Силентиум
Шрифт:
Несмотря на подобие улыбки, глаза мужчины остались замороженными. Из-за низко опущенных век зрачки напоминали мрачные полумесяцы.
Перед Томасом Коэло маячило двое охранников. Они прижимали указательные пальцы к наушникам, отталкивали журналистов, которые приближались слишком близко, лапали объективы камер и переглядывались с охранниками, идущими позади Томаса.
– Идут, идут, – защебетала корреспондент и ухватила оператора за лацкан пиджака, чтобы оттащить подальше от автомобиля Коэло. – Включай камеру и за мной.
– Господин
Коэло остановился и без интереса оглядел корреспондента. Опустил ногу на асфальт, что значило: «я весь во внимании».
– Господин Коэло, – обрадовалась та и протянула мохнатый микрофон ближе к Томасу, – когда вы намерены раскрыть общественности вашего младшего брата? Никто до сих пор его не видел.
На лице Томаса не дрогнул ни один мускул. Ледяные полумесяцы грозно подпирали верхние веки. Женщина поежилась и приподняла воротник пиджака. Одна нога подогнулась, будто под подошвой туфель размягчился асфальт. Корреспондент быстро заморгала, прогоняя неожиданный сумрак. Небо заволокло тучами, по коже пробежался прохладный весенний ветер.
– У каждого из нас есть свои обязанности, – заговорил Томас так вкрадчиво, словно шептал приватно, на ухо. – У меня – быть наследником. У моего брата – оставаться инкогнито. У вас – соблюдать кодекс журналиста. Знаете, что произойдет, если один из нас не выполнит свою обязанность?
– Что, господин? – корреспондент не могла оторваться от созерцания полумесяцев, в которых отражались тяжелые дождевые облака.
– Дайте вашу визитку.
Корреспондент медленно моргнула, и Томас стал ближе. Женщина вдыхала запах горьких духов с соблазнительным привкусом красного дерева. Как завороженная, она достала из нагрудного кармана визитку и протянула старшему сыну Коэло. Перед её взором мелькнули длинные пальцы с розовыми дугами под ногтями. Близко сжались его губы. На щеках проступили ямочки. Ямочки эти не вызывали нежности, только нестерпимое желание бежать прочь.
Грозовые тучи опустились, почти касаясь их голов. Мрачные, они ложились на плечи, оставляли влагу на щеках. Корреспондент вдохнула воздух с нотками дождя и горького дерева, закашлялась и выдохнула только после того, как Томас Коэло скрылся за бронированной дверью автомобиля.
Корреспондент запрокинула голову, чтобы надышаться чистейшим кислородом. Над ней синело ясное небо.
Как только автомобиль покинул офисную стоянку, Томас передал охраннику визитную карточку. Кругломордый здоровяк прочитал имя корреспондента, ухмыльнулся и спрятал визитку в нагрудный карман.
– Очередная безработная? – спросил охранник.
– Несоответствие занимаемой должности, – подтвердил Томас. – Что на счет бармена? Есть подходящие кадры?
– Ищем, господин, –
– Прошло две недели, – Томас водил пальцем по экрану телефона и выглядел скучающим. – Даю еще два дня. Потом в моем кармане окажется твоя визитка.
– Понял, – воодушевился охранник и пригнул голову. – Подъезжаем к клубу. Вижу наших ребят у служебного входа. Кого-то поймали. Каждый месяц ловим.
Шестеро шкафообразных молодых парней стояли кругом у служебного входа в двухэтажный ночной клуб. Тихо переговаривались между собой, говорили что-то в шипящие рации и рассматривали невидимый предмет в середине человеческого круга.
Томас Коэло вышел из автомобиля, поправил пиджак и подошел к толпе. Личный охранник огляделся по сторонам, гаркнул ребятам «На позиции!» и махнул водителю, чтобы тот парковался.
Все шестеро разом развернулись, поклонились и выстроились в линию с соблюдением четкой дистанции. Перед ними на земле находился вовсе не предмет, как думалось Томасу.
Парень. В футболке, чей цвет определить было сложно. То ли черная, то ли темно-серая. Рваные джинсы испачканы зеленым на коленях, а кроссовки сбиты до такой степени, что походили на тканево-резиновое месиво сине-красного оттенка. Сам парень потирал ушибленный локоть и озирался, раскрыв круглые глазищи до такой степени, что каряя радужка блекла от дневного света. Белые волосы торчали клоками на макушке. Рядом валялась дорожная сумка, которую охранники успели переворошить.
Заметив Томаса, парень вскочил, но один из широкоплечих ребят с одной выбритой посередине бровью толкнул нарушителя в спину тяжелым ботинком, и тот свалился обратно, коротко вскрикнув. Немедля задрал голову и вновь уставился на Томаса.
«Смелый или глупый» – про себя усмехнулся Коэло, подтянул брюки на коленях и присел перед парнем на корточки.
– Ребенок низшего класса, – проговорил Томас, растягивая слова. – Что ты здесь делаешь? Твои люди так далеко еще не заходили. Хотя, один тут разгуливал не так давно.
– Я, – начал парень, но замолчал.
Попробовал приподняться, но передумал. Метнул испуганный взгляд на того самого охранника и вновь на Томаса.
– Он тебя не тронет, – Коэло кивнул охраннику и тот сделал шаг назад.
Парень сел, отряхнул рукав футболки и потер разбитый локоть.
– Я ищу работу. Любую. Я долго сюда шел. Мне сказали, что этот клуб один из лучших в городе, – его голос ласкал слух. Высокий, но не писклявый. Плавный, певучий.
– Тебе известно, что это за клуб и кто сюда приходит? – Томас с упоением наблюдал, как парень в задумчивости раскрыл губы и почесал кончик грязного разбитого носа.
– Нет, – наконец, ответил нарушитель.
– Тебе известно кто я такой?
– Да, – уверенно ответил парень.