Сердце камня
Шрифт:
Но встречаем.
Серые уже ждут нас. Человек двадцать выбегают нам навстречу в одежде дымчатого цвета. И у всех стеклянные глаза и искажённые презрением лица.
Джондар останавливается и задвигает Кона себе за спину, тогда как из рядов Серых вперёд выходит Лиетт.
— Антейм, — произносит она уже привычным насмешливым тоном. — Позвольте нам проводить вас домой. К вашей супруге.
— Только через мой труп, — выплёвывает Джондар, уверенно направляя на неё бластер.
Лиетт закатывает глаза.
— Ты же понимаешь,
— Я никогда не полюблю её. Это не Бел.
— Ты удивишься, чему мы можем принудить тебя, антейм. Соответствующими стимулами.
Они бросаются вперёд — быстрее, чем я от них ожидала. Успеваю сделать несколько выстрелов, как и Джондар, прежде чем мы переходим к рукопашной. Стражники берут на себя большую часть Серых, но они хорошо дерутся и настроены решительно. Всё заканчивается до боли быстро, и вот уже Лиетт стоит одна, смотрит на нас потрясённо. Её стратегия, если это можно так назвать, не должна была подвести. Вот только она недооценила нас. Её потряхивает, каждый вдох даётся с трудом, пока взгляд скользит по ошмёткам её гениального плана.
— Давайте выбираться отсюда, — говорит Джондар, не обращая на неё внимания. Он подталкивает Кона вперёд.
— Ты не можешь. Ты не можешь просто уйти! — визжит она. — Ты антейм, а она твоя королева! Она Копариус!
Словно по щелчку Кон разворачивается и размашистым шагом подходит к своей бывшей ассистентке — девушке, которой он доверял и которая предала его. Не помню, чтобы когда-нибудь видела Кона в такой ярости.
— Эта штуковина не может меня контролировать, хотя уже пыталась. Она отрезала меня от Рондета и отняла у меня жену. Я никогда не буду сотрудничать с ней.
Она набрасывается на него, её руки тянутся к его горлу. Мне стоило пристрелить её, как только увидела. Кон выворачивается и бьёт локтем ей в живот… и внезапно замирает.
Согнувшись пополам и тяжело дыша, он не шевелится. Её глаза распахнуты с застывшим в них отчаяниях. Его словно парализовало. Лиетт выпрямляется и хватает его за волосы, вынуждая разогнуться. Кон повинуется, как безвольная марионетка, нацеливая оружие на нас. Лиетт стоит прямо за ним. Если начнём стрелять, то попадём в него, а не в неё.
— Как я сказала, у нас есть свои методы принуждения. Не ты один работал над нашими гениальными изобретениями.
— Что ты с ним сделала? — спрашивает Джондар тихим холодным голосом с угрожающими нотками. Я молчу, выжидая момент.
— Немного надавила на него, — смеётся она над собственной шуткой. — Повторяю, вы можете проваливать. Вы нам не интересны. Но он пойдёт со мной. Мне нужен его неординарный ум, чтобы закончить разработки. А ей нужен антейм, чтобы этот мир подчинился.
— Этому
— Стреляй, Кон, — произносит она так, словно просит передать ей хлеб за столом.
Мучения на его лице ясны как день. Он пытается ослушаться, но почему-то не может. Бластер направляется на меня. Рука дрожит, сухожилия выпирают под кожей из-за напряжения.
И тут Джондар выстреливает в него, прямо в грудь.
Кон камнем падает на землю. Лиетт орёт, но через секунду я уже стреляю в неё, и крик обрывается, когда она падает вниз. Не глядя на неё, я разворачиваюсь к принцу.
— Что ты наделал?
— Парализовал его, — поясняет Джондар. — Уже забыла? Это оглушающее оружие.
Опускаю взгляд на пистолет. Не уверена, что я только что сделала. Знаю только, что по-настоящему хотела застрелить её. Хорошо, хоть он вовремя вспомнил, чтобы безопасно вывести Кона из игры.
— Что она с ним сделала? — я присаживаюсь рядом с антеймом, проверяя пульс. Ровный и сильный. И тут я замечаю маленький металлический диск, вживлённый в кожу. — Что это?
Джондар подходит ближе, хмуро осматривая шею Кона.
— Напоминает его разработку. Чип, который они пытались использовать с кристаллами. Задумывался как средство подавления ПТСР. Кон говорил… — замолкает и матерится. — Она доработала чип. И использовала против Кона.
— Можешь извлечь его?
Джондар начинает медленно тянуть чип. Тот рвёт кожу, оставляя небольшой кружок, похожий на чей-то укус.
Принц достаёт платок. Только у него может быть с собой платок после нескольких дней заточения. Перекладывает чип на ткань, словно не желая прикасаться к нему дольше необходимого.
— Он хотел создать медицинское устройство, а не… это, — вспоминаю, как он трудился в мастерской, предпочитая работать с энергонакопителями, а не оружием. — Зачем ему было изобретать нечто подобное?
Джондар подзывает стражников, чтобы помогли ему поднять Кона.
— Не думаю, что это его разработка. То есть, не в её нынешнем варианте. Кто-то участвовал в создании чипа. Она, скорее всего, — он крутит чип, осматривая его с разных сторон. — Кон бы не оставил заднюю часть в таком виде. Чёрт подери.
Принц заворачивает чип в платок и убирает улику во внутренний карман.
— Кто с ним работал?
— Только Лиетт и Соррелл, — поднимаю взгляд на стражников. Они тоже там были, но я не говорю этого вслух. — Но Кон всё поймёт. Он наверняка узнает, чей это стиль.
— Тогда разберёмся, когда он очнётся. Пойдём, нам нельзя оставаться, — я взглядом указываю Дексу и Кельвину на Кона, они вдвоём поднимают его. Они слышали наш разговор, разумеется, и должны были догадаться о моих подозрениях. Но выполняют указания без колебаний. С учётом телосложения Кона вдвоём его нести не тяжело. — Я впереди, Джондар замыкающий. Нам нужно идти быстро. Если вы двое устанете, скажите мне, мы поменяемся. Пошли.