Рюи Блаз

Гюго Виктор

(Любуясь ларцом на этажерке.)

Ах, что за красота! Какой ларец! Откуда?

Королева

Вот ключ, возьми, открой.

(Дает ей ключ.)

Касильда

Резьба какая, чудо!

Королева

Он

для святых мощей: наполнивши ларец, Пошлю его домой. Как будет рад отец!

(Задумывается; потом отрывается от своих мыслей; про себя.)

Нет, думать не хочу… Прогнать бы мысли рада!

(Касильде.)

Ступай и принеси мне книгу… Нет, не надо: Мне не дают читать на языке родном, А по-испански ведь читаю я с трудом. Король… он увлечен охотой лишь одною: Он за полгода был лишь десять дней со мною.

Касильда

Хоть вы монархиня — судьбы печальней нет.

Королева снова погружается в задумчивость, затем опять как бы с усилием отрывается от своих мыслей.

Королева

Я выйду погулять!

При этих словах, властно произнесенных королевой, герцогиня Альбукеркская, которая до тех пор сидела неподвижно в кресле, подымает голову, затем встает и делает королеве глубокий реверанс.

Герцогиня Альбукеркская

(сухим и резким голосом)

Простите: этикет Ее величеству лишь выйти разрешает, Когда испанский гранд ей двери открывает. Из них же не успел еще никто прийти.

Королева

Так что ж это? Должна сидеть я взаперти? Меня хотят убить? Рассудок я теряю!

Герцогиня

(с реверансом)

Как обер-фрейлина, свой долг я исполняю.

(Снова садится в кресло.)

Королева

(обхватив голову руками, с отчаянием в голосе, про себя)

Опять мечтать? Нет, нет!

(Громко.)

Позвать моих всех дам! Скорее карты! Стол!

Герцогиня

(дуэньям)

Останьтесь по местам.

(Встает и делает реверанс королеве.)

Простите,

могут лишь, согласно этикету, С ее величеством делить забаву эту Родные короля.

Королева

(гневно)

Так позовите их!

Герцогиня

(крестясь)

Из рода короля нет никого в живых.

Касильда

(глядя на герцогиню, про себя)

Старуха гадкая, несносная дуэнья!

Королева

Пусть завтрак подадут!

Касильда

И это — развлеченье.

Королева

Касильда, завтракать со мной ты будешь. Да!

Касильда вопросительно смотрит на обер-фрейлину.

Герцогиня

(с реверансом)

В отсутствие его величества всегда Ее величество одна изволит кушать.

(Снова садится.)

Королева

(выведена из себя)

О боже! И нельзя мне этикет нарушить? Ни выйти, ни играть, ни есть, когда хочу? Год, как я царствую, — какую жизнь влачу! Я умираю здесь. Дворец — моя могила!

Касильда

(глядя на королеву с сочувствием, про себя)

Бедняжка! Жизнь ее действительно уныла! Нелепый этот двор, монашеский устав! Все развлечение — смотреть, как старый граф, Почтительно влюблен, стоит и ждет чего-то, Как аист сторожа стоячее болото!

Королева

(Касильде)

Придумай что-нибудь!

Касильда

Раз короля здесь нет, Вам власть дана сзывать министров на совет.

Королева

(пожимая плечами)

Да! Восемь стариков, надуты и зловещи, Мне будут толковать наскучившие вещи: О дряхлом короле французском и о том, Что замышляет Рим… Мы дальше не пойдем. Нет, что-нибудь еще придумай!