Сильмариллион (перевод Lex Hellhound)
Шрифт:
На восточном берегу реки была возведена Минас Итиль — Башня Восходящей Луны, стоявшая на склонах гор Тени и защищавшая от возможной угрозы из Мордора; и на западном — Минас Анор, Башня Заходящего Солнца, стоявшая у подножья горы Миндоллюин и служившая защитой от окрестных варваров. В Минас Итиль поселился Изильдур, а Минас Анор стал домом Анариона; однако королевством они управляли вместе, и троны их стояли в Тронном Зале Осгилиата рядом.
Таковы были основные поселения нуменорцев в Гондоре, однако существовали и прочие хорошо укрепленные селения и сооружения — Аргонат на северных границах Гондора, Агларонд в Эред Нимраис и Эрех, а также в кольце Ангреноста, который люди Рохана прозвали Изенгардом, где возвышался
Множество сокровищ и фамильных ценностей большой стоимости и мощи принесли с собой из Нуменора изгнанники; величайшими же из них по праву считаются Семь Камней и Белое Дерево. Дерево то выросло из сорванного со стоявшего во дворе короля в Арменелосе Нимлота Прекрасного, сожженного Сауроном; Нимлот, в свою очередь, был потомком Древа Тириона, подобия одного из Старших Деревьев — Белого Тельпериона, выращенного Яванной в стране Валар. Дерево, напоминавшее об Эльдар и свете Валинора, было посажено в Минас Итиль перед домом Изильдура, ведь это именно он спас плод от уничтожения; Камни же были поделены между Элендилем и его сыновьями. Сыновьям досталось по два, Элендилю — три; свои камни он установил в башнях на Эмин Берайд и Амон Сул, а также в граде Аннуминас. Изильдур с Анарионом поместили свои в Минас Итиль и Минас Анор, а также в Ортанке и Осгилиате.
Камни эти обладали свойством позволять тем, кто ими пользуется, видеть удаленное от них — как в пространстве, так и во времени. По большей части они показывали то, что находится вблизи таких же Камней, ибо каждый Камень был связан с другими; однако обладавшие сильной волей и магическим даром могли научиться видеть все, чего бы только не пожелали. Именно таким способом нуменорцы узнавали обо всем том, что противники предпочли бы от них скрыть, и мало что могло укрыться от их бдительных взоров во времена расцвета их королевства.
Говорят, что башни на Эмин Берайд были возведены не изгнанниками из Нуменора, а Гил-галадом, для своего товарища Элендиля. Камень Всевидения был помещен на Эмин Берайд в самой высокой из тамошних башен — Элостирионе. Отсюда Элендиль частенько смотрел в морскую даль, когда тоска изгнанника начинала особенно сильно мучить его; считается, что при помощи камня он время от времени мог увидеть вдали даже башню Авалонне на Тол Эрессеа, где находился главный из Камней — и находится поныне.
Камни эти были подарены Эльдар Амандилю, отцу Элендиля, за то, что тот поддерживал Верных Нуменора в те черные дни, когда Эльдар более не могли посещать эти земли, на которые пала тень Саурона. Камни назывались Палантири — "видящие издалека"; однако все они к настоящему моменту давно утеряны.
Так были основаны изгнанниками из Нуменора королевства Арнор и Гондор; лишь спустя множество лет стало известно, что их заклятому врагу, Саурону, тоже удалось бежать от затопления. Как уже говорилось ранее, на свою древнюю вотчину Мордор он вернулся втайне; а располагалась та за Эфель Дуат, горами Тени, что граничили с Гондором на востоке. Там, над зловещим плато Горгорота, возвышалась его огромная неприступная крепость — Барад-дур, Темная Цитадель; имелся в тех местах и огнедышащий вулкан, который эльфы называли Ородруином. Саурон для того и обосновался поблизости, чтобы использовать огненное нутро горы в магических и кузнечных целях. Именно там, в пламенном сердце Мордора, он и выковал Кольцо Всевластья.
В тех-то темных краях он и затаился на время, требовавшееся ему для того, чтобы вновь обрести видимую форму; и форма эта оказалась ужасающей, ибо свою привлекательную оболочку он утратил в тот час, когда рухнул в бездну во время затопления Нуменора. Вновь обретя Кольцо, Саурон сумел облечь себя в чистую силу; с тех пор мало кто даже из самых могущественных эльфов и людей мог выдержать зловещий взгляд Ока Саурона.
Саурон стал готовиться к войне с Эльдар и людьми Западной Страны, и вновь
Посему, когда Саурон счел момент подходящим, он с большими силами выступил против новообразованного королевства Гондор и с ходу захватил Минас Итиль, уничтожив также и Белое Древо Изильдура, что произрастало там. Самому Изильдуру удалось бежать, и даже захватить с собой отросток Дерева; вместе со своими женой и сыновьями он спустился на корабле вниз по реке, и выйдя в море через устья Андуина, отправился на поиски Элендиля. Тем временем Анариону удавалось удерживать Осгилиат, и на сей раз даже отбросить Врага обратно в горы; но там Саурон вскоре вновь собрался с силами, и Анарион прекрасно понимал, что без помощи извне долго ему не простоять.
Посовещавшись, Элендиль с Гил-галадом решили, что Саурон такими темпами может нарастить слишком серьезные силы и уничтожить своих противников одного за другим, и что во избежание такого развития событий им следует объединиться. Тогда ими и был создан союз, названный Последним; и на восток Средиземья выступило огромное воинство, состоявшее из эльфов и людей, сделавшее на пути привал в Имладрисе. Говорят, что армия та была лучшей и наиболее хорошо вооруженной изо всех, что когда-либо топтали сапогами Средиземье, и что со времен похода Валар на Север, против Тангородрима, никому не удавалось собрать такую многочисленную рать.
Покинув Имладрис, войско перевалило через Туманные горы и направилось вдоль течения Андуина к Дагорладу — Полю Битвы в Черных Землях, где его поджидали силы Саурона. Представители всех биологических видов — даже звери и птицы — разделились в тот день на два лагеря и сражались кто за Врага, кто против него. Не относилось это лишь к эльфам, которые единственными оказались не разделены и все поголовно стояли под знаменами Гил-галада. Гномов на обеих сторонах сражалось немного; охотно выступили против Саурона лишь потомки Дьюрина из Мории.
Гил-галад с Элендилем одержали победу, поскольку мощь эльфийских армий была в те дни по-прежнему велика, а нуменорцы были народом сильным и высоким, и дрались они, как берсерки. Ничто не могло противостоять Айглос — копью Гил-галада, меч же Элендиля вселял просто животный ужас в сердца орков и людей, ибо сиял словно солнце и луна одновременно; имя тому мечу было Нарсиль.
Затем Гил-галад с Элендилем вошли в Мордор и окружили твердыню Саурона; оцепление держали семь лет, понеся немало потерь от огня и метательных снарядов Врага, не говоря уж о бесчисленных молниеносных нападениях, которые им довелось отразить. Здесь, на Горгороте, погиб сын Элендиля Анарион и множество других воинов. Но в конце концов осада принесла результат, и сам Саурон вышел из своей крепости; он сразился с Гил-галадом и Элендилем, одолев обоих и сломав попутно меч павшего Элендиля. Но и самому Саурону не удалось закрепить успех, ибо Изильдур подобрал рукоять отцовского меча с обломанным лезвием и с его помощью отсек Кольцо Всевластья с руки Саурона.