Рейдер
Шрифт:
– Ты у нас просто предсказательница!
– Так и будет, – холодно. – И вот когда придут, подсекай рыбку.
– Ну, точно – Ванга!
– Похоже, среди нас я единственный трезво мыслящий человек, – Марина горько усмехнулась. – А если тебе предложили откат, рекомендую отказаться, пока не вляпался.
– Я? Откат? – Тищенко ткнул пальцем себе в грудь, да так сильно, что, казалось, еще немного и проткнул бы. – Черт, да я без выходных, без проходных рву зад на «Альфе»!
Марина не ответила.
– Как думаешь, кто, –
– Денис, хочешь памятник? – Марина обняла себя руками, словно замерзла. Раньше после таких ссор примирение проходило в кровати. Хоть какой-то толк был в спорах. Теперь по глупости Тищенко комфортному неведению пришел конец.
– Надгробный… – Собеседник заметил ее жест. Вскинув голову вверх, он шумно выдохнул. – Черт.
Запал резко сошел на нет. Лопнул, как мыльный пузырь, коснувшийся твердой поверхности.
Марина увидела, как разглаживаются на красивом лице бывшего любовника тонкие морщинки, и теплеет взгляд. «Тоже вспомнил», – с горечью поняла она.
– Эта работа меня в гроб загонит. – Денис тряхнул головой. – Думаю о нескольких проблемах сразу и шизею.
– А ты не думай, – в сторону, будто соседнему креслу, посоветовала Рогозина.
– Не могу. Вижу тебя и думаю. Марина, как убедить тебя простить и вернуться?
Странная получилась фраза, и прозвучала она ни с того ни с сего. Впрочем, визави Тищенко, казалось, не удивилась. Повернув голову набок, она задержала взгляд на белом плафоне настенной люстры, словно хотела там рассмотреть что-то важное. Лишь потом лениво обернулась.
– Не могу понять: ты идиот или чувство юмора у тебя дурацкое, – ответила задумчиво.
Денис сделал пару шагов навстречу.
– Согласен и на то, и на другое. – Встал напротив. Уголки губ опустил, глаза поднял – ни дать ни взять святой с иконы.
На мгновение Марине даже стало его жалко. Умный, красивый мужчина, женатый на работе… Даже в постоянных любовницах дочь босса. Какие уж развлечения?
Эти мысли Тищенко угадать не смог. Скользнув взглядом по ее волосам, глазам, он задержался на веснушках.
– Это была минутная слабость… Проклятье. Звучит дурацки. – Нервно потел лоб. – Ты права, я идиот.
– Потому не усугубляй – не задавай больше глупых вопросов. – Марина улыбнулась уголками губ, а затем привычным движением поправила на Денисе галстук.
На этом лимит доброты исчерпал себя. Развернувшись, она направилась к двери. Тищенко поздно спохватился. Обычно ловкий, он протянул руку, но пятерня, прочертив в воздухе дугу, даже не коснулась Марины.
– Я уволил Иру, – в отчаянье прокричал он ей в след. – Может, мы все-таки…
Договаривать было некому. Дверь с тихим щелчком открылась и спустя пару секунд закрылась.
Цокая каблучками, Рогозина Марина
«Что-то грядет! Бахнет, как пить дать!» – кусая губы, пугала себя она. Надежда, что предчувствие обманывает, все еще теплилась…
Шаг.
Второй.
Поворот дверной ручки.
Один удар сердца.
Вид белого, как полотно, лица помощника в один миг разбил хлипкую надежду вдребезги.
Владелец пятидесяти одного процента акций ОАО «Альфа-Телеком» Лев Семенович Рогозин больше всего на свете не любил менять планы. А если планы оказывались связанными с яхтами, горе было тому, кто пытался его отвлечь.
Еще к сорока годам Лев Семенович заработал столько, что мог со спокойной совестью уйти на покой, не заботясь о своем будущем, будущем дочек, внучек и еще пары-тройки поколений. Однако только после пятидесяти он позволил одной зависимости – трудоголии, смениться другой зависимостью – яхтингом. Как всякий увлеченный человек со средствами, к новой болезни Рогозин отнесся с размахом. Вначале пополнил парк своих любительских яхт суперскоростным болидом «Александра», сконструированным по индивидуальному заказу на частной верфи Виктора Строганова. Потом чуть не завоевал «Кубок Америки» с профессиональной командой на этой яхте. А затем, после того как Строганов трагически погиб, выкупил у банков за долги его верфь и ввел свое имя в короткий список независимых судостроителей.
На все про все ушло меньше пяти лет. Партнеры Рогозина кто с завистью, кто с восторгом следили за феерическим отрывом миллиардера. Большинство из них и представить себя не могли за штурвалом парусной яхты где-нибудь посреди моря. Гольф, теннис, на худой конец, пешие прогулки перед сном в компании дюжих телохранителей – вот и все, что могли себе позволить одни из самых богатых людей страны. Лишь Рогозин, как белая ворона, жил на полную катушку, регулярно заставляя любимую жену и двух дочерей волноваться за себя.
Сегодня был как раз один из тех дней, когда переживать следовало пуще обычного. Ежегодная Греческая регата подошла к финальной фазе, и биться за победу предстояло среди лучших экипажей своего класса. Готовясь к старту, Рогозин напрочь забыл обо всем, кроме гонки, потому не удивительно было, что, когда ему сообщили последние новости компании, он чуть самолично не удушил вестника.
– Какой иск? – он выдернул из рук ассистента планшет и сам стал читать новости. – Союз потребителей? Утечка сообщений в интернет? Черт, что за хр*нь там произошла?