Санитар
Шрифт:
Паша пожал плечом и отвернулся. Когда они миновали Екатериновку, Паша пошел медленно по вагонам. Следующая остановка – Лесное. К ней он хотел подгадать. Прошел через тамбур, в котором стоял Иванов. Кроме Иванова, никого в тамбуре больше не было, но Паша не остановился, не заговорил, вообще ничем не выдал своего интереса к стоящему у дверей человеку. Скользнул равнодушным взглядом и прошел в вагон.
В Лесном стоянка совсем короткая была: зашли и вышли, и, когда
Состав остановился, открылись двери. Все, кроме Паши и Иванова, вышли. Зашел только один человек, да и тот не задержался в тамбуре, прошел в вагон.
– Осторожно, двери закрываются, – сказал голос в динамике.
Где-то в дверях зашипело предупреждающе.
– Давай выйдем! – произнес быстро Паша. – Я насчет Ектенбаева.
Он увидел, как дернулся Иванов и как побледнел, но уже знал, что делать дальше, и вытолкнул журналиста на платформу, хотя тот и упирался – слегка. Сам выскочил следом. Двери закрылись. Состав тронулся, увеличивая скорость. Иванов смотрел на Пашу почти со страхом.
– Вы все-таки пытались меня обмануть, – догадался Паша. – С вами был кто-то, да? Не в тамбуре, а там, в вагоне?
Иванов молчал. Значит, правда все. И он, Паша, все верно рассчитал. И их перехитрил. Засмеялся, сказал дружелюбно:
– Вы напрасно боитесь меня. Это я должен опасаться – всех и каждого, имея такие документы на руках, – и хлопнул ладонью по сумке.
В сумке были только нож, тряпка, чтобы кровь вытирать, и ремень, на тот случай, если придется Иванова душить. Документов никаких там не было. Но Иванов об этом не знал. Оглянулся по сторонам, сказал:
– Ну, где мы с вами присядем?
И Паша тоже оглянулся. Никого не было на платформе, кроме них. Узкая тропинка сбегала с насыпи вниз и терялась меж деревьев.
– Идемте под деревья, – предложил Паша. – Неуютно мне на открытом месте в последнее время.
Пошел вперед, не дожидаясь. Сказал через плечо:
– А я, когда мне бумаги эти в руки попали, не знал, как на Ектенбаева выйти. И вдруг – статья эта ваша в газете. Ну, думаю, вот тот человек, который мне поможет.
Обернулся и увидел в глазах Иванова граничащую со страхом настороженность. Опять засмеялся:
– Да вы не думайте, я с вами поделюсь, если поможете мне и все получится.
Знал, что не это Иванова тревожит сейчас, но сделал вид, что не понимает.
Спустились по тропинке вниз. Деревья стояли стеной. Иванов остановился, сказал:
– Можем поговорить здесь.
Туда, в лесок, не заманить его. Паша
– Вот, – показал рукой. – Идеальное место.
Пошел вперед. Иванов был вынужден последовать за ним.
– Предупреждаю сразу, – сказал Паша, – из всех документов я привез только один. Самый, можно сказать, безобидный. Но вы убедитесь, что для Ектенбаева это интересно.
Сел на поваленное дерево. Расстегнул сумку. Иванов остался стоять. Он был ближе к платформе, чем Паша. На целых два шага. И думал поэтому, что может спастись.
Паша вдруг наклонился и посмотрел куда-то за спину Иванова, сказал с досадой:
– Ах, черт!
Иванов обернулся поспешно, не увидел ничего необычного, а в следующий миг что-то неприятно ткнулось ему в грудь, под левый сосок.
– Тихо! – сказал Паша. – Иначе не выживешь!
Иванов глаза опустил и увидел нож. Он вдруг ясно представил себе, как сейчас нож войдет в его тело – с хрустом рвущейся кожи и ужасной болью, – и едва не лишился чувств.
– Ты мне не нужен, – сказал Паша быстро. – Мне нужен Ектенбаев.
Журналист молчал.
– Скажешь, где я могу его найти, – и иди с миром, – Паша ткнул ножом сильнее.
Иванов охнул и хотел отступить на шаг, но Паша вдруг наступил ему на ногу и толкнул резко ладонью. Иванов упал. Он был бледнее мела, и на фоне травы это было очень заметно. Паша сел на него сверху, опять ткнул ножом под сосок и сказал равнодушно:
– Ну?
– Я и сам ничего не знаю, – сказал хрипло Иванов.
– Врешь.
– Нет.
– Врешь.
Иванову еще несколько секунд понадобилось на то, чтобы решить, что для него важнее.
– Я не знаю, где он, – сказал. – Поверь мне. Я не общаюсь с ним напрямую.
– Через кого-то, да?
– Да. И если вы хотите, я могу завтра…
– Не надо завтра. Говори, через кого ты связь держишь.
– В кафе "Стрела"…
– Это которое возле вокзала?
– Да, слева там, возле остановки. Так вот в кафе этом работает барменом парень.
– Имя как?
– Не знаю.
– Не знаешь? – удивился Паша.
– В лицо я его знаю.
– Выглядит он как?
– Невысокий, вроде меня. Лет под тридцать. Усики – как у белогвардейского офицера в старых фильмах.
– Он знает, где Ектенбаев?
– Я не знаю этого. Прихожу к этому парню, говорю, что нужен Ектенбаев, и вечером мне звонят.
– Кто звонит?
– Ектенбаев.
– Сам?
– Да.