Сновидения
Шрифт:
?????
Я задыхалась.
Широко открыв глаза, я с ужасом поняла, что не могла пошевелиться. Ни руками, ни ногами, ни даже головой. Вихрь ужаса охватил меня, поселив в душе холодное отчаяние. Неведомая сила разгорячённо сдавливала мои грудь и шею. Я не могла дышать. Жалостливо хрипя, с замирающим криком во взгляде, я нещадно пыталась возвратить власть над своим телом.
Солнце уже давно поднялось над горизонтом, пробиваясь сквозь плотные шторы. Мороз ночи сменился нещадной духотой. Воздуха не хватало. У меня стала кружиться голова, а зверские попытки подчинить недуг не увенчались
По стенам комнаты поползли человеческие тени, громко, приторно смеясь в унисон. Минуту они ещё наблюдали за тем, как всё моё тело содрогалось. После, удовлетворившись, отступили, как и удушье. Я закашляла, испуганно обхватив шею руками. Не дожидаясь очередной напасти, босиком вылетела из комнаты. Я бежала и кричала, пропадая в лабиринте поместья, видя перед собой только мыльные очертания из-за горьких слёз, которые горячо неслись по ледяным щекам. Пару раз запиналась и падала, поднималась и продолжала бежать. До тех пор, пока не заметила знакомые силуэты двух охотников — Шинобу и Кёджуро.
«Какое счастье, что они здесь!»
Я с трудом остановилась, уже кожей ощутив непонимающе-вопросительные взгляды. Громкий вскрик застрял в горле, стоило мне поднять голову и уставиться в упор на молоденькую женщину рядом с охотниками, которая до этого оставалась незамеченной.
— Что такое, Нана? — спросила черноволосая девушка, в лице которой я узнала знакомые черты Матери.
Она вернулась.
Часть 16 «Кошмар наяву»
«Нана?» — подумала я и посмотрела на охотников изумлённо испуганными глазами, не поверив в происходящее. Моё лицо растерянно вытянулось и побледнело. Вдруг, замахнувшись левой рукой, я звонко ударила себя по щеке, задев край губы, из которой вмиг потекла горячая кровь. Потом опять хлестнула себя по уже другой стороне лица, и никто из присутствующих не рискнул остановить меня. Но, как на зло всему, кошмар, в который я попала, не прекращался. Окружённая охотниками, передо мной величественно стояла дьяволица Мать. Чёрная чума, ворвавшаяся в стены поместья бравых мечников, борющихся со злом. Мать неизменно жутко смотрела на меня, налившимися кровью глазами, в которых закипали адское ехидство и безграничное превосходство. Я застыла на месте, как будто ярость мешала мне говорить, и отчаянно уставилась в глаза Шинобу, увидев в них своё истинное отражение.
— Нана, вы в порядке? — Первой отмерла мечница и заговорила ровным, сдержанным тоном, в котором просачивалось едва уловимое пренебрежение. Я оттаяла вместе с молодой женщиной и спешно ощупала своё лицо, которое оказалось родным и таким же холодным, как полы и стены.
«Я осталась прежней…» — быстро сообразила я, горячо пытаясь совладать со своими эмоциями.
В любой момент у меня могла начаться неконтролируемая истерика, хотелось подпрыгнуть на месте, взмахнуть руками и кричать до потери сознания, как сумасшедшая.
«Мать вернулась, но никто не видит её истинный облик. Неужели это и есть её способности?» — я думала и
— Что ты здесь делаешь? — Не выдержав, посмотрела я исподлобья на Мать, та лукаво заулыбалась.
Я задыхалась от жгучей ярости, сжимала и разжимала кулаки до белизны костяшек, готовая в любой момент броситься на дьяволицу и задушить её голыми руками. Та только и делала, что молчала, игриво склонив голову на бок, прячась в тени стен поместья, куда не проникали лучи света. Её глаза тяжело и надменно блестели, как у спортсмена, который был на финишной прямой. Дьяволица, сцепив за спиной руки замком, триумфально наблюдала за происходящим.
— Вы не помните Мэй? — более настойчиво и холодно продолжила Шинобу, обращая на себя всё внимание. Я захотела взвыть от безысходности. — Мы можем вам чем-нибудь помочь? — спросила она и осторожно выступила вперёд, загородив правым плечом дьяволицу. Потом кратко моргнула, пару раз сердито покрутила головой, словно засомневалась в своих словах, крепко сжала зубы и вернулась в привычное состояние.
Мне поплохело. Во взглядах охотников чувствовалось напряжение, давящее на меня тяжёлым грузом. Глубокое безмолвие, тотчас воцарившееся, загробным холодом заскребло душу. Повинуясь странному порыву упрямства и глупости, я потянулась к Кёджуро и зашептала с надеждой в голосе:
— Ты не узнаёшь меня? — Едва шевелила я холодными губами, отчаянно заглянув ему в глаза.
Мужчина непонимающе приоткрыл рот, беспомощно и мучительно окинув меня взглядом. Словно до этого он был уравновешен, придерживался строгого и единого плана, но мои слова нахлынули на него холодной волной и вмиг всё потревожили. Кёджуро резко оживился, словно выпил залпом бодрящий напиток. Вмиг на его лице отразилось смятение, мужчина волнительно осмотрел меня и дьяволицу, будто видел нас обеих впервые. Улыбка, теплящаяся на его лице, криво задрожала. С каждой секундой он начинал мрачнеть и всё чаще хмуриться, опустив горячую ладонь на рукоять катаны.
Заметив это, дьяволица ослепительно заулыбалась, непринуждённо коснулась крепкого плеча мечника и грубо его сжала. Кёджуро тихо задрожал, словно вёл внутри себя ожесточённую войну, а потом накрыл лицо руками и резко протёр глаза рваным жестом, отогнав все сомнения. Он выпрямился и вновь посмотрел на меня, лицо его побагровело от напряжения, взгляд помутнел и потерял привычную краску.
— Прошу прощения, мисс Нана, я не понимаю, о чём вы! — воскликнул он, но голос его заскрипел от ноющей печали.
Дьяволица веселилась, напустив на охотников невидимые чары. Всё вокруг резко переменилось и напряглось, став чужим и диким, как в самую глубокую зимнюю ночь. У меня по всему телу льдом пронеслось ощущение, словно из стен и окон резко выросло множество жутких глаз, вцепившихся в мою спину голодным взглядом. Кровь отпала от моих щёк, лицо посерело и сморщилось в гримасу ужаса. Глаза расширились, как у обезумевшей, болезненно заблестели и раскраснелись. Губы скривились и опустились с дрожью уголками вниз, брови грозно сдвинулись. Я начала кусать губы и ощутила, как по щекам понеслись неконтролируемые слёзы. Сознание вмиг потемнело от страшных мыслей.