Сердце камня

Торн Джессика

Она продолжает шептать, что может спасти его. Но только если я разделю с ней своё тело. Или хуже — уступлю ей его навсегда. Я не верю ей. Я не могу рисковать. Но и Кона потерять не могу.

— Так что? — настаивает она. — Ты позволишь своему возлюбленному умереть?

Мой выбор очевиден, и она это знает. Это вообще сложно назвать выбором. И это она тоже знает. Я у неё на крючке. Вся моя жизнь крутится вокруг него. И весь этот мир.

— Ты не можешь позволить ему умереть, — говорю ей. — Ведь тогда ты потеряешь Антеес.

— Я и есть Антеес.

— Нет.

Ты просто паразит. Ты пришла из какого-то другого мира и прицепилась к Антеесу, как клещ. Ты живёшь за счёт него. Ты чуть было не уничтожила древних антейцев, и я не дам тебе сделать это снова.

Она скалится — моё же собственное лицо скалится на меня. Я словно смотрю в кривое зеркало. И слышу собственный голос. Кон, любовь моя, жизнь моя…

— Тогда он умрёт, Бел. От твоей руки.

Глава 33

ПЕТРА

Копариус застывает на месте, и от неё исходит ударная волна, накрывающая всех. Оружие выпадает из онемевших рук: ещё несколько секунд назад они сражались, но вот уже растерянно отступают. Словно лопнувший мыльный пузырь, переворот предотвращён, чары развеяны.

И тело Бел стоит, как статуя, и без каких-либо эмоций смотрит, как прямо перед ней истекает кровью Кон. Хэли отмирает раньше других: встряхивает головой и оценивает разруху вокруг. Может быть, срабатывают её профессиональные рефлексы. Точно не знаю. Но именно Хэли первой приходит в себя и сразу же понимает, что должна делать. Она подбегает к Кону и накрывает ладонями его рану, пытаясь остановить кровотечение.

Она даже не смотрит в сторону Тила. И я злюсь на неё за это. Я всё понимаю, но злюсь. Вырываюсь из хватки Зендера, который бросается следом, крича моё имя. Я дотрагиваюсь до Тила. Он холодный. Очень холодный. Лицо бледное и безжизненное. О чём он только думал? Пытался защитить Кона, или меня, или что? Хотел обыграть Копариус?

— Петра, — выдавливает Кон сквозь стиснутые зубы. Наверное, ничей больше голос я бы сейчас слушать не стала. Или, скорее, дело не в голосе, а в словах. — Ты должна помочь Бел. Пожалуйста, помоги ей.

Я? Чем я могу ей помочь?

— Она доверяет тебе, — подсказывает Зендер. — Попытайся до неё достучаться.

— Но ты же её брат!

Я не хочу бросать его. Не могу. Я не готова сейчас отпустить Тила.

Как вдруг — внезапно — он жадно хватает ртом воздух. В моих объятьях он снова начинает дышать, словно заклятье, что было на нём, тоже развеялось, и в нём слишком много жизни, чтобы поддаться смерти.

Я зову его по имени, буквально шепчу:

— Вел…

— Я позабочусь о нём, — заверяет Зендер. — Клянусь честью. Петра, пожалуйста.

Разве я когда-нибудь могла ему отказать? Прижимаюсь губами к лбу Тила. Подняв взгляд, я замечаю, что Зендер смотрит на меня, и в его глазах отражается боль.

— Я направлю тебя, — говорит Ренна. — И ты можешь положиться на Зендера, сама знаешь. Бел сейчас в камне. Она продолжает бороться. Ей нужна твоя

поддержка. Ты её воин, её чемпион. Доверься мне.

Довериться ей. Инопланетному существу с ментальными способностями. Хотя именно из-за инопланетян, промывающих мозги, мы и оказались во всей этой ситуации. Вот только она права. Да и фактически инопланетянка здесь не она, а я. И все мы. В том числе эта тварь, обитавшая в недрах Антееса и паразитировавшая на целой планете больше тысячи лет.

Разве у меня есть выбор? Я обещала Шаю, что защищу её. Я обещала ей.

— Ладно, я готова. Покажи мне, что нужно делать.

Но она поступает иначе. У неё нет такого запаса терпения. Она подключает своё сознание к моему, и я проваливаюсь в неизвестность.

Я лечу в темноте, потерянная в пустоте. Здесь холодно. И нет ничего, кроме бескрайнего космоса. Все звёзды слишком далеко, и они какой-то странной формы. Но вдруг я вижу его — Антеес, похожий на сверкающий бриллиант в глубокой ночи.

— А теперь ищи её, — командует Ренна. — Найди её.

Бел. Да, точно, я здесь, чтобы найти Бел. Всё с самого начало было связано с ней. Моя подопечная, моё спецзадание, девушка, ради которой я покинула родину, которую я должна защитить любой ценой, хотя сама я едва ли старше неё. Девушка, ставшая моей подругой.

Я падаю вниз, попав под действие гравитации Антееса. Входя в атмосферу, я горю и кричу от боли. Агония разрывает меня изнутри, огонь пожирает подобие той, кем я была: тем холодным, бесчувственным существом, которым я стала. И в этом пламени я перерождаюсь. Во мне просыпается чудовищный голод. Подо мной прекрасный цветущий мир. В нём столько жизненной энергии, текущей по кристальным венам подземных пещер, всходящей бурной растительностью и растворяющейся в океанских водах.

Жизнь повсюду. А я безумно голодна.

«Не я», — внезапно доходит до меня. — «Это не я. Это её чувства. Её воспоминания. Копариус раньше пребывала в ледяной пустоте, но через пламя вернулась к жизни и…

Мощное столкновение. Точно ядерное оружие, камень врезается в землю, посылая взрывную волну на тысячу миль вокруг, которая сносит деревья, как кегли, и сжигает всё на своём пути. Камень погружается всё глубже и глубже под землю, пока не оказывается там, куда не проникает ни крупицы света, где нет ничего, кроме тёмных скал и кристаллов. Слишком далеко, слишком глубоко.

Камень снова оказался заперт во тьме, и он в бешенстве. Я чувствую его растущую ярость, жуткую, не находящую выхода. Он живёт с этим гневом тысячу лет, но спасения нет. Если что-нибудь не предпринять, Копариус погибнет.

Но время идёт, а он не умирает. Почему-то.

Даже в недрах планеты здесь много жизни. Она распространяется по кристаллам и даже в таких мизерных количествах поддерживает его существование. Подпитываясь от кристальной сети Антееса, он продолжает жить. И ждать.

Я пытаюсь сделать вдох. Пытаюсь вновь стать собой. А он привязывает меня к себе, хочет, чтобы я стала его частью, увидела мир его глазами.