Солнце Бессонных
Шрифт:
Когда фары знакомого мне джипа выхватили нашу машину из темноты - к тому времени я выключила свет, и мы сели в машину, Еву била нервная дрожь, а я, к своему позору, обгрызла несколько ногтей.
Калеб был так зол, когда вышел из машины и направился к нам, что двигался немного быстрей нормального парня. К моему величайшему облегчению, Ева ничего не заметила, так как проснулась Бет и ее начало тошнить. Пока Ева отвела ее в кусты, меня почти волоком вытаскивали из машины пара потеплевших, раздраженных рук.
– Вы что,
Я была так взволнована его близостью, что даже не смогла ответить ему колкостью. В гневе его глаза, казалось, сверкали. Как я могла соображать рационально?
– Что с Бет?
– так и не получив никакого ответа, вновь спросил Калеб.
Я наконец-то смогла заговорить, подавив в себе дрожь:
– Немного перепила. Поэтому мы и отстали.
Я вздрогнула: слишком пристально и мрачно Калеб смотрел на меня.
В чем моя вина? Я просто переживала за Бет.
– Почему Бет пила?
Я сбивчиво начала объяснять, сама не понимая, почему у меня такой виноватый голос. Он не выказывал своих эмоций, не дергался, а просто молча, слушал все, о чем я говорила.
– Надо было позвонить мне, пока вы были еще в Лутоне, - гаркнул Калеб, вдруг сжав меня сильнее, почти прижимая к себе.
– Я не собираюсь перед тобой отчитываться, - по-детски надулась я.
По его лицу пробежала странная тень. Я вся напряглась, со всей остротой сознавая, что прижимаюсь к его широкой, сильной груди. Его дивный запах опьянил меня, в голове немного помутилось, как это часто бывало от такого близкого общения с вампирами. Я презирала себя за слабость. И оставалась бессильной перед своими чувствами.
Калеб пристально смотрел на меня. Я наделась лишь на то, чтобы выражение моего лица не выдало мыслей, роящихся в моей голове в этот миг. Покраснев, я облизала губы и едва смогла выговорить:
– - Отпусти меня.
Я почувствовала огромное облегчение, высвободившись из его рук. Остро ощущая его присутствие, я так же чувствовала напряженность между нами. Мне никогда в жизни не было так холодно, хотя думаю, что трясло меня от нервного перенапряжения.
– - Вот упрямая девчонка! -- произнес Калеб холодно. -- Рейн, прошу тебя, прекрати ребячиться. Все серьезно, а если бы кто-либо тут пристал к вам?
– - Значит, я ребенок? -- я чувствовала себя глубоко обиженной.
Он молчал, и я пожалела, что заговорила об этом.
Калеб скрестил руки на груди и усмехнулся:
– Прямо говоря - да. Будь ты умней, позвонила бы еще из Лутона.
– Так я еще и глупая? Ну это уже хамство!
Он, промолчал, отвернулся и пошел к Еве, придерживающую голову Бет. Я не стала идти к ним, боясь, что и меня начнет тошнить. Мой нос улавливал теперь слишком много неподходящих запахов. Да мне от одного вида, как конвульсивно содрогается
Чтобы забыться, я набрала номер матери Бет, Мишель.
– Миссис Фослер? Это Рейн...
– Что-то случилось?
– вырвался из трубки тревожный голос миссис Фослер. В моей голове нарисовалась сразу же пара глаз, таких же оливково темных, как и глаза Бет, только вот веселости в них не было не грамма, даже в моем воображении.
– Все в порядке, просто Бет укачало, и она заснула в моей машине, так что можно Бет переночует сегодня у меня, а завтра мы приедем вместе на службу?
Мишель Фослер вместе с Самюель пела в церковном хоре и я, безусловно, знала, как ее подкупить.
Вдруг очень четко на фоне ночной тишины раздались характерные звуки, издаваемые Бет.
– А это что?- голос миссис Фослер стал подозрительным.
– Кажется, Калеб отравился в китайском ресторанчике, и его тошнит.
Я мстительно улыбнулась, зная, что Калеб меня слышит.
– Может, привезешь его к нам? Сдается мне, его отец вновь уехал из города, - начала переживать мать Бет, и я выругалась про себя.
– Нет-нет, ему уже лучше, у меня были с собой лекарства от отравления, мне они постоянно нужны.
Зная, как люди реагируют на мою беременность, я приплела свое положение. Миссис Фослер сразу же смолкла, очевидно, почувствовал себя некомфортно. Конечно же, я не любила манипулировать людьми, но что делать, если я знала, какой бывает настырной мама Бет.
– О, хорошо милая, спасибо, что позвонила, - голос Миссис Фослер стал сразу же расслабленным, - но если ему станет хуже, не стесняйся позвонить даже ночью. Знаю я эти китайские ресторанчики, а ему скажи, что не надо есть, если его желудок не предрасположен к такой еде.
Да уж, желудок Калеба действительно не был предрасположен к еде, простой и нормальной.
– Обязательно скажу, - пообещала я ей, и отключила трубку, когда на том конце услышала гудки.
– Я не люблю китайскую кухню, - прозвучал рядом знакомый голос и резко обернувшись, я увидела Калеба, несущего на руках Бет, стонавшую и вздыхающую, словно ей тяжело было дышать. Увидев ее, я поняла, что впереди у меня долгая ночь, и что хуже всего, рядом будет Калеб. Самой захотелось застонать. Если бы не Бет, я бы спокойно ворочалась в кровати, думала о Калебе и скоро бы заснула. Теперь же мне предстояло наслаждаться его мучительной близостью. Еще одного вечера дружелюбных разговоров я не переживу. Теперь я понимала, почему Бет так напилась, но, к сожалению, проблемы такой вариант не решал.