Счет

Эш Джессика

– Как они узнали о твоей опухоли?
– спросила я.
– Может быть, ты был в больнице просто для медосмотра.

– Я догадываюсь, откуда, - прорычал Джексон. Он сказал водителю отвезти нас в отель, вместо того, чтобы отправится прямо домой.
– На сей раз, эта женщина пересекла границу, и я выскажу ей все, что думаю.

Глава 17

Джексон

Дейзи нельзя было доверять. Она и прежде много раз действовала

без моего согласия, но это всегда шло мне на пользу, поэтому я отступал и позволял ей легко отделываться. Обычно она делала простые вещи вроде распространения обо мне слухов, которые помогали мне переходить в клубы, и стремилась обеспечить мне более выгодную сделку. Я четко сказал ей, чтобы она больше не делала подобного, потому что мне не нравилось играть в эти игры, но, в конечном итоге, согласился с ее мнением. Со временем она предложила мне притворяться, что я заинтересован переходом в «Нью-Йорк Юнайтед», и меня практически не пришлось убеждать. Дейзи нравилось играть в игры, как и большинству агентов, но на этот раз она зашла слишком далеко. Валять дурака по части бизнеса было одним, но распространять конфиденциальную информацию о моем здоровье - это другое. Без сомнения, у нее были свои причины, но их было не достаточно. Не в этот раз.

Я заплатил, чтобы Дейзи провела лето в пятизвездочном отеле города, и она сняла люкс. Судя по счетам, которые отель присылал мне каждое утро, она по полной пользовалась его услугами. Пока она хорошо делала свою работу, я заботился о ней и платил щедрые комиссионные, гораздо больше, чем получали большинство агентов, но ей всегда было мало.

– Почему мы остановились здесь?
– спросила Дженни, когда такси притормозило возле отеля.
– Дом все еще в нашем распоряжении, если мы отправимся туда. Ну, если ты захочешь продолжить то, на чем мы остановились этим утром.

– Я бы с удовольствием, - сказал я, вручая водителю такси охапку купюр, - но сначала мне нужно кое с чем разобраться. Полагаю, ты будешь настаивать пойти со мной.

– Конечно, - ответила Дженни.
– Я тоже могла бы извлечь из этой ситуации максимум пользы, потому что в любую секунду ожидаю получить из клуба массу сообщений и телефонных звонков о твоей болезни.

– Не отвечай на них, - сказал я.
– Пока нет.

– Рано или поздно тебе придется признаться.

– Я знаю, но сделаю это на своих условиях, когда буду готов. К сожалению, мне нужна помощь Дейзи, чтобы сделать это.

Я настоял на том, чтобы получить ключ от номера Дейзи, с чем она была полностью согласна, думая, что я настолько отчаялся, что собрался предложить ей перепихон на одну ночь. Мы с Дженни прошли прямо к ней в номер и обнаружили ее на диване, совмещающей два разных разговора - по мобильнику и по телефону отеля.

Она ни капельки не удивилась, увидев меня, но приняла немного недовольный вид, когда заметила, что со мной была Дженни. Я посмотрел на нее таким образом, чтобы ясно дать понять - ей стоило чертовски быстро закончить эти разговоры, и девушка поняла намек. Оба звонка касались меня, но я не мог сказать, с кем она разговаривала. Вероятнее всего, с журналистами.

– Я ясно сказал тебе держать мою болезнь в тайне!
– прокричал я, как только она завершила звонки.

Я даже не спросил, было ли это дело ее рук. Единственные люди,

которые знали об этом, были Дженни, Дейзи и небольшая группа врачей.

– Я был не готов к тому, что все узнают, а ты устроила мне чертову ловушку за пределами больницы.

– Я знаю, знаю, - сказала Дейзи, поднимая руки в оборонительном жесте.
– И поначалу я согласилась держать все в секрете, но тебе выпала отличная возможность улучшить свой профайл.

– Ты сделала это, чтобы улучшить его профайл?
– спросила Дженни.

Она не знала Дейзи так давно, как я, поэтому могла удивиться отсутствию у той сострадания. Я же давно понял, что Дейзи не заботилась ни о ком, кроме себя самой.

– Теперь все только о тебе и говорят, - сказала Дейзи, сделав вид, что Дженни здесь нет.
– Американцы любят победителей. Если ты пройдешь через это, то станешь такой же знаменитостью, как и все американские футболисты. Спонсорские предложения так и посыплются.

– Нет никаких «если», - вызывающе сказала Дженни.
– Он пройдет через это. Не говори об этом так, будто он не справится.

Мне нравился ее оптимизм, но я беспокоился о том, где Дженни провела грань между оптимизмом и игнорированием реальности. Если она просто пыталась смотреть в позитивном свете, то это было хорошо, но если она не приняла того, что со мной может произойти - это было проблемой.

– Что ж, тем лучше, - сказала Дейзи, наконец-то признавая присутствие Дженни.
– Похоже, ничего плохого не произошло.

– Плохо, что теперь мне придется проходить через все это под любопытными взглядами публики. Я хотел как можно дольше справляться с этим в частном порядке. Ты могла хотя бы предупредить меня, чтобы я не выглядел полным идиотом перед той толпой репортеров.

– Элемент неожиданности был лучшей частью. Я не хотела, чтобы это казалось спланированным. Поверь мне, ты выглядишь просто фантастически на видеозаписи, которую, кстати, сейчас показывают на ESPN (прим.: ESPN - произносится «И-Эс-Пи-Эн», англ. Entertainment and Sports Programming Network - американский кабельный спортивный телевизионный канал).

– Ты все равно не должна была делать этого, - сказал я.
– Немедленно исправь все.

– Как пожелаешь, - сказала Дейзи.

– Разве ты не собираешься уволить ее?
– спросила Дженни.
– Она полностью предала твое доверие и даже не сожалеет об этом. Тебе стоило бы прямо сейчас избавиться от нее.

– Дай взрослым поговорить, дорогая, - сказала Дейзи.

Я отчаянно хотел стереть самодовольную ухмылку с лица Дейзи, но мне нужна была от нее последняя услуга. Дженни разозлится, что я не встал на ее сторону, но смогу позже объяснить ей все.

– Если ты снова провернешь подобный трюк, то будешь уволена, можешь не сомневаться. А сейчас ты проведешь ночь, обзванивая все СМИ, которые связывались с тобой, и организуешь на завтрашнее утро пресс-конференцию. Если эта новость все равно всплыла бы, я хочу управлять положением.

– Ты должен позволить мне заняться этой ситуацией, - утверждала Дейзи.
– Я сделаю заявление, и у нас получится растянуть все еще на несколько дней. Люди будут говорить о тебе.

– Я не хочу, чтобы люди говорили обо мне, - сурово сказал я.
– Не таким образом.