Серебряное яблоко

Авильчик Анна

Джейн отбросила все церемонии и, не здороваясь, сразу спросила:

— На каком он сейчас складе?

Эпс поднял брови:

— На втором, но…

Джейн уже бежала по коридору прочь от вельможи.

— Но он занят и все равно вас не примет, — кричал он ей вслед, но Джейн его уже не слышала.

Девушка возбужденно дернула дверь склада и, пробежав несколько рядов, увидела короля окруженного несколькими вельможами с кипой бумаг в руках. На нем не было его королевского расшитого нитями мухтана со шлейфом, только черные штаны и что-то

на подобие очень свободной футболки черного цвета. Золото на его руках было полностью на виду и сверкало во все стороны.

— Король Феликс! Извините можно вас на минутку, — Джейн присела и поклонилась — все как положено при встрече с королем.

Феликс смерил ее холодным взглядом:

— Леди Джейн, разве не видно, что я занят?

— Видно, но это очень важно, — ей начало казаться, что затея прийти на склад совершенно дурацкая. Стоило дождаться вечера. Теперь он будет в плохом настроении и ничего не получиться. — Пожалуйста, уделите мне минутку.

Феликс отдал какие-то поручения вельможам, и те, поклонившись, разбежались по складу в делах.

— Ну и… У тебя пять минут.

Она так давно не видела его лицом к лицу, что успела отвыкнуть от его испепеляющего сильного взгляда и чувствовала себя скованно:

— Вы, наверное, знаете, что жители Айронвуда вас не любят.

— Ты пришла сказать мне то, что я прекрасно знаю? Хочу сообщить тебе, что из-за этих двух минут, которые ты у меня забрала, несколько людей сегодня останутся голодными. Если будешь отвлекать и дальше, скоро они и тебя будут ненавидеть.

— Нет, я не это хотела сказать, а то, что вы могли бы постараться найти с ними общий язык, понять их.

На этих словах он раздраженно закатил глаза.

— Понять их? Я обязательно займусь этим, в перерывах между созданием еды. Я согласен с тобой — понимать их желания это важнее, чем кормить их!

— Есть люди, которые понимают, как много вы для них делаете, и остальные тоже могут понять вас, если вы будете более открыты к людям.

Джейн протянула королю телефон и нажала "Play". Тристан начал говорить с экрана телефона. В этот момент к удивлению Джейн глаза Феликса слегка расширились, все-таки телефон произвел на него хоть какое-то впечатление. Главное — чтобы всё остальное хоть немножко пробило брешь в его панцире.

Он с неизменным лицом слушал слова Тристана. То, что король продолжал смотреть видео, уже было хорошим признаком.

Наконец речь Козлоногого закончилась. Джейн посмотрела на каменное лицо короля и поняла, что никакую брешь она пробить не смогла. Что она хотела ему показать? Что один из тех, кто действительно должен его ненавидеть, относиться к нему с пониманием и поддержкой? Разве такого человека как Феликс может растрогать чье-то добро? Наивная идея.

Король Феликс нарушил образовавшуюся тишину:

— И что это за прибор?

— Он делает много разных вещей, и одно из них это запись во времени звука и изображения.

— И когда Козлоногий произнес эту пламенную речь? — он смерил ее таким

холодным взглядом, что она даже стала его бояться. — Час назад, — пролепетала Джейн.

— Это все? Я могу быть свободен, леди Джейн? Или вы не слышали только что слова вашего друга с копытцами, о том, что я кормлю и защищаю весь Айронвуд?

Джейн ничего не ответила и молча поклонившись, пошла в сторону двери. Она чувствовала себя самым обыкновенным маленьким человеком, который не в состоянии повлиять на окружающий мир. Зря Мелиса увидела в Джейн мессию. Она самая обычная девушка. Она и тогда в её первом разговоре со служанками, знала, что не сделает здесь ничего нового и хорошего. Не будет никаких вылеченных людей, король Феликс не восстановит растительность и никто так и не осознает, как много он им дает.

Джейн покинула склад в расстроенных чувствах и пошла в сторону дворца с единственным желанием прийти в свою комнату, лечь спать и ни о чем не думать. По дороге она увидела Маркуса. Он стоял возле огромной бронзовой тыквы.

— Привет Маркус.

— Леди Джейн.

— Как поживаешь?

— Чудесно. Погода хорошая, сегодня ездили на охоту, но дичи практически не было. Зато хорошо провели время на свежем воздухе, — поразительно, как этот молодой человек умудрялся всегда быть в прекрасном настроении.

Он искренне радовался хорошей погоде, несмотря на то, что плохой погоды здесь никогда и не было. Но если задуматься, это и есть верное отношение к жизни — радоваться, когда все просто хорошо и когда это хорошо продолжается изо дня в день. Подумать только, ведь Джейн тоже всегда была заядлой оптимисткой. Но почему-то без своей семьи, она превратилась в унылую и вечно печалящуюся даму.

Вдруг рядом с ней и Маркусом возник какой-то Вельможа.

— Маркус, сегодня День твоего рождения. Я сделал запись, теперь тебе двадцать семь лет.

— Спасибо, Томас. Завтра не забудь записать дату Клиффорда.

— Конечно, конечно, — Томас поспешно удалился.

Джейн стало неудобно, что она ничего не приготовила Маркусу. И почему она не спросила о Дне его рождения заранее?

— Я поздравляю тебя! — Джейн обняла, слегка ошарашенного парня. — Желаю тебе оставаться в таком же прекрасном настроении всю жизнь!

Маркус был явно удивлен ее поздравлению.

— С чем ты меня поздравляешь, Джейн?

— С Днём Рождения, конечно.

— Зачем поздравлять с Днем Рождения и что-либо желать? — он задорно рассмеялся.

— У вас День Рождения не считается праздником?

— Конечно, нет. Какой же это праздник? Это просто день, в который ты когда-то родился. И каждый год по нему отмечают, сколько тебе теперь лет. У вас разве не записывают годы?

— Ладно, забудь. Главное Томас отметил, что тебе двадцать семь лет.

— Конечно, это его обязанность, он ведет учет о возрасте всех жителей Айронвуда. Кстати нужно сказать ему и твой день рождения тоже. Ты же теперь житель Великих Садов, нужно записать твой возраст.