Симфония чувств

Голинченко Екатерина Андреевна

– Возьмите еще кофе с коньяком, - Джастина вернулась на кухню и принесла большой термос, - Ваши люди, наверно, замерзли на улице.

– Спасибо! А термос я верну, - мужчина был настолько растроган, что не мог внятно говорить и мечтал поскорее покинуть помещение, - Не смею больше отнимать ваше время, - слишком давно у него был такой дом, где ощущается поддержка семьи, и на праздники собираются все вместе, где живет радость и звучит смех. И у него уже родилась одна идея, как бы он мог поделиться этим чувством - таким болезненным

и таким сладостным.

– Всего хорошего, Господин Ондзи, - друзья попрощались с ним, а он попросил своего помощника отвезти его в один известный антикварный магазин.

Александра стояла во дворе, обняв себя за плечи и подставив лицо снегу:

– Что-то не так?
– она вздрогнула и обернулась, но это был всего лишь Лев Витриченко.

– Нет, всё в порядке. С чего ты взял?
– рассеянно пробормотала женщина, старательно отводя взгляд.

– Не скрывай от меня, - мужчина одной рукой сжал её ладонь, второй убирая выбившиеся пряди с её лица, - В твоих глазах печаль, и я хочу знать причину.

– Просто усталость накатила, - она опустила голову и подернула плечами.

– Саша, - Лев несильно встряхнул её, глядя ей прямо в глаза, - Не молчи. Скажи, что тревожит тебя?

Александра высвободилась из его рук и повернулась к нему спиной, слабо замотав головой:

– Я, правда, так рада за них, - тихо произнесла она, сдерживая слезы, - они так молоды, у них вся жизнь впереди... Они заслужили, а я — нет...

– Саша...
– он обнял её и ощутил, как вздрагивают её плечи.

– Я так хотела познать радость материнства, - с трудом произнесла она, - Но, я не могу... В юности переболела воспалением с осложнениями... Прости, накатило вдруг...

– Саш, не надо, - мужчина опустил голос до шепота, продолжая обнимать её, - Мы что-нибудь придумаем...

– Да, теперь у меня есть Марк, - она подняла голову, поправляя его рубашку, - Теперь у меня есть ты, - Александра и Лев вернулись в дом.

А в доме Питер и Этьен привезли елку, и её можно было начинать наряжать.

– Простите, я пойду покормлю девочек и немного посплю, - попрощалась Маргарита, когда закончила развешивать игрушки на нижних ярусах, - Нельзя всё оставлять на наших матерей. Им тоже нужно отдохнуть.

Но когда Джон пошел звать её к обеду, то застал девушку спящей в домашнем халате посредине большой кровати рядом с малышками. Он поцеловал их темные макушки, но будить не решился, чтобы не разрушить эту идиллию. Ну и чем они отличаются? Его девочки...

А маленькая японка в это время беседовала с доктором:

– Хадзама-сенсей, можно с вами поговорить?
– скрестила за спиной пальцы на удачу и продолжила разговор, - Вы не могли бы мне помочь? Господин

Йошида, генеральный директор в фирме моего отца, он славный и всегда готов меня поддержать, но старику будет уже восемьдесят лет, и я беспокоюсь о его здоровье. Знаете, как люди такой старой закалки относятся к медицине и врачам, - положа руку на сердце, она в самом деле волновалась за старика, потому практически не лгала, только, вот, и всей правды не сказала, - Если бы вы смогли осмотреть его и успокоить меня. Вашему имени и вашим словам он должен поверить.

– Я подумаю, - Джек достал свой мобильный и сверился с графиком, - В конце февраля-начале марта у меня должна быть конференция в Токио, и я мог бы вас навестить.

– Я была бы вам очень благодарна, доктор, - на радостях Мей чмокнула его в щеку.

– Не за что, - развел руками молодой хирург, но она только загадочно улыбнулась и упорхнула искать Марка, - Я же ещё ничего не сделал.

– Марк, у меня получилось, - найдя парня в гостинной, она взяла его под руку и наклонилась к самому его уху, - Он согласился приехать.

– Ох, и влетит же нам, когда док узнает, - покачал головой юноша, - Он не из тех людей, кто позволяет собой манипулировать.

Она похлопала его по плечу:

– Я знаю, знаю. Но мы же должны проверить нашу догадку. Если они не узнают друг друга, то он просто проверит состояние его здоровья.

– И откуда только в тебе этот дух авантюризма?
– Марк потрепал девушку по голове.

– А если это важно?
– она подняла голову и посмотрела на него с самым серьезным выражением, - Я сердцем чувствую, что для обоих это имеет большое значение.

– Мей, я не самый лучший в мире человек...
– начал было Марк, но запнулся.

– Я тоже далеко не идеал...
– кивнула азиатка, подернув плечами.

– Подожди, пожалуйста, дай мне закончить, - он поднял руку и набрал побольше воздуха в легкие и продолжил, - Но... я хочу стать таким человеком, которому можно доверять, на которого можно положиться. Стать таким человеком для тебя, для своей семьи, добиться чего-то в жизни.

– Для меня ты уже такой, - утвердительно ответила Мей, и он улыбнулся.

Дверь тихонько приоткрылась, и Маргарита пошевелилась, проснувшись:

– Это ты, Адель?
– девушка осторожно, чтобы не разбудить детей, поднялась с кровати, поплотнее запахнув халат, - Входи, детка.

– А можно?
– шепотом спросила девочка, - Рози, я же говорила, что можно. Мы тихонечко, только посмотрим, - в комнату на цыпочках вошли Аделина, Рози и Алишер.

– Я теперь старший брат, - с гордостью сообщил мальчик, кивая в сторону новорожденных.

– Подумаешь, я скоро буду тетей, - передернула плечами Розалинда, прикусив губу.