Шасса
Шрифт:
– Ну и что ты тут делаешь?
– спросил он больше для проформы, так как я знала, что он меня не выдаст, - Я же просил тебя не попадаться!
– Я и не попалась, - вкрадчиво проговорила я, - Если только...
– Да не выдам, будь спокойна твоя душенька, - он усмехнулся, - Что я, не понимаю что ли?
– Поможешь?
– поинтересовалась я у него.
– А давай!
– оскалился он. Я приподнялась на хвосте и прошептала ему в ухо, что он должен сделать.
Через пятнадцать минут все было сделано.
– Ну, проверим, что ли?
– предложила я, распахивая дверь лаборатории.
– Добро пожаловать в Чистилище, путник! Выбери себе место по вкусу, ведь тебе предстоит целую вечность провести здесь!
Найт зашел следом за мной. Дверь захлопнулась. Он обернулся и подергал ручку. Потом сильнее, результат был такой же. Я повернулась к двери задом и нажала на ручку, дверь распахнулась.
– Работает!
– счастливо прошептала я.
– Только бы теперь не выдать ребятам, а то зашибут, - задумчиво пробормотал Найт.
– А мне пора, - я посмотрела на хитрые часы, которые Люц приспособил себе над рабочим местом. Уже была полночь, так что времени оставалось в обрез.
Найт подхватил меня на руки и подкинул вверх, я зацепилась руками и забросила туловище на сплетение труб, затем подтянула хвост.
– Как ты догадался?
– свесив голову вниз, прошептала я.
– Это было легко!
– ухмыльнулся Найт, - Я просто посмотрел название книг, которые ты взяла и прикинул, за сколько ты их прочтешь. Саишша...
– Что?
– я свесилась пониже.
– Осматривайся почаще и не говори, что я помог тебе. Как видишь, я забочусь о своей шкуре!
– Договорились!
– я усмехнулась и помчалась дальше со скоростью ветра... ну, почти.
Перехватывая руками трубы, я старалась двигаться как можно бесшумнее. Я уже продумала свой ночной маршрут. Засиделась... Ну что же, сходим снова в лес! Теперь на озеро.
Через десять минут я уже стояла у входа в подземелье. Пройдя сквозь катакомбы по уже проложенному маршруту я выскользнула навстречу ночной свежести.
Свобода!..
Я ползла по лесу, освещенному только светом луны, почти не пробивающимся сквозь густую листву деревьев. Однако мне хватало зеленоватого отсвета от своей чешуи и шипов.
Ночной воздух пьянил меня, я вдыхала его полной грудью и буквально чувствовала, что моя крыша медленно съезжает от ощущения свободы! Самое тяжелое - сидеть взаперти, без какого-либо общения со внешним миром. Зато какое наслаждение после длительного заточения вновь оказаться на природе!
Минут двадцать я просто носилась по лесу и скакала по деревьям вверх-вниз. Затем мне это наскучило и я, быстро перепрыгивая по веткам деревьев, понеслась в сторону запримеченного мною в прошлый раз озера. Я совершенно одурела от восторга и забыла про всякую осторожность. С разбега вонзив свое гибкое тело в воды озера я тотчас же нырнула, показавшись на поверхности только лишь спустя семь минут! Или восемь, точно не знаю.
Вынырнув, я закружилась в танце страсти, почти не касаясь воды хвостом. Должно быть, это было красивое зрелище - танцующая на поверхности озера шасса, словно облитая жидким серебром, в которое превратилась отражающая свет луны вода.
Рин
Мне не спалось. Тревога изматывала меня, с тех пор как целую
Что я несу? Спина, как назло, разболелась к вечеру. Это все из-за проваленного задания, восемь ударов железной цепью - а за что? Разве я виноват, что эти дроу сбежали, не дожидаясь прихода остальной команды?
Я поднялся и пошел прочь от костра. Мы никогда не забирались так далеко от замка инквизиторов - точнее, еще ни одному объекту не удавалось отдалиться настолько далеко. Обычно, если беглецы достигали горного перевала, их считали потерянными - слишком большие затраты сил и времени, да и незаконно это - горы официально входят в список территорий Темной Империи. Ха, когда инквизиция придерживалась законов?!
Бесцельно бродя по лесу, я наткнулся на озеро. Оно располагалось довольно далеко от места нашей стоянки. Впрочем, я мог не беспокоиться насчет того, что кто-нибудь нарушит мое уединение - клятва надежным ошейником связывала мои действия.
До меня донеслось пение. Я ускорил шаг, стараясь ступать тише. Впрочем, неизвестному певцу - или, скорее, певице, - не было никакого дела до всего мира: когда я осторожно выглянул из-за деревьев, я увидел потрясающую по красоте картину: озеро, залитое лунным светом. В центре кружилось безумно красивое существо, словно отлитое из серебра. Оно изгибалось в немыслимых позах, ныряло, кружилось, свивало и расправляло кольца своего хвоста.
Да-да, хвоста! Это существо оказалось лишь шассой, но зато человеческая часть этой рептилии - да простит мне Создатель это слово по отношению к этой богине!
– поражала своей гармоничностью, естественная красота которой затмевала красоту всех надушенных и украшенных толстым слоем штукатурки на лице придворных дам. По крайней мере тех, которых я видел.
Змеелюдка была обнаженной, но в этой красоте не было той пошлости, что вы могли бы себе вообразить. Наоборот, человеческие одеяния выглядели бы чуждыми этому неземному созданию!
Над озером кружилась самозабвенная песня:
Она бродит по свету,
Она ищет приюта.
То поселится где-то,
То уйдет почему-то...
Это было прекрасно. Я опустился на землю и подполз поближе, скрываясь в кустах. Наконец я оказался почти у берега и забыл обо всем, наблюдая за необыкновенным зрелищем. Я был уверен, что если упущу свой шанс, то больше такого в своей жизни не увижу!
Она тихая заводь,
Она бурная речка:
Может взять и растаять,
А может стать бесконечной...
Воистину, песня точно отражала ее исполнительницу! Ее танец был то страстный, то медлительный, ее движения были то порывисты, то тягучие и исполненные томной неги...
Наконец, песня завершилась. Я испытал глубочайшее по своей силе разочарование, но тут под моей рукой хрустнула ветка. Я выругал себя: идиот! И тут же прекрасное видение обратилось в кошмарную фурию: лицо исказилось в оскале, из тонких пальцев с металлическим щелчком выскользнули когти, остро блеснувшие в лунном свете. Кольца ее хвоста вздыбились и она с быстротой молнии скользнула к кромке леса, тут же исчезнув среди деревьев.