Серебряное яблоко
Шрифт:
Нет, нет, это все неважно. Он не позволит себе жалеть их или радоваться за них. Ему нет до них никакого дела. Больше он никого лечить, не намерен. Отец уже совершил эту ошибку, но он не совершит. Отец любил жителей Айронвуда, проникся к ним всей душой и заплатил за это своей жизнью и жизнями своей семьи. Он не повторит этого. Никогда.
Мысли начали путаться, и король погрузился в блаженный сон.
* * *
Джейн знала Эдмунда всего две недели, но она была так за него счастлива. Ведь все дети во всех возможных мирах заслуживают того, чтобы быть здоровыми. Как
Когда наконец-то жители деревни разошлись по своим делам, мать Эдмунда еще раз ее обняла.
— Спасибо вам, леди Джейн.
— Я не понимаю, почему вы меня все время благодарите, ведь это король вылечил ноги Эдмунда.
— Да, король. Но вы определенно имеете к этому отношение. Он никогда никого не лечил и вдруг через две недели после вашего появления исцелил ноги моего сына. Тем более все знают, что вы проводите много времени в сером доме. Вам небезразличны эти люди. Вы сделали что-то, из-за чего король Феликс вылечил моего сына. Не зря многие думали, что ваше появление будет для нас таким же знаменательным как и появление Отца. Я так счастлива, что Эдмунд не уйдет от меня в жуткое отрешенное место и теперь он такой же как все, — женщина сияла от счастья.
— Может я и причастна к выздоровлению Эдмунда, но не стоит меня благодарить. И тем более — не стоит сравнивать меня с Отцом. Я всего лишь обычная девушка. И, фактически, можете считать, что я просто поговорила с королем. И если бы король сам не захотел это сделать, то не сделал бы, несмотря ни на что.
— Вы очень добрая. Просто поговорили… С ним разговаривают толпы людей каждый день, но почему-то именно после вашего разговора он совершил такой поступок.
Джейн чувствовала себя неловко от услышанной в свой адрес похвалы. Доброе дело уже не считается таковым, если просыпается гордыня от того, какой ты молодец, что совершил его. А от излишней благодарности она просыпается всегда.
— Я не спросила в прошлый раз ваше имя…
— Нелия.
— Мне пора, Нелия, — Джейн хотелось поскорее уйти. Её не должна так горячо благодарить эта женщина. — А вам нужно теперь научиться следить лучше за Эдмундом. По-моему он убежал куда-то очень далеко.
Женщина засмеялась, вытирая рукой глаза, в которых опять стояли слезы.
— Да, нужно следить лучше. Я не привыкла, что он может убежать так далеко от деревни.
И она вновь обняла девушку. Не передать словами, какое счастье царило в душе Джейн в этот момент. Она ощущала, как жизнь двоих человек изменилась навсегда.
Джейн неспешным шагом пошла к парку и через несколько минут уже сидела на лавочке возле одного из маленьких озерец. В воде плескалась неизвестная ей маленькая пестрая птичка, которая сразу же напомнила ей таких горячо любимых мандариновок Аннабель. На мгновение ей стало грустно, но сегодня определенно был не день печальных мыслей. Её сердце переполняла такая радость. Она уже не случайно оказалась в этом мире, теперь в ее пребывании здесь есть смысл. И даже если она никогда больше не увидит своих родных, всё не будет
Феликс выглядел таким бледным и обессиленным, видимо лечить этих людей не так просто, как она могла подумать. Видимо трата сил сказывается на его здоровье. За все время в Айронвуде она уже успела привыкнуть, что здесь никто не болеет, но Феликс из другого мира и так ли прекрасно он себя чувствует как остальные?
Джейн посмотрела вдаль: верхушки гор перестали быть видны из-за облаков. Ну, наконец-то погода поменялась, даже долгожданная прохлада появилась. Может, скоро и дождь пойдет? Вайолет говорила, что в Айронвуде дождя не видели уже три года. Точно, Вайолет и Жозеф… Она совсем забыла, что вчера обидела их и сегодня собиралась прийти с извинениями.
Джейн поспешно встала и, пройдя мимо нескольких домов, уже стояла возле дома витражника. Девушка, проигнорировав их колокольчик, постучала прямо в двери. Вайолет, сухо и официально поздоровавшись, провела ее в дом. Внутри все уже было накрыто к завтраку, но кроме женщины в комнатах никого не было.
— Вайолет, — робко начала Джейн, — простите меня за мое вчерашнее поведение. Я не хотела вас обидеть, и я здесь не так давно, чтобы кого-либо осуждать.
К радости Джейн, Вайолет заметно потеплела и улыбнулась:
— Ничего, я не сержусь. Ты просто очень добрая, Джейн. В этом твоя награда, но в этом и твоя беда. Если ты считаешь, что наш король хороший, пусть так. Но одного ты отрицать не можешь: он заставил нас солгать тебе, притворяясь нашим сыном при том, что в Айронвуде ложь — большой грех. Я, конечно, читала молитву Матери Природы каждый раз, когда лгала тебе, но не уверена, что природа это учла. Лгать — ужасно. Я обманула тебя по его приказу. Все мы обманули.
Джейн понимала, что у местных свои правила и своя вера. Но для нее аргумент того, что он заставил их солгать, все равно не казался таким уж страшным.
— За это, я не буду его оправдывать. Я просто хочу, чтобы вы понимали, как много сил он, должно быть, тратит. Может, у него, просто нет возможности сделать все, что вы хотите. И он не может признаться вам в своей слабости. Этого ведь никто не знает. Вы так ужасались существованию болезней в моем мире. А король Феликс выглядел сегодня так, будто он болен. Было видно, что ему очень плохо. Вам не понять этого. А я знаю. Возможно, он болеет, когда истратит силы на что-то серьезное. И никто об этом не задумывается!
— И на что он мог потратить так много сил?
— Вы еще не слышали? Король вылечил ноги одного мальчика — Эдмунда.
— Вылечил ноги? Король? Этого не может быть. Не всегда милая нужно верить сплетням.
Сплетням? Естественно история с Эдмундом не была пустыми пересудами, но прежде чем это объяснить Джейн решила выяснить этот странный момент.
— У вас же здесь никто не лжет, какие сплетни!
— Сплетни могут появляться лишь от того, что кто-то не так услышал информацию и понес ее дальше.