Сердцевина граната
Шрифт:
– Ты хочешь сказать, что Кора жива?
– Боги не могут быть живыми или мертвыми, Деметра. Я умерла за богиню Кору и мать ее Деметру. Моя плоть удобрит землю, и где пал прах мой – вырастут цветы. Я – жертва во славу твою! Прозрей же и возрадуйся, Деметра!
Что-то горячее коснулось век Александры, и она проснулась. Солнечный луч, пробившийся через шторы, падал на лицо. Александра провела ладонью по векам, словно стряхивая остатки сна. Итак, новое видение! Неизвестная девушка – неизвестная мертвая девушка! – называла ее богиней Деметрой. Кто
«Деметра, греч. богиня плодородия и земледелия, божество созревания хлеба, дочь Кроноса и Реи, сестра Зевса. Родила от Зевса дочь Кору. Кора была похищена богом подземного мира Аидом, братом Зевса. Убитая горем, Деметра разыскивала дочь. Земля перестала давать урожай, наступил голод, и Зевс согласился вернуть Кору матери. Но Аид дал Коре гранатовые зерна, после чего она стала его женой и владычицей подземного царства Персефоной. Когда Деметра добилась возвращения дочери, она только часть года могла проводить с матерью, а в остальное время, как жена Аида, должна была находиться в подземном царстве…»
Дальше было еще что-то о различных культах и мистериях. Но Александра читать не стала. Она сунула книгу на место, отряхнула с ладоней пыль и принялась размышлять.
«Удивительно, сколько совпадений! Зевс и Деметра – брат и сестра, у них рождается дочь, имя которой отличается от имени Киры всего в одной букве. Еще один пункт соприкосновения – гранат. Я все время видела его во сне, все время боялась, что Кира его попробует или хотя бы дотронется до него. И наконец – в этих снах-видениях я неизменно называю свою дочь Корой. А вот сегодня неизвестная девушка произнесла и мое имя. Деметра. И сеть своих магазинов я назвала именно так – много лет назад. Значит, я уже читала этот миф раньше. Значит, когда Кира пропала, я подсознательно провела параллель между нашей историей и древнегреческим мифом. Что ж, он заканчивается довольно оптимистично. Кира выйдет замуж и станет навещать меня. Это был бы самый счастливый исход, но я уже не жду его. Мне страшно. Мне страшно, что Аид, который станет мужем моей дочери, – владыка царства мертвых. Неужели Кира умрет? Но как тогда она станет навещать меня? Боже, я запуталась!»
Прошло несколько дней, но Краснов не давал о себе знать. Александра понимала – если бы были хоть какие-то результаты, он бы позвонил или объявился бы… Это произойдет сегодня. Да, именно сегодня!
Владимир Дмитриевич приехал к полудню. Галина уже ушла в церковь, не дождавшись его.
– Здравствуй, Зевс, – сказала Александра, встречая брата на пороге.
– Зевс? – устало усмехнулся он. – Спасибо. Моего могущества хватило, чтобы узнать у Константина Серова, откуда он взял ожерелье. И мне пришлось стать гонцом, принесшим дурные вести. Саша… Киры больше нет.
– Откуда ты знаешь? Ты видел ее мертвой? Ты опознал тело? Ведь ты же не видел ее, никогда не видел!
– Не видел, нет. И если она в самом деле мертва, то никто ее больше не увидит. Тело было кремировано, Саша. Экспертиза показала, что костная ткань, обнаруженная в пепле, принадлежит молодой женщине… Правда, исследование затруднялось тем, что сожжено было два
– Моя дочь жива, – ровным голосом сказала Александра. – За нее умерла другая девушка. Примерно ее лет. И на ней было ожерелье Киры. Я не знаю, как оно к ней попало. И вообще больше ничего не знаю, кроме одного: Кира жива!
– Ты можешь так думать. Если тебе легче…
В дверь позвонили.
– Открыто! – сказал Владимир Дмитриевич.
И вошел Евгений Эдуардович Кленов. Увидев его, Александра сделала движение навстречу… Но остановилась… Кленов молчал и выжидающе смотрел на Краснова.
– Кленов Евгений Эдуардович, следователь, – наконец он решил представиться первым. – Здравствуйте.
– Я Владимир Дмитриевич Краснов, брат Александры.
Мужчины пожали друг другу руки.
– Мне нужно сказать вам пару слов, Евгений Эдуардович…
По знаку Александры они прошли в гостиную, и Краснов крепко плотно прикрыл дверь. Разговаривали около получаса. Все это время Александра сидела на маленьком пуфике в прихожей, не сводя глаз с незапертой двери. Она почему-то была уверена, что Кира вот-вот войдет… И могла бы просидеть так год, и два, и три, но вышедший из гостиной Кленов сказал Краснову:
– По-моему, Александре Леонидовне не по себе. Давайте-ка уведем ее на кухню…
Мужчины под руки привели Александру на кухню и осторожно усадили на стул. Краснов кинулся наливать воды из кувшина, нашел какие-то капли и стал капать в столовую ложку, смешно шевеля губами. Кленов тем временем говорил:
– И все нити, концы которых мне удалось обнаружить, ведут к фармацевтическому концерну «МАРК». Мне не удалось узнать, кому этот концерн принадлежит, а руководство, я уверен, не…
Владимир Краснов уронил ложку. Капли расплескались по полу, сразу пронзительно запахло лекарством.
– Концерн «МАРК» принадлежит моему сводному брату, Марку Дмитриевичу Краснову.
– Ничего себе… – ошарашенно протянул Кленов.
– Тут недавно были раскрыты кое-какие семейные тайны, – вздохнул Владимир Дмитриевич, покосившись на Александру, которая все так же сидела без движения и без выражения на побелевшем лице. – Но это, я думаю, к следствию не относится. Марк – сын моего отца и его второй жены, Дианы Юстицкой. Слышали про такую актрису?
– Конечно, конечно, – еле выговорил Евгений Эдуардович. – Вот то звено, которого мне не хватало… Конечно, теперь я многое понимаю… А я могу увидеться с вашим братом?
– Ну, вы, наверное, можете вызвать его повесткой, – усмехнулся Краснов. – Впрочем, ежели желаете избегнуть таких мер и просто побеседовать с ним – добро пожаловать в наш старинный замок. Мы можем сегодня же съездить в Петергоф, там вы и зададите ему интересующие вас вопросы…
– Я тоже поеду, – словно очнувшись от смертельного сна, произнесла Александра. На ее щеки вернулся легкий румянец, губы порозовели, в глазах снова появилось осмысленное выражение. – Я тоже поеду с вами! И не смотрите на меня так! Я не умру. Богини не умирают…
– Она явно не в себе, – шепнул Кленов Краснову. – С кем мы ее оставим?
– Да все со мной хорошо! – вскричала Александра. – Это просто такая дурацкая поговорка, я себя ею подбадриваю, понимаете? Ну прошу вас, возьмите меня с собой! Мне это необходимо!
– Сашенька, не кричи. Если ты успокоишься и выпьешь капли, мы поедем вместе.
– Бога ради, Володя, перестань со мной разговаривать как с ребенком!
– Ты моя младшая сестра! Я буду с тобой разговаривать, как считаю нужным!