Сэвилл

Стори Дэвид

— Уокер не знает. Интересно, — добавила она, — относится ли это… — она помолчала, — и ко всем остальным?

— Мисс, мисс! — повторяли чуть ли не все мальчики.

— Сэвилл!

— Ноль целых, шесть, шесть, — сказал он, — в периоде.

— Ну что же, — сказала она. — Надеюсь, вы все это слышали. — Очки в толстой оправе были медленно сдвинуты вниз. — Уокер!

— Ноль целых, шесть, шесть в периоде, — сказал Уокер.

Поднятые руки опустились.

— А

чему равна одна треть, выраженная в десятичных дробях, Уокер?

— Ноль целых, три, три в периоде, — сказал Уокер.

— А если бы я попросила вас дать мне две трети фунта, Уокер, сколько вы мне дали бы?

— Две трети, мисс? — сказал он. Его глаза расширились, нос стал еще краснее. Ноги под партой переминались.

— Две трети, Уокер, — сказала мисс Вудсон.

— Две трети фунта — это будет… — сказал Уокер, лихорадочно шевеля сплетенными пальцами. — Две трети…

— Стивенс!

— Да, мисс?

— Что это за «да, мисс»? Две трети фунта, Стивенс, в шиллингах и пенсах.

Голова Стивенса задергалась, его лицо просветлело от ужаса, даже волосы затрепетали, и он сгорбился еще больше обычного, словно стараясь соскользнуть под нарту.

— Мисс, мисс! — повторяли двое-трое мальчиков.

И вновь дружным защитным жестом почти все подняли руки.

— Две трети фунта, Стивенс.

Взгляд Стивенса оторвался от глаз мисс Вудсон, медленно перешел на дверь позади нее, потом безнадежно скользнул по стене и примерно на полпути задержался на низком прямоугольном окне, которое выходило на подпорную стенку подъездной дороги. Сквозь частую проволочную сетку не было видно ничего, кроме изъеденных временем камней.

— Двенадцать шиллингов, мисс. Примерно, — сказал он.

— Двенадцать шиллингов, Стивенс. Примерно, — сказала мисс Вудсон. Ее губы растянулись, внезапно стали видны два ряда крупных неровных зубов. — Если двенадцать шиллингов равны двум третям фунта, чему равен остаток? — сказала она.

— Мисс, мисс! — повторяли несколько мальчиков.

— Восемь шиллингов, мисс Вудсон, — сказал Стивенс.

У него дрожали уже и губы. В глазах стояли слезы.

— Равен, Стивенс, равен. Если двенадцать шиллингов соответствуют двум третям, чему соответствует остаток?

— Одной трети, мисс.

— А одна треть, по вашему расчету, Стивенс, равна восьми шиллингам. В таком случае чему равны три трети?

— Мисс! — сказали несколько мальчиков.

— Двадцати четырем шиллингам, — сказал Стивенс.

— А сколько шиллингов в фунте, Стивенс?

— Двадцать шиллингов, мисс, — сказал он.

— Так сколько же шиллингов и пенсов составляют две трети фунта, Уокер?

—

Вы мне, мисс? — сказал Уокер.

— Что это за «вы мне, мисс?», Уокер? Или я стенку спрашиваю? — сказала она. — Отвечайте, не то я вас выдеру.

Она медленно поднялась из-за стола и пошла по проходу между партами, глядя в окно в глубине класса. За ним виднелась площадка для игр: между кирпичными бомбоубежищами трусила черная собачонка.

— Не знаю, мисс, — сказал Уокер.

— Идите к столу, Уокер, — сказала мисс Вудсон.

Уокер встал. Чуть наклонив голову набок, он осторожно проскользнул между своей партой и мисс Вудсон.

— Станьте лицом к доске, Уокер, — сказала мисс Вудсон.

Он повернулся к доске, заложив руки за спину, расставив ноги.

— Возьмите лежащий перед вами кусок мела.

Уокер взял мел из деревянного желобка под доской.

— Напишите на доске «один фунт», Уокер.

Уокер, вытянув руку вверх, написал: «один фунт».

— Теперь, Уокер, разделите один фунт, — сказала мисс Вудсон, — на три. Четко и подробно. Мы все хотим убедиться в вашем невежестве, — добавила она.

— Единица на три не делится, мисс, — сказал Уокер. Он стоял, крепко сжимая белую палочку в поднятой руке.

— О господи! А что мы делаем в подобных случаях, Уокер? — сказала мисс Вудсон.

Она осталась у задней стены и смотрела на Уокера и доску через весь класс.

— Превращаем фунт в шиллинги, мисс Вудсон, — сказал Уокер.

— Так покажите нам, как действует ваша блистательная логика, Уокер, — сказала она. — Двадцать шиллингов, разделенные на три.

— Двадцать, деленное на три, дает шесть, — сказал Уокер. — И два в остатке.

— Два чего, Уокер? Два уха, два глаза, два локтя?

— Два шиллинга, мисс.

— А как мы делим их, Уокер?

— Превращаем их в пенсы и делим на три, мисс, — сказал Уокер.

— И каков же ответ, математический гений?

— Восемь пенсов, мисс.

— Так чему же равна одна треть фунта, Уокер?

— Шести шиллингам восьми пенсам, мисс Вудсон, — сказал Уокер.

— Идите на место, гений, — сказала мисс Вудсон.

Она медленно пошла по проходу.

— Когда я задам вам следующий вопрос, чтоб я не видела опущенных рук. Чему равны две трети фунта?

Все, кроме Стивенса, мгновенно подняли руки.

— Так чему же равны две трети фунта, Стивенс?

Он что-то быстро писал пальцем на крышке парты.

— Вы моете парту, Стивенс? — сказала мисс Вудсон. — Или стараетесь ее отполировать?

— Нет, мисс, — сказал Стивенс и мотнул головой.