Сэвилл
Шрифт:
— Вот это был чай, так чай, — сказал отец, глубоко вздохнул и допил свою чашку. — Кто бы и откуда бы ни приехал, а вкуснее все равно не едал.
— Ну, не знаю, — сказала мать. — Все-таки с карточками ничего по-настоящему сделать нельзя.
— Карточки не карточки, а лучше быть не может, вот что! — сказал отец. Он достал сигарету и чиркнул спичкой.
— Ничего, если мистер Сэвилл будет курить? — сказала мать.
— Ну конечно, миссис Сэвилл, пожалуйста, не обращайте
Отец поспешно задул спичку.
— Если хотите, так можете встать из-за стола, — сказала мать.
— Давай-ка, мать, мы поможем тебе с посудой, — сказал отец.
— Нет, я предпочту помыть ее сама, — сказала она и добавила: — Если хочешь, Колин, пойди с Невилом в гостиную.
— Угу. Я там затопил камин, — сказал отец.
Колин посмотрел на Стэффорда: встав из-за стола, Стэффорд, казалось, не знал, что ему делать дальше. Он взялся было за спинку своего стула, словно собирался отодвинуть его, но посмотрел по сторонам и не нашел для него места.
— Мы здесь сами уберем, — сказал отец. — Гостям это не полагается, знаешь ли.
Они прошли в соседнюю комнату. Хотя огонь в камине горел, там было холодно и пахло сыростью. Стэффорд посмотрел в окно на улицу.
— Пожалуй, мне пора, — сказал он. — Я ведь быстрее, чем за час, домой не доберусь.
Он приподнял занавеску и нагнулся к стеклу, потом отпустил ее и быстро оглядел комнату. Оттого, что окно было маленьким и его закрывали занавески, тут было темнее, чем на кухне, куда свет попадал и через открытую заднюю дверь.
— А где это место, про которое говорила твоя мать?
— Недалеко, — сказал Колин. — Там всегда околачиваются эти двое. Ну, те, которые остановили нас на дороге.
— А я бы еще раз с ними встретился. — Стэффорд поднял голову и поглядел на него. Его глаза блестели. — Поедем на велосипеде или пешком пойдем? — добавил он.
— Лучше пешком. Там велосипед оставить негде.
Он крикнул матери, что они пойдут погулять.
— Очень не задерживайтесь, а то Невилу поздно будет возвращаться, — сказала мать и вышла из кухни в коридор, когда он открыл дверь.
Тучи немного поредели, и сквозь разрывы кое-где пробивались солнечные лучи. В Долинке над трубой газового завода курился дым, колокол газгольдера между металлическими опорами опустился почти до земли.
Стэффорд выломал ветку из живой изгороди и бил на ходу по траве и бурьяну. Он посматривал по сторонам с таким видом, точно бывал здесь уже много раз, — казалось, его не интересует, куда они идут.
Тропа вилась между кирпичными отстойниками и терялась в болоте по ту их сторону.
Колин пошел
Из кустов взлетали птицы. Запах газа сменился запахом гниющего ила. Стэффорд с настороженным любопытством смотрел на заросли камыша, на темную воду между ними. Он задумчиво горбился. Колин останавливался перед каждым трудным местом и ждал его. Наконец впереди открылась полянка с хижиной Батти. Из трубы шел дым.
На пороге стоял Стрингер. Он целился из ружья в сторону тропы.
— Я вас услышал, Языкатый. Ближе не подходите, — сказал он.
— Колин, это один из них? — сказал Стэффорд.
— Тот, которому я дал в нос, — сказал он.
На лице Стрингера виднелась запекшаяся кровь.
— А он выстрелит? — спросил Стэффорд.
В листьях над их головами что-то просвистело.
Стрингер быстро нагнулся, дернул ствол вниз, вложил пульку, защелкнул ствол и снова прицелился в них. Он выстрелил.
— Лучше бы найти укрытие, — сказал Стэффорд.
И поднял руку, заслоняя лицо.
Стрингер, перезаряжая ружье, попятился в хижину. Ставни на окнах задвинулись. Секунду спустя из-за косяка высунулась рука, ухватила конец веревочной петли и захлопнула дверь.
Стэффорд стоял на краю поляны, не зная, идти вперед или нет.
— А Лолли тут? — крикнул Колин.
— Нас тут много, Языкатый, — ответил Стрингер. Закрытая дверь приглушала его голос.
Колин пошел через поляну к хижине. За ставнем раздался хлопок выстрела.
Он встал вплотную к двери и подождал. Стэффорд по ту сторону поляны махал рукой.
— Ты тут, Лолли? — сказал Колин.
— Мы все тут, Языкатый, — сказал Стрингер.
Он услышал скрип придвигаемого к двери стола, лязгнула цепь. Колин нажал на дверь, и она подалась.
— Если попробуешь войти, Языкатый, — сказал Стрингер, — я выстрелю.
— Мы только посмотрим, — сказал он.
— Сделай еще шаг, и я стреляю, — сказал Стрингер.
Колин открыл дверь и заглянул внутрь. Печурка топилась. У стены горела свеча.
Стрингер прижался щекой к прикладу.
— Я тебя предупреждал, Язык, — сказал он.
— Мы только посмотрим, — повторил Колин и добавил: — А я думал, что Лолли тут.
— Он придет. Он сейчас придет. И приведет своих, — сказал Стрингер.
— Убрал бы ты ружье, — сказал Колин и вошел.
Он повернулся спиной к Стрингеру и потрогал печурку.
— Если Лолли скоро придет, — сказал он, — так я его подожду.