Серый туман
Шрифт:
— Что случилось? — недоумевая, подошла к нему девушка. — Кто кого замочил? Ты о чем?
Она опустилась перед парнем на корточки и попыталась поправить ему перекосившийся воротник косухи. Рука попала во что-то липкое. Недоумевая, она встала и включила свет.
Руку, как и куртку Черепа, покрывала густая, наполовину свернувшаяся кровь.
Линда охнула.
— Череп, милый, во что ты ввязался? — затормошила она в голос стонущего парня. — Что случилось? Ты цел?
— Он сожрал Жука прямо передо мной! — не обращая на нее внимания, будто бредил наяву Череп. — Мы уходили
Неожиданно он вскочил на ноги и, судорожно сжимая сумку, бросился к двери.
— Череп, милый, не бросай меня! — панически взвизгнула Линда. — Возьми меня с собой!
Она уцепилась за его руку, не давая сдвинуться с места.
— Отстань, сука! — рявкнул Череп. — С тобой ничего не случится, а мне трындец наступит, если ему попадусь! Один я закопаюсь куда-нибудь, пережду, а с тобой мне куда? Вообще забудь, что я на свете есть, понятно?
Он вырвал у Линды руку и выбежал, яростно хлопнув дверью. Спустя несколько секунд за окном взревел мотоцикл.
Линда без сил опустилась на кровать. На простынях горели кровавые отпечатки ее рук…
…в дверь громко заколотили. Анна с трудом разлепила слипающиеся веки и, запинаясь о древние скрипучие половицы, пошла открывать, лишь накинув на себя тонкий халатик. Что-то он задержался, проплыла в глубине сознания полусонная мысль.
Жук с безумным остановившимся взглядом ввалился в сени, оттолкнув Анну в сторону, затем замер и несколько секунд в ступоре пялился прямо пред собой.
— Ты… одна? — спросил он хриплым шепотом, хватая ее за рукав. — Он… не появлялся?
— Нет, — удивленно откликнулась Анна, слегка отступая назад. Одежду Жука покрывали пятна чего-то темного, неразличимого в полумраке. — Никто не приходил. А кто – он?
Оттолкнув ее в сторону, Жук бросился в комнату, к шкафу. Выхватив оттуда пожилой дорожный чемоданчик с продавленной крышкой, он принялся лихорадочно скидывать в него все, до чего дотягивался.
— Ты уезжаешь? — с удивлением спросила Анна. — Куда?
— Он порвал их всех! — невпопад простонал Жук. — Всех! На куски кромсал, как мясник на бойне! — Неожиданно он сжал виски и в голос зарыдал. — Всех!..
— Что случилось? — недоумевая, подошла к нему девушка. — Как кромсал? Вы что, махались с кем-то?
Она опустилась на корточки и отвела падающие ему на глаза длинные спутанные волосы. Рука попала во что-то липкое. Брезгливо отдернувшись, она встала и щелкнула выключателем.
Рука, как и одежда Жука, оказалась испачкана в крови.
Анна охнула.
— Жук, кто тебя так? — вцепилась она в рыдающего парня. — Откуда кровь? Тебя порезали? Врача надо?
— Он покрошил Черепа рядом со мной! — не обращая на нее внимания, лихорадочно бормотал Жук. — Мы успели выскочить во двор, но он достал его уже там! Куски трупов, понимаешь, куски мяса повсюду, кровь, дерьмо, кишки! Он порвал всех, я один сбежал, но он придет за мной, я знаю!
Неожиданно он вскочил на ноги и, судорожно зажав под мышкой чемоданчик, бросился к двери.
— Жук, пожалуйста, не бросай меня! — уцепилась за него
Девушка повисла на нем, не давая сдвинуться с места.
— Отлезь, дурища! — рявкнул на нее Жук, брыкаясь изо всех сил. — Ты-то кому нужна? Ты что, не поняла – мне п…ц придет, если ему попадусь! Один я заныкаюсь куда-нибудь, пережду, а тебя куда? Вообще забудь, что меня сегодня видела, дошло?
Парень яростно толкнул девушку и выскочил во двор, чуть не снеся дверь с петель. Спустя несколько секунд перед домом затарахтел и быстро заглох вдали мотор мотоцикла.
Анна потрясенно опустилась на кровать. На простынях горели кровавые отпечатки ее рук…
— Джао, чтоб тебя башкой через колено! Ты что творишь?
Полулежащий в консольном кресле высокий негр приоткрывает один глаз.
— Суоко, я тебе не говорил, что ты жуть как хороша, когда сердишься? — слегка улыбается он. — Никакой куклы не надо, ты и сама по себе красавица.
— Спа… Не меняй тему! — Ведущая упирает кулаки в бока. — Ты что, специально мне на нервы действуешь?
— Ты о чем? — негр сладко потягивается и садится вертикально.
— Не изображай из себя невинную овечку! «Стальные сердца»! Я же на них специально запрещающий флаг поставила! Они у меня в оперативной разработке…
— Извини, но я за ними тоже следил. Они все границы перешли. За последнюю неделю – три трупа, и останавливаться явно не собирались.
— Джао, я же предупреждала…
Негр широко шагает к ней и обнимает, так что женщина почти полностью теряется в его объятиях.
— Да, предупреждала. Наташенька, не ругайся. Их нельзя было оставить как есть. Они просто перешли все границы. А твой флаг – ты ведь не сняла бы его сама, верно? И тогда мы бы поругались дважды, и до операции, и после, вот как сейчас.
Ведущая каменеет всем телом.
— Отпусти меня! — с едва слышными угрожающими нотками требует она. — Немедленно!
— Нет.
Внезапно Джао подхватывает ее на руки и начинает кружить по комнате. Женщина тихонько взвизгивает и автоматически хватается за него. Негр опускает ее в консольное кресло и садится рядом на краешек. Некоторое время Суоко яростно смотрит на него, но потом ее лицо смягчается. Она откидывается на спинку и прикрывает глаза, потирая лоб.
— Не сердись, — просит Джао. — Ага, я козел и сволочь, как и любой мужик. Дай мне в лоб, если хочешь.
— Дубина! — почти жалобно произносит Ведущая. — Я на них полгода убила! У меня такой сценарий шикарный нарисовался, со стрельбой, публичными арестами мордой в асфальт и показательным судом! А теперь все псу под хвост… Ты почему, дурак, туда лично поперся? Почему куклу не отправил? А если бы тебя убили? Сам же так красиво рассказывал, почему базу покидать нельзя…
— Я соскучился, — сообщает ей Джао. — Зря я, что ли, ежедневно по два часа в спортзале кувыркаюсь? Хотелось проверить навыки своего тела. В конце концов, сколько десятилетий работали именно так, с подстраховкой на лонже, и ничего. Ната, только не говори, что за меня испугалась. А?