступают в брак с человеком из другой общины. А кто-то из-за учёбы. Не всегда дома можно найти наставника по той профессии, которую желаешь получить.
Вот увидишь, к нашему Хету точно кто-нибудь будет проситься в ученики! Он давно носится с идеей продолжить терраформирование Кенны, и это многих вдохновляет. Он даже на один из Советов её выносил, но, увы, там решили, что у нас слишком мало ресурсов. Да и опасно это, можно привлечь недоброжелательное внимание Иттана. Тем не менее, все его поддерживают, и когда кто-то туда летит, обычно выполняет его мелкие поручения.
Мы засиживаемся допоздна, и Эя предлагает заночевать у неё в комнате.
Я просыпаюсь от странного вызова на инте тану. Несколько секунд лежу, не понимая, что происходит. Эя уже успевает вскочить с кровати.
— Это сигнал тревоги! — обеспокоенно произносит она.
Я бросаюсь одеваться. Вскоре раздаётся сообщение, что к нашему астероиду движется больше десятка флаеров, причём как минимум три больших десантных.
— Ничего себе, — изумляется Эя. — Они даже объединились!
— Кто? — спрашиваю я.
— Пока не совсем ясно. Ты, наверное, успела прочитать в информатории, что в поясе астероидов есть четыре государства. Два — чисто бандитские, ещё два образовались из деградировавших общин. Они обычно воюют между собой, а к нам не лезут. Так, по мелочи пакостят. Воруют и портят оборудование, нападают на одиночные флаеры.