Сердце камня
Шрифт:
Лиетт была мертва ещё до того, как свалилась на пол. Нет, она была мертва, ещё когда напала на меня. Зендер прибежал на помощь. Тил выстрелил, как только смог. Он мог попасть в меня. Или в Зендера. Но нет.
— Камень… — выдавливаю я. — Сдерживающее поле заработало?
— Да, — успокаивает меня Зендер, пытаясь вытереть кровь с моего лица. — Да, ты справилась.
Глава 34
БЕЛ
Возможно, мне проще было бы переехать в лазарет к Хэли
Мне рассказали о Лиетт. Не могу сказать, что мне жаль.
Меня не пускали к Кону. Не говорили, как он там. Мне оставалось только ждать. Несколько часов показались вечностью.
Когда Хэли всё-таки приходит ко мне, она всё ещё в спецодежде и вся в крови.
Я подскакиваю с кровати, готовая убивать или быть убитой, лишь бы увидеть его. Хэли поднимает руки, и я отмечаю, как она напряжена и измождена.
— Непосредственной угрозы жизни уже нет. И он в сознании. Можешь заглянуть к нему… но только ненадолго! — грозно инструктирует она.
Петра помогает мне встать и сопровождает меня до палаты. Она не выпускает меня из поля зрения, что несколько напрягает. Я не знаю, пытается ли она защитить меня от всех вокруг или все от меня. Но она наблюдает за мной как ястреб.
Кон очень бледный. Он лежит на койке, подключённый к медицинскому оборудованию. Никогда ещё я не видела его столь беспомощным. Его глаза закрыты, а грудь быстро поднимается и опускается от учащённого дыхания.
— Кон?
Его зелёные глаза открываются и фокусируются на мне. И, к моему безграничному облегчению, Кон улыбается:
— Бел, — он произносит на выдохе слабым голосом, но это точно его голос. — Я скучал по тебе.
Я бегу к нему, и слёзы жгут мои глаза, пока я склоняюсь над ним. Но стоит мне только потянуться к нему, как меня охватывает страх. Вдруг я снова причиню ему боль? Что, если он не сможет простить мне то, что я сделала? Что, если…
Он приподнимается — хотя вообще-то должен лежать неподвижно — и прижимается губами к моим.
Поцелуй выходит короткий, но один из самых потрясающих, что у нас были. Он ложится обратно.
— Прости, — говорит он. — Прости, я не… Я просто…
— Ты должен отдыхать. Хэли сказала…
— Ох, она много чего сказала, — шепчет он. — Я люблю тебя. Я всегда знал, что то была не ты, Бел. С первой же секунды, когда она появилась. Клянусь. Я знал, что это не ты.
Что-то внутри меня ломается, я всхлипываю, к горлу подкатывает тошнота, и я начинают рыдать, совсем не как королева. Кон просто обнимает меня и прижимает к
— Петра? — говорит он через моё плечо. О предки, я забыла, что она здесь.
— Да, ваше величество?
— Можешь позвать сюда принца Лисендера и принца Арториуса?
Я пытаюсь снова взять себя в руки. Я уже столько раз позорилась перед Петрой… слишком много. Но я не могу выказать слабость на глазах у братьев. Они же будут припоминать мне это до конца жизни.
Собравшись с силами, я вытираю лицо и сажусь на стул рядом. Кон просто наблюдает за мной.
— Надо придумать план. Я хочу, чтобы эта штуковина оказалась как можно дальше от Антееса. Я не могу спать спокойно, пока она здесь.
Ему не стоит беспокоиться об этом. Он должен отдыхать и восстанавливать силы. Но он не сможет расслабиться, пока не вернёт себе контроль над ситуацией.
— Конечно. Как скажешь.
Он кривится.
— А ещё я попрошу медиков снова тебя обследовать. Я не узнаю свою жену.
Смеюсь, хотя мне совсем невесело. И затем целую его снова, потому что хочу этого больше всего на цвете. Этот поцелуй длится значительно дольше. И Кон просто отвечает. В его состоянии вряд ли он способен на большее.
— О предки, вы не знаете, что для этого есть спальни? — язвит Зендер. — Я как-то не горю желанием становится зрителем. А о малыше Арте вы подумали? Совратили ребёнка. Сбили с пути истинного, чтобы использовать в своих грязных целях. Снова.
Следом за ним в комнату заходит Арт. Лицо у него красное, как помидор. Мои щёки тоже горят, всё настроение пропало, я прожигаю взглядом брата.
— Твои обвинения несправедливы, Зендер, — отвечаю я. — У Арта и меня не было выбора. Мы были…
— Не в себе? — сухо подсказывает Петра.
— Прости, Петра, — бормочет Арт. Полагаю, их встречи с тех пор, как он проник на Антеес и попал под власть Копариуса, были не самыми приятными.
Она скрещивает руки и приподнимает брови, но ничего не отвечает. Он не должен винить себя в этом. Как и я.
Зендер тем временем ухмыляется, как придурок. Ненавижу это его выражение лица. Хочется врезать ему.
— Что с камнем? — спрашивает Кон, переходя к делу. Его голос звучит устало. Раздавленно. Но Кон не сдаётся.
Петра мигом включается в разговор:
— Под надёжной защитой. Соррел говорит, никаких изменений не наблюдается. Сдерживающее поле работает без нареканий.
— Хорошо, — Кон морщится, пытаясь занять более удобную позу, но безуспешно. — Однако я всё ещё против того, чтобы держать его здесь. Он прилетел из далёкого космоса, как я понял из твоего доклада, Петра.
— Насколько я поняла, да, ваше величество.
Когда она успела составить доклад? И когда Кон успел прочитать его? Я перевожу взгляд с одной на другого, отчего-то чувствуя себя преданной.