Сердцевина граната
Шрифт:
– Ладно, черт с ним. Скажи, как я могу тебе помочь?
– Вот, слушай…
Чаю они напились «до седьмой тоски». Когда седьмая тоска подступила, ее развеяла вернувшаяся из храма Галина. Ей был представлен новоявленный братец, рассказана история о хитрой девчонке, пытавшейся поймать выгодного жениха «на беременность». Галина поплакала, выпила корвалола, подержалась, не без того, за голову и за сердце. Но она-то была крепкая баба, деревенской закалки! Ее такими мелочами не проймешь! Главное, найти девочку, а уж чья она дочь – не суть важно. И брату Галина обрадовалась.
– Аяжтебе на могилку цветочки носила! –
Дня, целого дня оказалось мало для разговоров. Впереди ждали дела.
– Если адрес точный и номер машины правильный – мои ребята на него сегодня же выйдут, – заверил Александру новообретенный братец.
– Хорошо-хорошо. Смотри только, чтоб не перестарались. Пусть лишь расскажет, где взял украшение Киры!
– Не учи, сам знаю…
Глава 19
Гермес
Сегодня Косте Серову на собственной шкуре пришлось изведать популярное выражение «судьба играет человеком». Еще утром он был здоров (только слегка страдал похмельем, но это ничего) и счастлив. Небольшой доход, полученный от продажи доставшейся на халяву побрякушки, оказался небольшим подспорьем Костиному бюджету. Бюджет порядком хромал – Костя любил казино, виски и манекенщиц. Доходов для удовлетворения всех этих невинных страстишек не хватало. Серов не отказался бы и от незаконных способов приобретения денег, но в бандиты его не принимали, а воровать он боялся. Костя с детства не любил, чтоб его били, и с возрастом, надо отметить, его вкусы не переменились. В сущности, Костя был трус, но ни за что не признался бы в этом даже перед самим собой.
Когда его отправили «на дело» – вернее, когда его взял с собой в поселок Болотное Игорь, настоящий крутой боевик, Костя испугался и обрадовался. Он понимал, что убивать ему никого не придется. Просто не доверят. Так, подай-принеси… Есть шанс почувствовать себя крутым, не замаравшись в крови… Все так и вышло. Косте пришлось лишь отнести жмуриков в укромное местечко, а так их даже бензином поливал Игорь! Куш обломился хороший, да еще Серов, пока напарник не видел, стащил с девчонки украшение. Очень оно ему приглянулось, просто-таки притянуло к себе. Внезапно Костик почувствовал себя очень крутым, очень сильным и очень богатым. Это было приятно. Костик увязал чувство силы с тем обстоятельством, что тяжеленькое украшение, должно быть, золотое, и стоит недешево, так что на эти деньги можно будет приподняться – свой бизнес, к примеру, открыть.
Ночью его, правда, мучили кошмары. Снилось, что покойница идет к нему, вытянув длинные синие руки (с пальцев капает вода), и говорит: «Зачем ожерелье взял? Отдай, отдай немедленно!» Костя вопил так, что перебудил соседей.
Но утром, при свете, страхи показались смешными. Костя уговорил старую учительницу литературы, Анну Егоровну, сходить вместе с ним – отнести украшение в скупку. Но тут его подстерегало разочарование – желтый металл оказался не золотом, цену дали пустяковую. Не стоило рисковать. Теперь Костю одолевали невнятные и недобрые предчувствия… Покойница, понятно, за украшением своим не придет, но не заинтересуется ли им кто-нибудь из мира живых, такой небезразличный?
И вот к вечеру понедельника Костины опасения подтвердились.
Но Косте не удалось узнать, как «Локомотив» сыграет с «Рапидом», не удалось полюбоваться на знаменитые «венские кружева» иностранной команды. У дверей квартиры его поджидали двое, и Серов сразу понял – от этих добра не жди!
Костя даже не пытался сопротивляться. Если тебе под ребра сразу тычут холодное дуло пистолета, то желание изображать супермена бесследно испаряется даже у храбрецов. А Костя излишком храбрости не страдал, потому пошел с незнакомцами кротко, как овечка. Его уложили на заднее сиденье и надели на физиономию холщовый мешок. В мешке было душновато и воняло ботвой, но Серов мешка не снимал. Потому что любил жизнь и надеялся хоть еще немного ей порадоваться. Пусть даже с мешком на голове. Какой идиот придумал, что лучше умереть стоя, чем жить на коленях? Ничего он не понимал, этот храбрый философ, ей-богу!
Привезли куда-то – куда, Костя не понял. Воздух стал посвежее и попрохладнее. Значит, за город. Вода шумит… Неужели утопят? Ноги в тазик с цементом, и прости-прощай, Костинька! Но нет – ведут по лестнице.
Мешок с головы содрали. Костя некоторое время шумно отдувался, потом смог рассмотреть, где оказался. Казенный кабинет, как у небольшого начальника. За облупленным столом сидит мужик. Среднего роста, не выше Кости, сам худой, щеки впалые. А глаза у мужика ску-учные такие, что сразу хочется заснуть. Или уж просто – лечь да помереть.
– Ну-с, Серов Константин Богданович, 1982 года рождения, – с ходу выдал мужик. – Что вы можете нам сказать по существу дела?
– Какого такого дела? – промямлил Костя. Он прекрасно знал, что рыльце у него в пуху, но решил тянуть резину до последнего. И идти в глухую несознанку!
– Такого дела, – скучно вымолвил мужик. – Украшение где взял? Ожерелье, которое в «Белую лилию» снес? За которое ты сегодня утром денюжки получил? Ну, давай, пой, птичка, пой. Не стыдись!
– Это недоразумение! – фальшиво рассмеялся Серов. – Украшение же не мое! Я просто сопровождал его хозяйку, Анну Егоровну Панькину, в магазин. Она пожилой человек, она моя учительница литературы. И русского языка, между прочим. Попросила подвезти – я и подвез. Это ее ожерелье, и деньги она получила! А у меня денег нет! Да и денег-то там было всего ничего, так что бензин встал дороже!
– Какой благородный мальчик! – пришел в экзальтацию скучный мужик. – Помогает одиноким старушкам! Это, наверное, тимуровец! Слушай, Тимур, а где твоя команда?
На этот вопрос Костя не знал, как отвечать, потому промолчал.
– Так вот, тимуровец яйцеголовый, не засерай мне мозги. У твоей старенькой учительницы отроду ничего дороже деревянной указки не водилось. Ты уж меня извини, но мы живем в России, и учителя здесь – не самые обеспеченные люди…
– Так фамильное! – обрадовался Костя невесть чему. – Ей от мамы досталось, а той от ее мамы…