Счет
Шрифт:
– Мы можем что-нибудь для тебя сделать?
– спросил Сэм.
Я покачала головой. Наверное, мне следовало просто уволиться, но это могло принести мне кучу хлопот с Кэрри. Пусть лучше они уволят меня.
– Я общался с материнской компанией, и мы считаем, что будет лучше, если ты прекратишь свою командировку здесь и вернешься на работу в «Эвиан Файнэншл».
– Ладно, - просто ответила я.
Я понятия не имела, в чем будет заключаться моя работа в «Эвиан Файнэншл», потому что даже не успела переступить ее порог, как они перевели меня в «Нью-Йорк Юнайтед». Где бы я ни работала, там будет практически то же самое. У меня не было сил сосредоточиться на чем-либо, поэтому каждый день будет проходить как в тумане, пока
Перед работой у меня была беседа с Джексоном, и я сказала, что просто уволюсь и буду проводить каждый час с ним, но он ответил, чтобы я не торопилась с этим. Деньги не были для меня огромной проблемой. Папа поддержал бы меня финансово, пока Джексон боролся со своей болезнью, однако сам Джексон хотел, чтобы я сосредоточилась на своей карьере. Он не говорил напрямую, но я знала, что он беспокоился о том, что будет со мной, если его не будет рядом.
– Я сказал им, что ты проработаешь здесь еще месяц, а потом вернешься, - продолжил Сэм.
– Просто возьми отпуск на следующий месяц. Я буду держать твой офис открытым, если тебе понадобится, но тебе не нужно будет приходить. Ты и дальше будешь получать зарплату, а в конце месяца сможешь просто показаться в «Эвиан Файнэншл», и они ничего не заметят.
– Спасибо, Сэм, - сказала я.
Этих слов было совершенно недостаточно, но у меня не хватало сил, чтобы сказать что-то еще. Однажды, я дам знать, как была признательна ему за помощь. Жаль, что у Сэма не было большего влияния в этом месте, потому что он многое бы изменил.
Я проторчала в офисе несколько часов, не зная, куда мне идти. Этим утром у Джексона был первый курс радиотерапии, и он настоял, что пойдет один. Я хотела быть рядом, но Джексон сказал, что мне все равно нельзя будет находиться в одной с ним комнате. Также он не хотел, чтобы я находилась там, в случае, если его стошнит. В конечном итоге я уступила и отпустила его одного. Должно быть все прошло хорошо. Джексон прислал сообщение в обеденное время с просьбой встретиться и выпить кофе. Я вскочила со своего места, забрала несколько незначительных вещей, которые находились в моем офисе, и устремилась на улицу.
Несмотря на то, что погода в Нью-Йорке технически должна была стать прохладнее, воздух был таким же влажным и удушливым, каким был в течение всего лета. Я начала потеть, как только вышла на улицу, и съежилась, когда Джексон положил свою руку мне на спину и поцеловал в щеку, приветствуя меня. В общественных местах мы не были готовы делать что-то более ласковое. Нам хотелось как можно дольше сохранить это «сводные брат и сестра» положение правдоподобным.
Джексон взял вторую сумку с вещами, которые я забрала из офиса. Там были только бутылка воды, пакет с ланчем и две фотографии - одна мамина и одна папина. Честно могу сказать, что никогда по-настоящему не чувствовала себя в офисе, как дома.
– Я в отпуске, - сообщила я Джексону и заметила удивленное выражение его лица.
– Сэм сказал, что я могу взять отпуск на месяц перед переводом обратно в «Эвиан Файнэншл».
– Ах, - воскликнул Джексон.
– Так ты теперь весь месяц будешь полностью в моем распоряжении? Меня это устраивает.
– Как прошел утренний курс лечения?
– спросила я, когда мы побрели в сторону кафе.
– Хорошо, - ответил Джексон.
– Вообще никаких проблем. В какой-то момент я почувствовал слабость, но мне уже лучше. Не то чтобы я планировал идти на пробежку или делать что-то еще, но все прошло не так уж и плохо.
Подозревала, что он просто выставил ситуацию в позитивном свете. Он выглядел чуточку бледным, но, казалось, был здоров. Джексон придержал для меня дверь, и я уже входила внутрь, когда он схватил меня за руку и потянул обратно.
– Что-то не так?
– спросила я.
– Что мы делаем?
– Идем пить кофе, - медленно ответила.
– Ты уверен, что лечение не повлияло на твое
Джексон усмехнулся.
– Я имел в виду, почему мы идем пить кофе, когда весь оставшийся день полностью в нашем распоряжении? Давай, следуй за мной.
Джексон практически затащил меня в такси, на котором мы проехали короткие три мили до отеля, в котором останавливалась Дейзи.
– Пожалуйста, скажи, что ты избавился от нее, - сказала я, пока мы поднимались на лифте в пентхауз.
– Я могла бы обойтись без встречи с ней сейчас или когда-нибудь еще, если уж на то пошло.
– Не волнуйся, - ответил Джексон.
– Она давно ушла.
Я нервно вошла в номер, несмотря на настойчивые уверения Джексона в том, что Дейзи давно ушла и уборщицы все прибрали. Я не стала исключать того, что Дейзи установила мини-ловушку в номере или оставила для нас какой-нибудь неприятный сюрприз. Она была какой угодно, только не глупой, и если кто-то и догадался об истинной природе наших с Джексоном отношений, так это она. Дейзи знала, что мы могли прийти сюда, и могла спланировать заключительную часть мести.
– Она, возможно, и мерзкая штучка, но точно не шпионка, - сказал Джексон, когда увидел, что я проверяла наличие сюрпризов под кроватью.
– Не стоит беспокоиться о минах-ловушках.
– Осторожность не бывает лишней, - ответила я.
Когда убедилась, что в номере безопасно, я взяла меню и посмотрела доступные варианты обслуживания номеров. Я была голодна, и отель предлагал абсурдно экстравагантный выбор пищи, особенно для гостей, проживающих в пентхаусе. Цены, кстати, были не менее экстравагантными, но сейчас я заплатила бы и недельную зарплату за бутерброд.
– Заказывай все, что хочешь, - сказал Джексон.
– Я люблю чикенбургер со швейцарским сыром, беконом и соусом барбекю, но, подозреваю, ты закажешь что-нибудь более полезное.
– К черту это, - ответила я.
Мой рот наполнился слюной, когда Джексон описывал то, что любит. Я взяла телефон и заказала два чикенбургера.
– Будет готово через полчаса, - сказала я Джексону, повторив плохое известие, которое сообщил мне портье.
– Ну, они готовят все свежее и на заказ. На вкус еда феноменальна, но придется подождать.
Я застонала, когда мой желудок заурчал. Был только час дня, но я не ела в течение шести часов.
– Это будут долгие полчаса.
– В таком случае, - сказал Джексон, взяв меня за руку и ведя к кровати, - предлагаю придумать способ, чтобы скоротать время.
Я так привыкла вести себя рядом с ним как сводная сестра, что совершенно забыла о том, что мы были наедине в пентхаусе. В пентхаусе с огромной кроватью с балдахином.
В ту секунду, когда наши губы соприкоснулись, моя потребность в еде сменилась желанием Джексона. Я крепко обняла мужчину и сжала его твердую плоть. В нем не было ни капли лишнего жира и горы мускулов, но и тощим он не был. Я хотела его. Он повалил меня на кровать и прижался ко мне. Это все, что потребовалось, чтобы сделать меня очень влажной. Джексон расстегнул мою блузку и начал меня раздевать, но я хотела большего. Я хотела попробовать его на вкус, как тогда он пробовал меня. Я попыталась его оттолкнуть, но он был слишком силен. В конечном итоге, мне удалось освободиться из его хватки, и я набросилась на него сверху. Я расстегнула его штаны и стянула их вниз, заставив его сидеть на краю кровати. Затем опустилась на колени и освободила его ствол из боксеров. Я никогда не смотрела на него вблизи. Он уже был размером в шесть дюймов (прим.: шесть дюймов ровны пятнадцати сантиметрам), и продолжал увеличиваться, пока не застыл передо мной. Он был очень толстым. Я знала, что его член большой, когда Джексон впервые вошел в меня, но даже не представляла, насколько феноменальным был данный образец. Если Джексон навсегда отказалось от футбола, то он мог бы стать замечательной моделью нижнего белья.