Силентиум
Шрифт:
– У него есть примерные вопросы и ответы. Твоя задача – протестировать его. Макс умен, просто ему требуется наставник, и я хочу, чтобы ты взял подготовку моего брата на себя. Ну же, Итан, я знаю твою успеваемость, ты сможешь.
– Но почему я?
– Потому что. У меня есть на то причины.
Отказаться от условия, выдвинутого боссом, сродни тому, как одним ловким движением перечеркнуть всю свою жизнь. Если Итан хочет сломать систему, сначала он должен ей следовать.
***
Обычно,
– Крис, слезай, – просил Итан, пытаясь соскрести младшего брата об косяк.
– Футбол, футбол, футбол, – ныл в ответ тот, пока сестра орала из своей комнаты, чтобы они оба заткнулись.
Это и была их семейная идиллия. И если не обращать внимания на все лишения, то жить можно.
Вечером они, как обычно, собирались все вместе на кухне и разговаривали о прошедшей неделе. Отец отпускал глупые шутки, мать всегда старалась его поддержать, поэтому смеялась, сестра закатывала глаза, а Кристиан ничего не понимал, поэтому просто начинал жаловаться на пса соседа Ли.
Мать и отец знали, что Итан собирался поступать в Силентиум, под крыло высшего класса. И не просто находиться среди них, а быть одним из них. Поэтому переживали все дружно, каждый приезд Итана обсуждали его поступление, словно если эту тему пропустят, то нашлют проклятье на последующие поколения.
Итан понимал их беспокойство и много раз объяснял свои мотивы, но родителям в любом случае тяжело расставаться со своим ребенком, а точнее, как говорил папа: «Отдавать в лапы тоталитаризма», что бы этим ребенком ни двигало.
Сестра же его осуждала по большей части, а когда мать однажды сказала, что Юна могла бы тоже подсуетиться со вторым образованием, та резонно напомнила про свою интровертную натуру:
– Я не могу заводить знакомства, как Итан. Для меня поехать за шлагбаумы и найти там покровителя, это как задрать футболку вместе с лифчиком и показать сиськи – не факт, что заинтересую, поэтому лучше не позориться.
После этого отец закашлялся, а мать рассмеялась. Кристиан как всегда ничего не понял, поэтому просто заляпал свою футболку кашей.
Через три дня перед сменой бармена, Итан сидел в рабочем кресле кабинета Томаса, выжидающе глядя в экран ноутбука. Младший брат босса должен был позвонить с минуты на минуту, до этого момента Терра старался не притрагиваться лишний раз к умному устройству, чтобы не навредить. Однажды босс попросил его найти на рабочем столе компьютера один файл и прислать на почту очень важному человеку, и Терра, дрожа всем телом, пытался исполнить важное поручение, но нажал не на ту клавишу, от чего устройство зашумело, затем заскулило и в итоге вырубилось. После чего Итан, как шаман-самоучка, ходил вокруг стола, громко вздыхал и держал ладони над умершим ноутбуком, мысленно призывая его очнуться. Но тот не очнулся, чем подвел подростка, получившего за это нагоняй от Томаса. Больше босс его о подобном не просил, поэтому Итан чувствовал себя не
Наконец, на экране загорелось окно вызова с зеленой кнопкой посередине и картинкой кровожадного монстра сверху. Итан протянул палец к экрану и неуверенно ткнул по зеленой дребезжащей кнопке.
На экране, в полутьме виднелось еле различимое бледное лицо, и если бы лицо с ним не заговорило, Итан бы остался уверенным, что это тоже картинка.
– Привет, – прозвучал мальчишеский голос. – Ты – Итан Терра?
– Ага.
– Меня зовут Макс Коэло.
– Рад знакомству, – Терра понятия не имел, как стоит обращаться к представителю высшего класса, даже несмотря на то, что тот был младше.
У богатеев всё слишком сложно. Четкое деление по статусам, особое отношение к представителям политической ветви и немыслимое количество разных обращений, наподобие «Господин», «Магистр», «Депутат». Если бы Итан назвал их соседа мистера Ли «господином», то тот, вероятнее всего, влепил бы парню подзатыльник и грязно ругнулся. Итан, честно говоря, не знал, как бы отреагировал какой-нибудь политик, назови он его «мистером» или «соседушкой». Может за это рубят руки или наживую выдирают зубы. Вряд ли политики раздают подзатыльники и поджопники за невежественное обращение.
– Эй, ты чего завис? – напомнил о себе Макс и даже пощелкал пальцами перед экраном.
– Эм, как мне к тебе обращаться?
– Ну, по имени, я думаю, – оскорбительно со стороны Макса было округлять глаза и смотреть на Итана так, словно тот сошел с ума и бил в бубен во время разговора.
– Хорошо, – Терра прокашлялся и поёрзал в кресле. – Начнем, Макс?
– Да, давай. Кстати, извини за плохую видимость, у нас тут уже отбой и свет погасили.
Как выяснилось, Макс намеревался сдать заключительные экзамены осенью и получить диплом об окончании старшей школы. Младший ребенок Коэло успел самостоятельно пройти программу последнего года без репетиторов и наставников, что даже ботанику Итану виделось излишне гениальным.
Несколько часов, которые заняло бурное обсуждение государственного устройства и передачи власти от отца к сыну, не были бы такими бесполезными, если бы учувствовали двое. Но отпрыск правящей семьи, которому обсуждаемая тема была близка как никому, просто смотрел в экран, иногда хмыкая и вздыхая.
– Макс, если ты будешь молчать, то мы так ничего не добьемся.
– Я слушаю тебя.
– Было бы здорово, если бы ты сказал, хоть что-нибудь, – Итан подпер подбородок ладонями и вздохнул. – Я плохо объясняю?
– Нет-нет, – Макс даже замахал руками. – Из тебя бы вышел отличный учитель.
– Макс, тебе нужно сдать экзамен…
– Как и любому сыну своих родителей, – школьник сделал ударение на слове «своих».