Сидоровы Центурии, Симонов Николай

Сидоровы Центурии

на обложку

Симонов Николай

Шрифт:

— А это мы сейчас выясним. Давайте позвоним отцу Андрею и посоветуемся? Как он скажет, так сделаем, — предложил Шлыков.

Отцом Андреем звали его бывшего одноклассника Андрея Эммаусского, который после окончания школы поступил в духовную семинарию, а впоследствии с отличием окончил Ленинградскую духовную академию. Кстати, с друзьями-коллегами Шлыкова священник тоже был хорошо знаком. В летний период по выходным дням и при хорошей погоде, отслужив утреннюю литургию, отец Андрей на чуде российского автопрома под названием автомобиль "Ока" иногда приезжал к своему бывшему однокласснику в гости на дачу, расположенную на берегу Клязьминского водохранилища. Подобно святым первоапостолам

Петру и Андрею, отец диакон был неравнодушен к рыбной ловле, но, правда, не сетями, а удочками и спиннингом. Он также неплохо управлялся со спортивной яхтой, которую Шлыков и Галыгин в 1992-ом году по случаю и задешево купили вскладчину.

Отец Андрей оказался дома и на предложение "пообщаться по богоугодному делу" отозвался охотно, но прежде попросил прислать ему для ознакомления по электронной почте текст литературно-художественного произведения, вызвавший разногласия. Ровно через три часа он позвонил, и для удобства общения Шлыков настроил конференцсвязь. Это — такой режим телефонии, когда одновременно несколько человек могут разговаривать и слышать друг друга.

Первым делом отец Андрей поинтересовался, кто автор произведения, и какое у него образование? Узнав же о том, что писатель — компьютерная программа, отказывался в это поверить, но после дополнительных разъяснений от души смеялся, потому что, по его словам, вплоть до 4-й главы, не сомневался в том, что описываемые события могли происходить на самом деле. Он, правда, не поверил в существование иеромонаха Николая, отправившего послание в будущее, хотя именно этот персонаж, по его мнению, нейтрализовал пагубное влияние "воинства Вельзевула".

— Ваша программа сама исправила вашу ошибку, когда вы мистицизмом прельстились и беса для развлечения публики придумали. А его и придумывать не надо, потому что он есть, — пристыдил их отец Андрей.

Затем отец Андрей порекомендовал им дать программе "ЭП-Мастер" задание переписать рассказ заново, внеся в исходные данные следующие коррективы:

— Тему борьбы добра и зла в образе ангельских и демонических сущностей не развивать, чтобы не впасть, подобно писателю Лукьяненко, в манихейскую ересь (1);

— Обратить Сергея Сергеевича Мерцалова в истинную православную веру и содержание четырех свитков пергамента, оказавшихся в распоряжении, не раскрывать;

— Убедить читателя в том, что метемпсихоз и реинкарнация — опасное еретическое заблуждение;

— Беса категории "Б" по кличке "Цензор" отправить куда-нибудь подальше, например, в Атлантиду;

— Подобрать Дмитрию Васильевичу Павлову благонравную невесту и побудить его к покаянию.

— Ничего себе задачки?! — в один голос заявили наши друзья, услышав рекомендации отца Андрея.

— Так не вам же их решать. У вас, как я понимаю, есть программно-аппаратное устройство, которое за вас думает, и, я должен признаться, делает это даже очень неплохо. И это лишний раз свидетельствует о единстве сознания и бытия, духа и природы, — даже если сознание представляют не обычные человеческие мозги, которые у многих по причине ненадобности высохли, а их электронный аналог, — снова пристыдил их отец Андрей, впрочем, наверное, не желая их обидеть.

Геннадий Галыгин решил, как говорят немцы, das Feld rДumen, не уступать и не отступать, и ехидно поинтересовался у отца Андрея насчет причины запрета раскрытия информации, содержащейся в четырех свитках пергамента, которые чудесным образом оказались в распоряжении Сергея Сергеевича Мерцалова.

— Это попахивает инквизицией, — заметил он.

— Ничем это не попахивает, кроме апокрифов, то есть

не одобренных церковью евангелий, большинство из которых, и это точно установлено, появились через сотни лет после известных вам событий в Иерусалиме во времена Понтия Пилата, — сердито парировал его выпад отец Андрей (2).

— А доктрина реинкарнации? Что в ней плохого или предосудительного? — не сдавался Галыгин.

— Тот, кто считает себя христианином, должен верить в единственную жизнь на земле, Страшный суд и воскресение из мертвых. Если вы, уважаемый, верите в реинкарнацию, то не лицемерьте и не называйте себя христианином, — резким осуждающим тоном заявил отец Андрей.

— Ладно, чего спорить, давайте лучше подумаем, как эти пять пунктов по интерфейсу размазать, чтобы от беса избавиться и главному герою не навредить, — примирительно, предложил Шлыков и, все остальные участники импровизированной конференции с этим согласились.

До конца рабочего дня нашим друзьям пришлось изрядно потрудиться, чтобы заставить "электронного писателя" задуматься над вопросами веры и смысла жизни и адекватно передать свои мысли литературным персонажам. То, как они это делали, с технической точки зрения, совсем неинтересно, — главное, что им, с грехом пополам, удалось перевести рекомендации отца Андрея на язык компьютерной математики.

— На удачу Балтазара! — сказал Галыгин, набрал команду Create и нажал на enter.

Затем он cобрался было удалить Genius Loci с микросхемы компьютера-сервера AS/400, надеясь, что вместо него впишется более емкий микрокод с расширенным набором опознаваемых процессоров, но передумал.

Программа "ЭП-Мастер", получив новые вводные данные, отреагировала неожиданной сентенцией:

"Ничего не понимаю! Одни философы утверждают, что душа переходит в тела трижды, другие назначают ей такое странствование в продолжение трех тысяч лет. Какой кошмар! То я бессмертен и радуюсь, то я смертен, и плачу. То меня разлагают на атомы, то делают зверем, или превращают в рыбу, и я становлюсь братом дельфинов. Смотря на себя, я прихожу в ужас от своего тела, не знаю, как назвать его, человеком или собакой, или волком, или быком, или птицей, или змеем, или драконом, или химерой. Я плаваю, летаю, парю в воздухе пресмыкаюсь, бегаю, иду. Является, наконец, Эмпедокл, и делает из меня растение".

— Что это с ним? — забеспокоился Шлыков.

— Не иначе, как прочищает свои мозги, — задумчиво произнес Галыгин и выразил сомнение: Боюсь, что новое задание мистеру Прогу будет не по силам.

Галыгин оказался неправ, в чем читатель — верит он в метемпсихоз и реинкарнацию, или нет, — может убедиться сам.

Из года в год, из века в век

Наш православный человек

Рождался с верою Христа,

Передавал из уст в уста:

Колядования Рождества-

Обряды, песни, ряжества

Во славу Господу — Отца

Иисуса, нашего Христа,

Творца земной, небесной твари,