Серый кардинал
Шрифт:
— Будь добр.
— Ты сама отлично знаешь.
— Не понимаю, о чем ты, — хотя осознание начало приходить.
Никогда не видела действие невыполненных магических клятв в реальности, а теперь испытывала его на себе.
— Ты рассказала маркизу то, что поклялась не делать перед Николасом, Сильвия. И этим «чем-то» стала информация о философском камне. Нарушение привело к откату — аллергии на шоколад. Поклянись ты своей кошкой, она бы погибла. Теперь попробуй сказать мне, что не рассказала Даниэлю про Николаса, и я не знаю, как поступлю с тобой.
Пески
Раунд второй: Харитон
— Ну, допустим, — ходить вокруг да около не имело смысла, зато сохранять спокойствие оказалось легко. Умирать я не боялась.
Харитон откинулся на кресло и скрестил руки на груди.
— Идиотка. Ты полнейшая идиотка. Невозможно увернуться от сотни стрел, Тия. В один момент твои «союзники» подставят тебя.
— В том числе и ты, — усмехнулась, также скрестив руки на груди.
Мой выпад проигнорировали.
— Ты не спала с Тамби, а решила пойти по более сложному пути и залезла в постель приближенного к отцу Даниэля. Весьма разумный поступок, — продолжил рассуждать.
— Закрой свой рот, — оборвала его холодно.
На лице Харитона отразилось изумление. Наверное, не ожидал от меня подобного. Я редко шла на открытые угрозы, до этого момента никогда.
— И почему же? — удобнее устроился на спинке кресла.
Подошла к нему и оперлась рукой на подлокотник.
— Единственное, что Даниэль получит от меня — это смерть от моих рук. И попробуй назвать его грязное имя еще раз с подобным намеком, Харитон, — я посмотрела пристально, проговаривая едва слышно.
Маска спокойствия Харитона улетучилась, поза стала напряженной, а на лице проявилось плохо скрываемое изумление.
— Надо же, — протянул с задумчивостью. — Ты и на такое способна? Я думал, что кроме разврата и убийственного спокойствия ты ни на что не способна. Что же такого сделал сын Дисада, что довел тебя до такого?
— Закрой свой рот, — произнесла холодно.
— М, значит, проступок был очень и очень плохим. Во сколько лет ты попала в бордель? В тринадцать?
— Заткнись.
— В тринадцать. Девчонок там часто выдают пару месяцев за девственниц, но зная твой характер…Ты пыталась сбежать, верно?
Сцепила руки в кулак. Я не просто пыталась сбежать, а делала это дважды, и оба раза оказалась пойманной. Он встал, давя очень высоким ростом и вынуждая меня сделать маленький шаг назад.
— Девочка пытается сбежать, и ловит ее никто иной, как пешка Дисада, коей является Даниэль. Тут два варианта развития ситуации: либо он тебя сразу насилует в качестве наказания, либо отводит к отцу, который приказывает ему сделать это. Предполагаю, что второе.
«Мерзость»
Если бы Даниэль просто взял меня, я не реагировала бы так остро.
— Тия, ты предсказуема, — улыбнулся, склонившись ко мне и подцепив подбородок.
— Ты расторгаешь контракт? — спросила, дернув головой, чтобы убрал руку с моего лица.
Движение он интерпретировал неверно, и только сильнее сжал пальцы.
— Расторгнуть? Что ты? Я впервые
— Это условие может быть поставлено с завтрашнего дня? — попросила тихо.
— С этой минуты, Гарольд. И тебе лучше угомониться и не злить меня.
— Сарике нужна помощь.
— Только ты виновата в этом.
— Пробежки тоже запрещены?
— Разрешены только со мной
Никакая боль меня не сдержит перед завтрашним днем. Пусть душит ошейник, лишая воздуха, пусть Харитон принимает самые жесткие меры, не сработает ничего.
Абсолютно.
Глава XXV
— Сердце женщины как абрикос — вмещает только одну косточку, а сердце мужчины, дай ему Единый здравия, как гранат.
«Идиоты», — подумала про себя, искоса наблюдая за Харитоном. Герцогу мудрость от сына лорда Варна, поддержанная многими хохотнувшими, кажется, понравилась: заулыбался, бросив быстрый взгляд на меня. И этот туда же.
Идти сегодня я никуда не планировала, но лорд Асаи Варн решил продемонстрировать всем новинку — Барханного кота, — прирученного его любимой сестрой. Досталось и нашим с Тамби котам, которые по всем фронтам, конечно, уступали маликиному. Девушка сюсюкала с животным, давая потискать того всем присутствовавшим.
Я по привычке упивалась, с мрачной сосредоточенностью втыкая в одну точку. Думая обо всем, раздражаясь глупости людей и идиотскому решению Реневальда. Охрану с меня сняли, привычных мыслей о защите объекта я не слышала.
Завтра…
Хорошо, что я приказала слуге поехать на рынок и запросить продавца привезти цветы прямо к воротам имения. Реневальда завтра не будет, а с остальными я в любом случае справлюсь. К слову, о мужчине, он все еще держался рядом и незаметно контролировал браслетом-определителем потенциальный яд. Со стороны он казался влюбленным ухажером, мило подававшим мне съестное, так что подозрений такая забота не вызывала. Разве что намекала всем женщинам об отсутствии у тех шанса на заполучение сердца герцога.
— Герцог, да вы влюблены, — игриво пропела одна из охотниц, выясняя истинное положение вещей. Герцог на провокацию ответил многозначительной ухмылкой.
Чужие мысли хлестали не мягче плети рабовладельцев на полях, я отсекалась алкоголем, окончательно теряя зачатки разума. Пока страна сотрясалась в судорогах распада, хозяева жизни бухали, обсуждали котов и трахали все что движется, кровью невинных склеивая разламывавшийся престол.
И почему я иного мнения о нем? С чего взяла, что он отличался? Потому что не могла читать его мысли? Потому что он не спал с подобными мне? Почему? Почему была уверена в том, что, придя к власти, он не продолжит модель поведения, которой следовали последние правители? Ведь его методы, использованные на мне, напоминали Грегори. С чего я вообще взяла, что он отличался?