Секвойя
Шрифт:
«Джастин начинал нервничать. Он не любил медлительных официантов и на дух не переносил плохое обслуживание в ресторанах, привыкнув к сервису высшего класса. Их заказ все еще не был готов, так что парень уже потирал ладони, плотно сжав губы.
С одной стороны, было очень здорово, что Габи пробила колесо своей машины прямо около его дома, теперь ему хотя бы было с кем пообедать. А с другой, теперь она без умолку болтала о Каролине, пока Джастин всеми силами старался о ней не думать.
—
— Когда? — напрягся он.
— В январе, кажется, — пожала она плечами. — Кажется, они уже выставили дом в Нью-Йорке на продажу.
— А разве они могут распоряжаться посольской резиденцией? — спросил парень.
— Это не официальная резиденция, — отмахнулась Габи. — От официальной они отказались, потому что Сабрину она не устраивала. Так что они вольны поступать с домом, как пожелают.
— Значит, она скоро уедет? — осторожно спросил Джастин, вольготно откинувшись на спинку стула, и отхлебнув воды. Габи прищурилась. Он что, пытался сделать вид, что спрашивает просто из вежливости? Как будто Габи был так просто провести…
— Она еще не решила. Не хочет бросать учебу, — пояснила девушка.
— Но это же значит, что ей негде будет жить, если она останется? — уточнил он.
— Она может жить в кампусе Университета, может снять квартиру, — загибала пальцы Габи. — Даже может купить себе квартиру. Но она не хочет любую.
— Почему?
— Кэри была очень привязана к их прошлой квартире. Но она не может ее купить — владелец отказывается ее продавать, даже за сумму в два раза превышающую ее реальную стоимость.
— Кто он? — нахмурился Джастин.
— Нью-Йоркский медиамагнат, Том Холден, кажется, — передернула плечами девушка.
Джастин усмехнулся, внутренне ликуя. Это был самый настоящий фарт, что помощь пришла внезапно, неожиданно и оттуда, откуда он ее совсем не ждал.
Конечно, он знал Холдена. Тот давно пытался заполучить Бибера в рекламные ролики своей компании. Скутер Браун, его менеджер, был против, считая заключение этого контракта пустой тратой времени. На Джастина просто сыпались предложения, куда более выгодные, как для его имиджа, так и для его кошелька. Теперь Джастин был готов заключить с ним сразу несколько контрактов, если потребуется, раз уж деньги Холдену не нужны.
— Ты не будешь есть? — спросила Габи, поедая своего омара.
Джастин перевел взгляд на стол. Он только сейчас понял, что тарелки давно принесли».
— Вот хитрец! — воскликнула Габи, хлопнув себя по коленке, отчего кофе в ее чашке плеснулся.
— Невероятно, что он сделал это ради меня, — тихо сказала Каролина, шокировано глядя на подругу.
— Ну что, готова жить с ним ради этой квартиры? — подмигнула ей Габи, ожидая
— Я могу пойти на это, — нахмурилась та. — Но только ради квартиры, — шутливо добавила она и они обе рассмеялись.
— Послушай, — Габи отодвинула чашку и прочистила горло. — С Джастином все было ясно с самого начала. Куда сильнее меня удивил твой отец. Каков, а? Я, конечно, знала, что человек он твердый, и может даже жесткий, но я никогда не считала его злодеем. В конце концов, он всегда души в тебе не чаял, — прошептала Габи, словно их могли услышать.
И ровно в эту секунду в столовой показалась Сабрина.
— Уже позавтракали, девочки? — спросила она. На ней был белоснежный спортивный костюм, еще сильнее подчеркивающий белизну ее кожи, а в руке она сжимала бутылку с водой.
— Сабрина, иди к нам, — позвала Габи.
— О, дорогая, я собиралась принять душ, — махнула она рукой.
— Да брось, мам, посиди с нами немного, — улыбнулась Каролина.
— Ну хорошо, но только на минутку, — нахмурилась Сабрина, аккуратно садясь рядом с дочерью.
— Да не бойся, ты не пропитаешь этот диван своим потом, — рассмеялась Каролина.
— Кстати, — возмущенно уставилась на нее мать. — Раз речь зашла о диванах… Что это за картина в гостиной? — Сабрина смотрела на дочь так, словно это она напилась и вырубилась, уложив ноги на подушки, расшитые кружевом.
— Мы с Ником поссорились вчера, — виновато прищурилась Каролина. — Думаю, он переживает.
— Дорогая, но это возмутительно! — раскрыла глаза мать. — Вести так себя в чужом доме…
— Я его не оправдываю, но возможно ему и впрямь сейчас нелегко, и, зная Ника, думаю, мы могли бы отнестись к этому снисходительно, — сказала Каролина, с немой мольбой во взгляде.
— Хотя бы попроси Ноэля помочь ему подняться в гостевую комнату, — укоризненно ответила женщина.
Дочь кивнула, и быстро перевела взгляд на Габи, надеясь, что та поможет ей сменить неприятную тему.
— Габи, что известно насчет твоего перевода в Йель? — внезапно поинтересовалась Сабрина, словно услышав мысли дочери.
— Ой, оформление документов и сам перевод займут больше времени, чем я думала. Бюрократия, — неопределенно махнула рукой та. — Думаю, что не смогу приступить к учебе раньше следующего семестра.
— Но это же еще два месяца! — недовольно воскликнула Каролина.
Габи пожала плечами. Что она могла поделать?
— Мне трудно думать об учебе именно сейчас. Последняя неделя в Париже, это… — Габи мечтательно закрыла глаза, качаясь на волнах своих воспоминаний. — Была просто чудесна. Я никогда раньше не чувствовала ничего подобного…
— О, Габриэлла, я вижу, ты безумно влюблена! — радостно воскликнула Сабрина. — Я много слышала о твоем избраннике и хочу тебя поздравить, дорогая! Сохрани это волшебное чувство и пронеси его с собой через всю жизнь. Я впервые влюбилась как раз когда была в твоем возрасте, — вздохнула она.