Сны Эстер

Salvill Vilder

— Так что же, вы со мной не согласны? — продолжил вещать человек в берете. — Ну же, не молчите, или внезапно напала немота?

— Нам надо идти, — отвлечённо глядя куда-то сквозь него, тихо ответил Арлен, снова делая попытку его обойти, но нежданный собеседник оказался проворнее.

— Я мельком услышал ваш разговор…

— Подслушивать неприлично, — кисло перебил его маг.

— А куда вы спешите?

— На работу.

— В такой час? — ухмыльнулся оратор.

Арлен снова свернул в сторону, чтобы обойти агитатора, но снова не вышло.

— Ну не будьте занудой!

Вот вижу, что простой работяга…

— Которому вы мешаете дойти до места работы.

— Нет, я лишь пытаюсь открыть вам всем глаза, замыленные прессой и громкими обещаниями, стабильностью и той вязкой механизации, того, во что превратилась наша жизнь. Мы так и остались винтиками и шестерёнками в системе. Взгляните на жизнь трезво: разве мы получили равноправие? Аристократы как вытирали о людей ноги, так и продолжают. Меценатство, благотворительность, фонды… Блеф! Враньё! Сколько можно это терпеть?

— Что? — В этот момент даже Эстер не смогла понять, действительно ли он в очередной раз «не вовремя» отключился от мира, или просто притворялся; но серый берет такое невнимание к себе ничуть не смутило, он вроде даже и не заметил, что говорит скорее с воздухом, чем с ушедшим в себя окончательно Арленом, который даже смотрел куда-то в неопределённую сторону, и продолжил давить массой слов:

— Пока мы не поднимем массы, пока среди нас, как среди магов в своё время, не появится свой Редрейвик Талаад, нас даже не будут слушать! Но нам такой способ не годится, мы же не какие-то там отпетые дикари, мы пытаемся продвинуть народ к власти законно…

— Вы бы полегче со сравнениями, — вдруг вмешалась Эстер, — а то так поставили в один ряд сразу и магов, и дикарей! Хоть бы думали, а вдруг с одним их них говорите?

— А что, говорю?

— Вообще-то, да! — решила продолжить отвечать девушка.

— И где же тогда фамильяр? — ухмыльнулся оратор.

— А вы с ним говорите, — прежде, чем успела что-то сказать Эстер, вернулся Арлен.

Девушка сначала не поняла, о чём он, но на всякий случай приняла как можно более оскорблённый вид. Серый берет слегка замешкался, чем Арлен и решил воспользоваться.

— Неловко вышло, да? — вдруг сменил тактику маг, выйдя из глухой обороны; от какой-то неуловимой, скользнувшей, как змея, интонации у Эстер даже холодок по спине пробежался. — Что ж вы пропускаете столько важных деталей? Не пропустите, смотрите, миг своего триумфа над загнившей аристократией, а то ваши золотые часы, которые вы держите во внутреннем кармане, спешат из-за дефекта на пару минут. Боюсь, скоро вам придётся искать мастера, что сможет вправить столь уникальный механизм. Я знаю парочку таких, они мои коллеги, только скорее всего, если вы сейчас не вернётесь к промыванию мозгов простых зевак и не перестанете приставать к занятым людям, за ремонтом вам придётся ехать туда, где вы их купили… А, нет, прошу прощения — заказали. Ну или можно обратиться к нам, но тогда не удивляйтесь, когда при следующей очень скорой поломке внутри золотых деталей вы не найдёте, потому что они уже будут переплавлены на чьё-нибудь обручальное кольцо. Я могу идти?

Эстер заметила, как потихоньку

рассасывается толпа позади них. Полицейский снова обрёл сувенирный вид и вернулся к углу здания. Серый берет растерянно кивнул, напоследок обжёг ненавистным шагом и вернулся на клумбу, хотя слушать его осталось от силы человек пять. Арлен убедился, что нездорового интереса к нему больше никто проявить не желает, и спокойно двинулся прежней дорогой, растеряв едва закрепившийся ореол неуловимой угрозы. Эстер тихо хмыкнула и пошла следом.

— Слушай, тебе в актёры надо, — заметила она с усмешкой.

— Слишком грубо… — снова невпопад, словно случайно задумавшись вслух, пробормотал маг.

— Что?

— Ничего, — быстро отмахнулся Арлен, уже сворачивая в переулок к служебному входу.

— И ты действительно всё это сделаешь? — не могла не задать вопрос девушка.

— Что сделаю?

— Что ему намёками наговорил.

— Конечно же нет, — с каким-то испугом ответил он. — Во-первых, это не в моих правилах, а во-вторых, при всём том уважении, которым я порой бессовестно пользуюсь, по моей просьбе никто на это не пойдёт, потому как это: а) потеря клиента, и — б) пятно на репутации, а нам ни того, ни другого не надо.

— Не думала, что он прям так сразу свернётся, — оглядываясь, заметила она.

— Их просто учат не связываться с архимагами, — пояснил он.

— А причём тут архимаги?

— Только у них фамильяр способен превращаться в подобие человека. Кстати, спасибо, что подыграла.

— Да пожалуйста… Стой, это я, то есть, подобие человека?

— Не цепляйся к словам.

Девушка пренебрежительно фыркнула.

— А кто такой Ред… Редер… короче, тот, который типа должен у них свой появиться? — не унималась Эстер.

— Редрейвик Талаад? Архимаг и предводитель одной из крупнейших революционных шаек, что в итоге свергли ютианский режим. Прославился тем, что хитростью разрушил Башню Фамильяров, — уже на входе в незнакомую дверь, ответил ей Арлен. — Всех подробностей не знаю, я не историк.

— А чего у них у всех имена такие, что хрен запомнишь?

— У них? — явно не понял он.

— У архимагов.

— А, ты об этом… Так исторически сложилось, а я, напомню, не историк… — Отмахнувшись снова от Эстер, он прошёлся до конца коридора и остановился у развилки, не решаясь пойти ни в одно из направлений. — Эберет, не таись, я знаю, что ты здесь!

Где-то справа открылась дверь, некоторое время Эстер не видела, кто идёт по коридору, но потом из-за угла наконец вышел незнакомый темнокожий мужчина. Заметив девушку, он как-то смутился и слегка растерял жизнерадостный вид за этим делом. В общем, было отчего: пожелтевшая майка вместо того, чтобы закрывать его бронзовый с прилипшими мелкими опилками торс, была намотана на голову из соображений защиты от стекающего с волос пота. Смотрелось это не особо культурно, но Эстер смутило не очень сильно. Она только старалась сама не засмотреться на него, чтобы не вгонять его в смущение ещё сильнее. А посмотреть было на что: сложен мужчина был суховато, но знатно, а блестящий на коже пот только подчёркивал рельефные мышцы.