Шасса
Шрифт:
Выбравшись наконец наружу, я поняла, что уже наступило утро. Выход располагался в небольшой и сухой пещерке. Я посмотрела вперед, потом назад. Потом снова вперед и снова назад. После чего я выругалась и завалилась спать, с твердым намерением возвращаться домой через главный вход, потому что второго путешествия через подземелья я не переживу. Хотя нет... переживу. Но светить это место не стоит. Если ребята его еще не нашли...
Проснулась я где-то ранним вечером. Встала, потянулась и прикинула: сильно меня будут ругать или нет. Потом решила, что ругать будут очень сильно и накажут тоже надолго, поэтому возвращаться не хотелось, тем более по жаре. Так... Ползти по уступам я буду целый день, в
Пришлось поймать кролика и поджарить его огнем. Он немного обуглился, но есть хотелось очень сильно, поэтому я таки затолкнула его в себя.
Итак, удобная дорога. Я огляделась. Пещерка в которой я провела... день, находилась довольно далеко от главного входа, что добавило еще один довод в пользу запасного выхода. Или входа, как посмотреть.
Я направилась вдоль скалы, в противоположную сторону от уступов. Через полчаса быстрого передвижения я увидела то, что искала. Обрыв. Крутой, точнее даже отвесный. И озеро. В нем малышня купалась, так что оно было не слишком глубоким. Но нырять в ем можно было без опаски даже взрослому шассу.
Так вот. Озеро, обрыв. А наверху - я задрала голову, - каменная площадка, достаточно большая, чтобы там могли поместиться трое шасс. Или приземлиться один дракон. И узкий лаз - больше похоже на нору. Стены гладкие, круглые. Ведет в кладовую. Лазали, знаем.
Я с плеском нырнула, подплыла под водой к обрыву и вынырнула, встав во весь рост и даже немного приподнявшись на хвосте. Приключений мне на сегодня достаточно - так что не будем еще и по лесу бродить, хватит, на сегодня.
Я раскинула руки и прижалась к скале, будто обнимая ее. Я расслабилась и позволила своим мыслям течь, как им заблагорассудится. Некоторое время я стояла так, вбирая лучи заходящего солнца. Тепло, хорошо... А скала такая шершавая, приятная на ощупь... Прикосновение шершавой скалы к щеке показалось чуть ли не родным. Я ощущала камень каждой клеточкой своего тела, каждую трещинку я чувствовала, как самое себя, каждый выступ. Я медленно поползла вверх, прилипая к скале, ощупывая каждый дюйм. Только камень и я. Я и камень.
Я уже не обращала внимание на остальной мир. Я словно перетекала по скале. Мы были почти одним целым. Оба мягкие, податливые и теплые.
Ползанье по скале заняло у меня около двух часов. И все это время я совсем не отлипала от камня. Ладонь, щека, хвост, снова ладонь... Мысли не должны меня отвлекать. Впрочем, я давно научилась не обращать внимания на внутренний голос. Спина неуклонно замерзала, и мне это не нравилось. Только животу было тепло, скала остывает медленно.
Наконец я переползла через край каменной площадки и продолжила ползти уже по горизонтальной поверхности. Сейчас, затяну хвост и можно будет минут десять отдохнуть... Все.
Лежу на животе, лицом вниз - как заползла, так и отдыхаю. Контакт прерывать нельзя. Так легче ползти через тоннель, потому что видеть перед собой лишь черноту - испытание не для слабых духом. Не знаю, можно ли меня отнести к сильным, однако когда я попыталась проползти этот лаз... эту нору с открытыми глазами, я чуть в обморок от страха не упала. Впрочем, тогда я была меньше, но... Короче! Ползем.
Темнота. Шуршание справа... Чуть не завизжала от неожиданности, но вовремя заткнула себе рот ладонью. Это всего лишь паук. Стоп, какой паук в горе?! Я сбрендила.
Через двадцать минут, показавшихся мне вечностью, выползаю на "свет Шаирэссаров", и ме-едленно открываю глаза. Взгляд уткнулся в чьи-то сапоги. Я так же медленно подняла голову. Тахешесс.
Норд
Орали все: и хором, и по очереди. Я лично вставил пару высказываний. Саишша
Зато долго после окончания разборок по залам гуляло эхо от многочисленных песен, которые Са наигрывала на гитаре, - между прочим, это я ее нашел!
– которую ей сунули со словами: "Развлекайся, зараза, и чтоб ни ногой за пределы комнаты!!!" Н-да, песни были все сплошь тюремные - протест Са выражала деликатным способом. Я решил не указывать на то, что Саишша может легко нарушить приказ паладинов - ведь ног у нее нет! Заслужив благодарный взгляд этим. Са удалилась под конвоем в свой кабинет, и всю последующую неделю она выбиралась оттуда лишь за тем, чтобы помыться, перекусить - под конвоем бдительного паладина, разумеется, - и чтобы выбрать в огромнейшей библиотеке, которая, по словам Са, была на втором месте среди всего мира, кое-какие книги для занятий с Тимкой и, как она выразилась, "для легкого чтения". Я выразил свое сомнение в том, что больше смахивающая на могильную плиту книга предназначена для легкого чтения, но Саишша ответила: "Это как раз то, что надо! Да, Норд, передай мне во-он ту книжицу! Угу, "Святая Инквизиция и как с ней бороться"! Спасибо, а можно еще трактат о "Чудовищах мира"? Он прямо за твоей спиной. Спасибо!"
Я не сомневался, что последние две книги были предназначены для намека Симу, однако тот со стоическим спокойствием перенес этот завуалированный выпад в его сторону. Я только поражался его выдержке. Он даже соизволил предложить Са помощь в переноске особо тяжелого "Трактата...", но она ответила насмешливой фразой: "Спасибо, как никак женщина, справлюсь!" Сим нахмурился, но настаивать не стал. Смешно было наблюдать, как шасса буквально по полу перетаскивала тяжеленные тома в кабинет, так как приходить в библиотеку она отказалась наотрез.
Все свободное время мы собирались в лаборатории, слава Симарглу - Люц додумался, как убрать огненную черту. Проводить там время оказалось очень весело - Люц и Тимка ковырялись в реактивах, постоянно радуя нас новыми открытиями. Мы перенесли туда кресла - они, кстати, были очень интересной формы - нечто вроде косо поставленной на ножку плетеной из веток полусферы, обитой изнутри мягкой тканью и заваленными подушками, - и постелили шкуру возле окна - Сим сказал, что Са понравится. По просьбам Саишшы, Люц устраивал на ее половине лаборатории все так, как она надеялась увидеть после того, как ее заточение завершится.
Теперь Лаборатория - именно так, с большой буквы!
– напоминала чистилище: с левой стороны все находилось в идеальном порядке, с диаграммами на стенах, аккуратно рассортированными колбами и - что меня особенно рассмешило, - цветком в горшке. Кстати, это был лопух. Люц сказал, что его зовут Федя и он теперь будет жить с нами. Я тайком покрутил пальцем у виска.
Справа же обстановка была прямо противоположна. Окно было задрапировано тяжелой темной тканью с красным узором. Колбы были в беспорядке, яды Са попросила поставить на отдельную, "красную" полку и окружить черными ленточками. Теперь в углу комнаты стоял скелет, в котором поселился зловредный полтергейст, заставлявший греметь старые кости. Пришлось приковать его цепью, которую я нашел глубоко под горой в одном из залов. К слову сказать, там было много клеток и даже скелет какого-то неведомого мне зверя.