«СМЕРШ»: операции и исполнители
Шрифт:
Скорцени и Грейфе не прекращают работу над планом операции. Вскоре Кальтенбруннер утверждает общую схему: Таврина перебрасывают по воздуху в одну из ближайших к столице областей, затем он пробирается в Москву и, устроившись там на жительство, разведывает местонахождение и маршруты поездок Сталина, изучает пропускную систему на торжественных заседаниях и Красной площади, проникает туда и в удобный момент совершает террористический акт.
Для оказания помощи Таврину, а главным образом для неусыпного контроля за его поведением и действиями в советском тылу, принимается решение перебросить вместе с ним его сожительницу Лидию Бобрик [13] (по
13
Она же — Лидия Адамичева.
Ее главная задача — добиться во что бы то ни стало решительных действий Таврина по выполнению задания. При малодушии, трусости, умышленной задержке покушения она должна реагировать не столько словом, сколько силой оружия. Ей были даны категоричные инструкции: в случае прямого предательства Таврина — убрать его…
В начале января 1944 года в кабинете начальника Главного управления имперской безопасности обер-группенфюрера СС Эрнста Кальтенбруннера состоялось секретное совещание. Присутствовал узкий круг лиц: сам хозяин, явно нервничающий, бригаденфюрер СС Вальтер Шелленберг и его подчиненные: Отто Скорцени, Генрих Грейфе и начальник «Русланд-Норд» штурмбаннфюрер СС Отто Краус. Обсуждался окончательный вариант операции, которой было дано кодовое название «Возмездие».
После двухчасового обсуждения план операции был утвержден. Срочно готовятся образцы различных советских документов, штампов и печатей, трофейного обмундирования, предметов фронтового обихода. Таврину шьют общевойсковую форму майора Красной Армии, к которой прикрепляют Золотую Звезду и высшие боевые ордена СССР (принадлежавшие генералу Шепетову). Для документального прикрытия этих наград ловко фабрикуют орденские книжки. Диверсанта снабжают даже специально отпечатанными номерами газет «Правда» и «Известия», где в списках награжденных Указом Президиума Верховного Совета СССР красовался сначала капитан, затем майор Таврин, а также помещались его фотографии. Никому и в голову не могло прийти, что газеты фальшивые и существуют в одном экземпляре.
В подтверждение легенды о тяжелом ранении, будто бы полученном в бою на границе с Польшей, Таврину настойчиво предлагают сделать специальную хирургическую операцию, в результате которой одна его нога станет короче. Однако Таврин наотрез отказывается. Тогда его помещают на три недели в одну из лучших клиник, где с помощью скальпеля искусными шрамами имитируют тяжелое осколочное ранение в область живота и левого бедра и подкрепляют эти шрамы и рубцы справками «советских госпиталей».
Чтобы свести к минимуму неизбежные расспросы и проверки Таврина на советской территории, ему определяют должность заместителя начальника отдела контрразведки «СМЕРШ» 39-й армии 1-го Прибалтийского фронта и вручают служебное удостоверение оперативного сотрудника «СМЕРШ».
Надежные документы подготовили и для его напарницы. Лидия Бобрик превратилась в Лидию Шилову, младшего лейтенанта административной службы, секретаря особого отдела дивизии.
Обоим выдали командировочные предписания о том, что они следуют по срочному вызову в Москву, в Главное управление контрразведки «СМЕРШ» Наркомата обороны Советского Союза.
Для беспрепятственного проезда из района приземления в Москву Таврин получает особый конверт со всеми внешними атрибутами пакета государственной важности, якобы исходящий из штаба 1-го Прибалтийского фронта. Однако и этого, по мнению руководителей операции, было еще недостаточно. Для снабжения предполагаемых сообщников Таврину выдают более пяти сотен самых различных документов и бланков — на все случаи жизни: всевозможные служебные удостоверения, паспорта,
Самые лучшие специалисты-граверы в срочном порядке изготавливают для Таврина более ста два дцати печатей и штампов военных, партийных, государственных учреждений, ручные прессы с объемными штемпелями Московской экспедиции, полевой почты и даже… факсимиле Председателя Президиума Верховного Совета СССР.
Таврин получает также средства совершения террористического акта — весьма разнообразное оружие: несколько пистолетов различных систем и калибров, в том числе восьмизарядный «Скотт». Экземпляр специально созданного в лабораториях Главного управления имперской безопасности реактивного оружия «панцеркнакке» (дословно — «прогрызающий броню») — своеобразного ручного бронебойного гранатомета. Он состоял из небольшой металлической трубки, которая прикреплялась к руке с помощью кожаного футляра и легко помещалась в рукаве френча, шинели или обыкновенного плаща. В трубку вкладывалась кумулятивная бронебойно-фугасная граната с электрическим запалом. Стрельба производилась с руки, электро им пульс шел от батарейки карманного фонаря. Такой снаряд на дистанции в триста метров пробивал броневую плиту толщиной более 40 миллиметров!
В качестве запасного варианта было изготовлено мощное взрывное устройство, вмонтированное в небольшой портфель. Таврину были даны явки людей, которые помогли бы ему достать гостевой билет на торжественное заседание седьмого ноября 1944 года. Там он должен был незаметно оставить портфель и взорвать его по радиосигналу после того, как сам покинет зал заседания.
В дополнение к пистолетам, разрывным, отравленным патронам и грозному «панцеркнакке» Таврина вооружают малогабаритной, большой разрушительной силы магнитной миной, взрываемой, так же, как и «мина-портфель», на расстоянии с помощью радиосигнала определенной частоты, а также целым набором холодного оружия: кинжалами, стилетами, кастетами и прочими. Почти полгода его обучали в совершенстве владеть всем этим арсеналом.
Чтобы поддерживать устойчивую связь с Берлином, Таврина снабжают портативным радиопередатчиком и соответствующими шифровальными блокнотами.
На расходы, связанные с пребыванием Таврина на советской территории и подготовкой покушения, ему ассигнуется пятьсот тысяч рублей.
Для быстрого «исчезновения» с места посадки и транспортировки вооружения, боеприпасов, радиосредств и других предметов экипировки подбирается мощный мотоцикл с коляской, способный везти приличный груз со скоростью сто двадцать километров в час.
По заданию Главного управления имперской безопасности был изготовлен специальный четырехмоторный бомбардировщик типа «Арадо-332». Он имел самое современное навигационное оборудование, был хорошо вооружен для борьбы с истребителями и мог совершить посадку на весьма ограниченной по размерам площадке. В самолет был вмонтирован специальный трап, по которому на советском мотоцикле М-72 Таврин и Шилова сразу после приземления съезжали и двигались к Москве.
Вся подготовка к операции была покрыта плотной завесой тайны: все предназначенное для диверсии поместили в специальные металлические ящики. Печати и надписи на них запрещали кому бы то ни было вскрывать их до доставки в Москву, так как они содержали совершенно секретные материалы.
…«Только бы оторваться…» Мотоцикл Таврина летит по проселочной дороге на предельной скорости. Уже совсем рассвело. Впереди за поворотом показались дома. Какая-то деревня. Сейчас он определит свое местонахождение, и тогда… ищи ветра в поле. От этой мысли Таврину становилось спокойнее, руки увереннее сжимают рукоятки руля, окружающая действительность кажется не такой страшной и опасной.
Но Таврин и Шилова не ведали, что судьба их уже решена. Что их ждут, ждут именно в Смоленской и Калининской областях…