След за кормой
Шрифт:
В эту эпоху тюлени уже не встречались в среднем течении Большой реки, и невиданные ранее красивые шкурки с редкими блестящими волосами понравились тон-кролам. Гурм решил выменять несколько таких шкур. Он показал рыбакам красивые бронзовые браслеты. При: виде украшений глаза мужчин и женщин заблестели восторгом.
Обмен затруднялся тем, что стороны не понимали друг друга. Гурм, ткнув пальцем в одежду одного из рыбаков, дал понять, что он желает приобрести такие шкуры и за это даст браслеты. Рыбаки, наконец, догадались. Глава семьи, худощавый, но крепкий старик, и его сын
Гурм положил на камень браслет, старый рыбак бросил рядом шкуру. Тон-крол спрятал браслет за спину, показывая таким образом, что эта цена ему не подходит. Рыбак бросил вторую шкуру – браслет оставался за спиной Гурма. Старик наклонился, чтобы убрать шкуры, но тут заголосили женщины, которым, как видно, очень хотелось приобрести украшение. Поговорив с сыном, старик со вздохом прибавил к двум шкурам третью. Но браслет все еще оставался за спиной Гурма. Тогда рыбак решительно собрал все шкуры и, не обращая внимания на визг и плач женщин, приказал сыну отнести их в хижину.
Тогда Гурм, задержав руку молодого рыбака, положил на камень браслет. Сделка состоялась: Гурм взял три шкуры, а браслетом тут же завладели женщины. С радостным смехом они начали примерять его на руку.
Торговля продолжалась таким же манером. За несколько браслетов и запястий вся связка тюленьих шкур стала собственностью Гурма, и стороны расстались с изъявлениями взаимного дружелюбия. Старик даже подарил чужестранцам огромного осетра, а Гурм, не желая быть побежденным в великодушии, отдал рыбаку бронзовый нож—величайшую драгоценность для бедняков, затерянных в этой речной глуши. Рыбачья семья долго смотрела вслед кораблю, пока он не скрылся за поворотом берега, а потом с великим восхищением начала вновь и вновь рассматривать покупки.
После такой удачной для Гурма сделки он уже не проплывал мимо рыбачьих хижин. Ои с удивлением убедился, что слух о нем и его чудесных товарах опередил его, и рыбаки уже не пытались прятаться при приближении его корабля. Видно, жители низовья по известным только им внутренним протокам могли быстро сообщаться друг с другом на легких лодочках, плетенных из тальника и обтянутых тюленьими шкурами. Торговля шла очень успешно.
И вот в один из ясных летних дней перед глазами изумленных корабельщиков открылась необозримая зеленовато-синяя гладь, поднимавшаяся вверх до самого горизонта.
Большая Соленая Вода!
На море
Гребцы опустили весла. Гурм, Лорг, кормщик Кнот, стражи, гребцы – все, как зачарованные, смотрели на ееобозримое пространство моря, и их охватывал невольный страх.
Так вот она, эта Большая Соленая Вода! Она была спокойна и ласкова, но что здесь творится во время бури? Люди недавно узнали, какие волны гонит ветер по нижнему Ористу, и догадывались, что здесь он поднимает целые водяные горы…
По знаку Кнота гребцы налегли на весла, и корабль тронулся. Когда – берег стал лишь узкой синей полоской, кормщик остановил корабль. Торжественная тишина стояла вокруг, и
Кнот опустил за борт кувшин на веревке и, вытащив его, поднес к губам. На его лице отразилось удивление, и он передал кувшин Гурму.
От Гурма сосуд перешел к Лоргу, потом к стражам и, наконец, к рабам. Все убедились, что вода пресная.
– Значит, наши предки говорили неправду, что у Большой Воды горько-соленый, неприятный вкус! – воскликнул Лорг.
Гурм оборвал брата:
– Молчи, мальчишка! Я понял, почему здесь сладкая вода: это все еще вода нашего Ориста!
Тем временем день стал клониться к вечеру, на небо набежали облачка, подул легкий ветерок и корабль стало покачивать. Кнот сказал:
– Клянусь богами, погода меняется! Скорее к берегу!
Дул попутный ветер, на мачте подняли парус, и судно быстро понеслось на юго-запад, к полоске берега, видневшейся вдали.
Лорг, смотревший назад, вскрикнул от испуга и схватился за лук.
– За нами гонятся морские чудовища! – воскликнул он.
Все поглядели туда, куда указывал мальчик. Действительно, стая больших черных существ – не то рыб, не то зверей – мчалась за кораблем, то высовывая из воды длинные острые морды, то снова скрываясь. Спинные плавники их резали волны.
Это были дельфины. Крумины и тон-кролы видели их впервые. Стая догнала корабль, обошла его и повернула назад. Дельфины затеяли игру, знакомую мореплавателям наших дней, но изумившую Гурма и его людей. Дельфины кувыркались в волнах, то и дело показывая блестящее белое брюхо, они носились вокруг судна, ныряли под ним с такой быстротой и легкостью, будто корабль стоял на месте.
Лорг натянул было лук, но Кнот задержал его руку:
– Не стреляй! Может быть, этим зверям покровительствуют духи Большой Соленой Воды? – А вдруг они сами и есть эти духи? – предположил один из стражей, и Лорг испуганно опустил лук.
У берега, на мелководье, дельфины отстали от корабля. Заметив небольшую бухточку, корабельщики пристали на ночлег. Места были незнакомые и, может быть, опасные, поэтому костер разводить не стали. На первую вахту стал Гурм с половиной стражей. Он зорко вглядывался в темноту берега, поднимавшегося плоскими уступами.
Ночью разбушевалась буря. Волны с яростью били в берег, корабль скрипел и стонал, ио проснувшиеся гребцы теперь уже не боялись, что он развалится под ударами. Только качка не дала никому покоя до самого рассвета.
День занялся хмурый и бурный. Лохматые серые тучи низко неслись над землей. Пенистые волны набегали на низкий берег и с шипением откатывались назад.
Продолжать путешествие было невозможно. Стражи сбились на берегу тесной кучкой, а гребцы, насквозь промокшие под брызгами волн, корчились на жестких скамейках, проклиная дурную погоду и жестокого хозяина.
Штормовой ветер дул два дня. Он утих лишь на третью ночь.
Корабль двинулся вдоль морского берега к югу. Море здесь было мелкое, покрытое небольшими низкими островками и отмелями. Часто путь преграждали длинные песчаные косы, отходившие от берега. Их приходилось огибать.