Сделка
Шрифт:
— Держи.
Алексей бросил карту на стол. Проскурин взял ее, покрутил в руках.
— Карта, — наконец изрек он. — Ну и что?
— Да не просто карта! Полетная карта с печатью и подписью командира полка. Понял?
— Не дурак, — эхом откликнулся фээскашник, глядя на карту уже внимательнее. Несколько минут он задумчиво созерцал ее, а затем кивнул энергично. — Ну ладно. — Взяв телефонную трубку, он набрал номер и, опершись на локоть, принялся второй рукой тереть лоб. — Дежурный? — буркнул наконец озабоченно. — Из Шахтинска, ФСК, Проскурин тебя беспокоит. Слушай,
Понятненько. Если что-нибудь объявится, ты нам тогда сразу перезвони. Дежурному передашь, если не будет никого. Ну, бывай. Бывай, Трофимов, бывай.
Он положил трубку, еще с полминуты помалевал узоры, затем достал новый лист, шлепнул его на стол, протянул Алексею ручку и приказал:
— Так, стало быть, вот что, мил друг. Бери-ка ручку, листочек и подробненько все опиши. Что, да как, да почему.
— Если подробненько, то мне твоего листика и на половину не хватит, — буркнул Алексей.
— Ты не хами давай, — одернул его Проскурин, но достал еще один лист и положил поверх первого. Давай, времени у тебя немного, так что особенно не витийствуй, понял? — Он снял трубку и начал набирать новый номер, приговаривая на ходу: — А то кто знает, на Достоевского ты вроде бы не похож, а может, как начнешь писать, так не остановишь потом. — И тут же без всякой паузы добавил: — Отделение? Кто-кто? Когда представляться научишься? Ты вот что, Семкин, кончай мне тут голову морочить. Не мальчик, понял? Вот-вот. Слушай-ка, у тебя сегодня кто в патруле? Вот ты мне Медведева и подошли. Да ладно, кончай нюнить. Не надолго, на пять минут. Вопросик тут мне один выяснить нужно. Давай, давай, прямо сейчас. Пусть хватает фуражку, кителечек и рысью сюда. Правильно, Семкин, мыслишь, по-деловому. Так что давай. Смотри, ты меня знаешь, я ждать не люблю.
Алексей, краем уха слушавший разговор, усмехнулся. Ишь ты, набоб местный, ждать он не любит. Феодал, едрена корень. Беги к нему рысью.
— Что смотришь-то? — спросил Проскурин, брякая трубку на рычаг.
Алексей удивился. Ему казалось, что собеседник даже ни разу не глянул в его сторону.
— Не нравится, как разговариваю? Так здесь, мил человек, по-другому нельзя. Это тебе не Ростов, не Москва, не Питер, не Новосибирск. Тут, знаешь ли, кто сильнее, тот и прав. Если ты кому-нибудь на голову не сядешь, то тебе кто-нибудь заберется. Это уж как пить дать.
Он выдвинул ящик стола и принялся копаться в нем, будто разыскивая что-то нужное и безумно важное.
Алексей едва успел закончить первый абзац, когда в дверь постучали, тихо и деликатно.
—
Дверь приоткрылась, и Алексей увидел сержанта Лешу собственной персоной. Тот выглядел встревоженным.
— Разрешите, товарищ майор, — в голосе стража порядка слышались чуть ли не просительные ноты.
— Давай, Медведев, заходи, — махнул рукой фээскашник.
Сержант Леша приоткрыл створку ровно настолько, чтобы протиснуться бочком, скользнул в кабинет и тихо, без щелчка, закрыл дверь за спиной. Он узнал Алексея и остановился в нерешительности, переминаясь с ноги на ногу.
— Что, Медведев? Знакомые все лица? — прищурился Проскурин, поворачиваясь на стуле. — Что молчишь-то?
— Я, товарищ майор, собственно… Мне дежурный приказал зайти. Говорит, какой-то вопрос решить надо.
— Надо, Медведев, надо. Подходи поближе-то, подходи. Не бойся, я тебя не укушу.
Сержант Леша неловко протопал к столу и остановился, явно решая, что делать дальше: то ли присесть, то ли, может быть, остаться стоять.
— Присаживайся, сержант, — гостеприимно, как близкому другу, предложил Проскурин. — Не стесняйся, чувствуй себя как дома.
Сержант переборол себя, подвинул стул и сел. На его молоденьком лице отчетливо читалась усиленная работа мысли. Сержант пытался сообразить, за какой такой нуждой пригласили его в это здание. Ведь каждому известно: ФСК, она же КГБ, просто так никого в гости к себе не зовет. Уж если позвали, то жди беды.
— Ну, Медведев, — Проскурин сцепил пальцы рук в рыжий кулак, навалился на стол грудью и, пытливо глядя сержанту Леше в глаза, ласково, по-дружески, спросил: — Что имеешь рассказать интересненького?
— Да я, товарищ майор, собственно, и не знаю.
— Да брось ты, — Проскурин хмыкнул. — А товарищ вот, — кивок в сторону Алексея, — утверждает, что ты у нас — кладезь ценнейшей информации.
— Что-то не пойму я, товарищ майор, — наконец нашелся сержант.
Проскурин выпрямился, откинулся в кресле и посмотрел на Медведева с любопытством:
— Ты где звание-то получал, сержант? В армии небось?
— В армии младшего дали, — сообщил тот и неуверенно улыбнулся. — А уж когда в отделение пришел, там сразу сержанта получил.
— Оно и понятно, — Проскурин хохотнул. — Ладно, рассказывай мне, голубь сизый, что сегодня на площади-то видел.
Алексей приподнял голову и тоже посмотрел на стража порядка. Тот от двух этих пристальных взглядов совсем растерялся. Довольно толково сержант Леша описал их встречу на автовокзале, а затем перешел к происшествию на площади.
— Ну вот, — продолжал говорить он, глядя на Проскурина преданно, по-собачьи. — И когда вот товарищ отскочил за почту, тут наши встряли. Ну знаете, Володька Шелепин, Серега Буненков!
— А они-то чего полезли? — прищурился Проскурин. — Что этой шантрапе-то нужно?
— Ну они, понимаете, товарищ майор, подумали, будто приезжие к нашим задираются, а мы с ними все-таки с детства вместе, в один детский сад ходили. И потом в одной школе… Вот й решили выручить.