Счет
Шрифт:
Мы с Дженни ушли с конференции через запасной выход и сели в ожидающее нас такси. Как только машина вырулила на улицы, то стала выглядеть так же, как и любое другое такси. Мы избавились от прессы, хотя бы на какое-то время.
– Теперь перейдем к самой сложной части, - сказал я Дженни.
Она была смертельно тихой все утро. Я знал, о чем она думала, и винил себя в том, что не мог отвлечь ее от этих мыслей.
– А разве не это было самой сложной частью?
– спросила Дженни.
– Не знаю, как ты это сделал. Я не продержалась бы и десяти секунд.
– Ты продержалась бы. Ты сильная. Намного сильнее, чем думаешь.
Глава 18
Дженнифер
После полудня наши родители одновременно вернулись домой. Раньше они никогда такого не делали. Джексон ненавидел свою мать, да и я не была большой ее поклонницей, но она, вероятно, была опустошена, узнав о болезни сына таким образом. Должно быть, она позвонила папе, и он забрал ее с работы.
Как только Кэрри вошла в дверь, то подбежала к Джексону и обняла его. Он улыбнулся так, словно ему было все равно, но я думаю, он чувствовал себя виноватым, что не сказал ей. Они пошли в ее кабинет, чтобы поговорить, оставив меня наедине с отцом.
– Как ты справляешься с этим?
– спросил папа.
Я попыталась говорить, но так ничего и не смогла произнести. Я запнулась и слезы начали стекать по моему лицу. Мне хотелось проплакать весь день, но я должна была оставаться сильной ради Джексона. Он не увидит моих слез.
– Иди ко мне, милая, - сказал папа, притянув меня в объятия.
Я рыдала на его плече, и он обнимал меня так, как не делал с тех пор, как они с мамой сообщили, что расстаются.
– Я так горжусь тобой.
– Почему?
Я пыталась стереть слезы с лица, но их место быстро заменяли новые.
– Потому что ты была там с Джексоном. Я даже не могу представить себе, насколько тяжело ему было сделать это. Ты нужна была ему рядом с ним, была сильной.
Я не чувствовала себя сильной. Кто и был сильным, так это Джексон. Он встречался со своими проблемами лицом к лицу. У него была опухоль, а он смог провести пресс-конференцию, рассказав об этом всему миру. Если у меня была проблема, например, когда профессор шантажировал меня ради секса, я не смогла рассказать об этом даже родителям.
– Это не справедливо, - прошептала я.
– Однажды он уже победил эту штуку. Почему это должно повториться?
– Знаю, милая. Ужасно, когда что-то подобное случается с любым, не говоря уже о ком-то столь молодом. Он не заслуживает этого.
– Хотелось бы, чтобы было хоть что-то, что я могла бы сделать для него.
– Ты и сделала. Ты была рядом с ним.
Папа повел меня к дивану и мы сели. Я взяла несколько салфеток из коробки, находящейся на маленьком столике, и высморкалась.
– Вы двое близки, не так ли?
Я застыла, наполовину высморкавшись. Казалось, на пару секунд мое сердце остановилось в груди, но я заставила себя расслабиться. Папа ничего не хотел этим сказать, так ведь?
– Полагаю, мы друзья, - ответила я, не способная посмотреть на папу, когда говорила это.
– Так же, как брат и сестра.
– Хорошо, - ответил папа.
– Потому что сейчас ему нужны все его друзья. Просто продолжай делать
Я кивнула. Следующие несколько месяцев я собиралась провести как можно больше времени с Джексоном, так что теперь у меня, по крайней мере, было оправдание.
– Если возникнут какие-нибудь сложности, ты всегда можешь поговорить об этом со мной, - сказал папа.
– Знаю, что я твой отец, но я тоже когда-то был молод. Не важно, о чем ты захочешь поговорить, я всегда к твоим услугам.
– Спасибо, пап.
– Как и твоя мама. Полагаю, она тоже захочет побеседовать с тобой об этом.
– Я сегодня же позвоню ей, - пообещала я.
Прошло много лет с тех пор, как я сидела и по-настоящему разговаривала с отцом, и уже подумывала воспользоваться моментом и рассказать ему о том, что случилось со мной в колледже. Но в итоге передумала. Какой в этом смысл. Уже ничего нельзя было сделать, и думаю, папе лучше не знать, что что-то столь ужасное произошло с его маленькой девочкой.
Я поднялась наверх и позвонила маме, пока ждала, когда Джексон придет и составит мне компанию после разговора со своей матерью. Мама не знала, насколько близки были мы с Джексоном, но была рада тому, что я поддерживала его. Думала, мама всегда считала его одним из плохих парней, потому что он был сыном Кэрри, но теперь поняла, что Джексон не был таким.
Мама ненавидела Кэрри из-за того, что та увела у нее отца и поддерживала его. Родители развелись из-за того, что отец полагал, будто работа важнее семьи. Кэрри же воспринимала это как плюс. В последнее время отец меньше работал, но было слишком поздно для того, чтобы налаживать с отношения мамой.
Я отчаянно хотела провести ночь в объятиях Джексона, но этому не бывать. Существовал предел того, сколько новостей мы могли сообщить нашим родителям в течение одного дня. Нам было необходимо немного времени наедине, и я знала отель, где предоставляли люкс-пентхаус, которым можно было воспользоваться.
***
На следующий день я заявилась на работу, словно ничего не произошло. К удивлению, там не было лавины ждущих меня сообщений. Я ожидала увидеть гневные сообщения от Сэма, но их тоже не было. В некотором роде, это было гораздо хуже.
Никто не смотрел на меня по пути в кабинет. Мои коллеги никогда не были особо дружелюбными со мной за тот короткий период, который я проработала здесь, вероятно потому что знали, что я получила эту работу из-за моих отношений с Джексоном. Из-за этого коллеги были молчаливы и почтительны в моем присутствии. Они видели по телевидению, что я выглядела опустошенной, и это обеспечило мне возможность побыть одной. Уединение продолжалось до обеда, потом в мой кабинет зашел Сэм под предлогом «посмотреть, как я справляюсь». Мы оба знали, что эта важная передача уже не состоится, но в течение двадцати минут разговор крутился вокруг этой темы. Сэм спросил, как продвигались другие проекты, но по его же просьбе я пренебрегала ими, чтобы сосредоточиться на Джексоне, поэтому понятия не имела, как они продвигались. В конечном итоге, он дошел до главного. Порой я ненавидела Сэма за то, что он неустанно сосредоточен на работе, но знала, что он был хорошим парнем, когда прерывался и позволял эмоциям брать верх над разумом, а не стремился заработать для своего работодателя больше денег.