Санитар
Шрифт:
– Не придется, – буркнул Паша. – Я не для себя беру. Подарок.
– А тот, кому вы дарите, – он полный?
– Полный, – сказал Паша. – Он большой и толстый.
– Тогда подойдет.
– Я и не сомневался.
В центре Паша пересел с одного троллейбуса на другой и через полчаса оказался на окраине. Прошел два квартала, миновал пост ГАИ и метров через двести остановился. Это было то самое шоссе на Гороховку, и теперь ему надо было поймать попутную машину.
Часы показывали без
– Подбросишь? – сказал Павел. – Мне здесь недалеко.
– Садись.
Паша сел на заднее сиденье, сумку положил на колени.
– На природу? – спросил парень.
– Да. Приятель меня должен на трассе ждать.
Промелькнул столб десятого километра. Паша сжимал и разжимал осторожно пальцы рук, словно они затекли у него.
– Лето жаркое будет, – сказал парень.
– Да, – согласился Паша. – Душное и с грозами.
Он повторил слова Семеновича. Четырнадцатый километр.
– Ты не гони сильно, – попросил Паша. – Где-то здесь он должен быть, приятель мой. Как бы не пропустить.
Он увидел впереди машину. Та стояла на обочине. И рядом с ней прохаживался человек.
– Кажется, это он, – сказал Паша.
Парень сбросил скорость. Они уже совсем близко были от стоящей на обочине машины. Сразу за машиной высился километровый столб. Пятнадцатый километр. Паша бросил быстрый взгляд по сторонам. Вдоль дороги тянулась лесополоса. Кустарник, густой и высокий, казался непроходимой стеной.
– Это он? – спросил парень.
Невысокого роста человек в белой футболке и солнцезащитных очках. Лысоват. Лицо худое и нервное.
Парень оглянулся на Пашу.
– Нет! – сказал Паша быстро. – Не он это. Дальше едем.
Он не мог объяснить себе, почему испугался. Но выйти из машины его никто не мог сейчас заставить. Иванов остался на шоссе далеко позади. Паша вытер ладонью лоб.
– Жарко, – сказал.
– Да у меня и так вроде окно открыто, – пожал парень плачами.
Когда впереди показались окраинные дома Гороховки, Паша вздохнул, сказал печально:
– Надо же, нет его.
– Может, проскочили?
– Нет, я внимательно смотрел. Ты останови здесь где-нибудь. Я выйду.
Вышел из машины, дождался, пока она не скрылась в Гороховке, перешел на другую сторону дороги. Было уже тридцать пять минут одиннадцатого. Его подобрал "КамАЗ". Водитель явно клевал носом и Пашу взял, лишь бы хоть с кем-то поговорить, но Паша был молчалив и хмур – до самого того столба. Иванова и его машины не было уже. Паша вздохнул и откинулся на спинку кресла.
– Что, земляк, жизнь тяжелая? – спросил шофер.
– Нормальная жизнь, – огрызнулся Паша. – Ты за дорогой лучше смотри,
Доехал до города и вышел из машины, не попрощавшись.
17
В понедельник утром он позвонил Иванову. Трубку сняли после первого гудка.
– Алло?
Это был голос Иванова.
– Это я, – сказал Паша. – Узнали?
– Почему вы не приехали в субботу? – вместо ответа спросил Иванов.
Он нервничал, кажется.
– Я приехал. Но все сорвалось, потому что вы не выполнили моего условия?
– Какого условия?
– Вы были не один.
– Один! – сказал Иванов поспешно.
– Не один, – повторил упрямо Паша.
Опять ему будто кто-то подсказывал, что именно говорить он должен.
– Я же предупреждал вас.
– Наш разговор все равно происходил бы один на один.
Значит, все-таки был кто-то. Прятался где-то поблизости. Наверное, в лесопосадке.
– Так не пойдет, – сказал Паша. – Никто не должен присутствовать при нашей встрече. Никто!
Помолчал.
– Мы встретимся с вами сегодня.
– Когда именно?
– Я сообщу вам. Ждите моего звонка, – сказал Паша и положил трубку.
Он все рассчитал. Позвонил ровно в пять – так у них совсем не останется времени на подготовку. Когда твой противник в цейтноте – ты уже наполовину победил.
– В пять тридцать с вокзала уходит электричка на Борисово, – сказал Паша. – Садитесь в нее и будьте в последнем вагоне. Не в самом вагоне, а в переднем тамбуре.
– В каком это – переднем?
– По ходу поезда. В вагоне два тамбура: передний и задний. Будьте в переднем. Стойте с правой стороны по ходу поезда, у самой двери. Я подойду к вам сам.
Иванов мог не согласиться. И весь Пашин план рухнул бы. Но после непродолжительной паузы Иванов сказал:
– Хорошо.
– Вы один должны быть, – напомнил Паша.
Он приехал на вокзал за пять минут до отправления поезда. Пошел неспешно вдоль состава. В тамбурах стояли люди. Кто-то курил. В переднем тамбуре предпоследнего вагона он увидел Иванова. Тот нервничал. Паша прошел мимо, даже не убавив шаг, и вошел в вагон едва ли не в самой голове состава.
– Будьте внимательны! – сказал голос в динамике. – Электропоезд отправляется.
Раздалось шипение, но двери не закрылись – это было последнее предупреждение о том, что сейчас они закроются. Паша заглянул в вагон. Людей было много. Створки дверей за Пашиной спиной сомкнулись с шипением.
– Следующая остановка – Екатериновка, – сказал голос в динамике.
– В честь Екатерины, царицы-то, – пояснил стоящий в тамбуре старичок, обращаясь почему-то к Паше.