Рейдер

Коваленко Марья Сергеевна

Двадцатисемилетняя красавица Марина Рогозина умела и не такое, но благодаря россыпи веснушек, надменным пухлым губам и фотомодельной внешности она легко вводила окружающих в заблуждение о своих интеллектуальных способностях. Даже очки, которые любой другой женщине придали бы солидность, на очаровательном носике Марины смотрелись игривым украшением. Офисная цаца – ни дать ни взять.

Возможно, если бы посетители внимательнее присмотрелись к ее серым глазам, если бы заметили, как жестко сжаты губы, их мнение о красавице изменилось бы. Но девушка, не отвлекаясь, смотрела

на экран планшета, словно и не было сейчас никакой встречи. Дерзкая, холодная, отчужденная.

Первое время мужчины еще пытались привлечь внимание дамы к теме разговора, Тищенко суетливо подсовывал ей под нос распечатки с таблицами и графиками, но вскоре, не получив ни одного сигнала о внимании, ее оставили в покое. Сидит красотка, компанию украшает и пусть сидит.

Рогозина этому была только рада.

На экране один за другим сменялись статистические данные и списки популярных каналов, а в мыслях…

Сегодня с самого утра ее мучило странное нехорошее предчувствие. Словно зуд, только не физический, а эмоциональный. Что-то надвигалось, какие-то проблемы, но с фирмой или в семье – Марина понять не могла. Единственное, что можно было смело отмести – это личную жизнь.

О личном даже думать не хотелось. Тем более в зале для совещаний, да еще рядом с Тищенко. Месяц она провела в командировке в Корее, а по возвращению… Опять этот зал, будто только вчера уходила отсюда.

«Видимо, у судьбы страсть к черному юмору», – мысленно усмехнулась Марина, бросив косой взгляд на залитый светом пятачок столешницы у окна. В голове против воли всплыли события месячной давности.

Этот же зал. Фиолетово-синий закат за окнами. Тупая боль в висках, и Тищенко со своей секретаршей прямо на этом столе. Приперло ему! Не смог выждать два часа, пока постоянная любовница уедет в аэропорт. Два года успешно скрывал походы налево, а тут попался, как пацан.

Тогда первой эмоцией Марины было недоумение. Следовало бы разозлиться или устроить сцену. Наверняка так и повела бы себя обычная обманутая женщина. Но Марина не смогла.

Увидев распростертую на столе перепуганную секретаршу и своего холеного любовника, Марина не испытала вообще ни одной эмоции. Словно в тумане смотрела на парочку, а на душе было пусто. Не цепляло. Нечего было цеплять. Давно.

– Марина Львовна, – чуть громче, чем требовалось, позвал Тищенко, – выскажите свое мнение о проекте?

Рогозина отвлеклась от планшета. Три пары глаз уставились на нее, словно экзаменаторы на нерадивого студента.

– А вы уже закончили? – равнодушно уточнила она.

Гости весело переглянулись.

– Да, – усмехнулся главный оратор. – Но если вы предпочитаете получать информацию в электронном виде, мы…

– Не стоит. – Договорить Марина не дала. Отложив в сторону планшет, она сняла очки и ровным спокойным голосом начала. – Вы утверждаете, что разработали приложения для телефонов, планшетов и телевизоров, не уступающее Megogo и IVI. Единая учетная запись, мультирум, интерактивные функции и прочее – все это есть. Так?

На этот раз переглядывались гости уже без улыбок.

– Да, –

наконец ответил один из них. – «Мандарин» два года на рынке. Наши абоненты всем пользуются. Проблем нет.

– Хорошо, а как вы объясните это, – Марина подняла планшет и повернула к собеседникам. На экране, разбитые на вертикальные полосы, мигали логотип в виде мандарина и надпись: «Ожидайте, идет загрузка».

– Ээ… – Лицо мужчины напротив начало белеть. – Возможно, у вас проблемы с интернетом.

Прозвучало неубедительно, но Рогозина не стала оспаривать подозрение. Вместо этого легким прикосновением к экрану она свернула приложение и тут же открыла страницу магазина приложений Google Play.

– Проблема с качеством картинки массовая. – Марина ткнула на раздел с комментариями пользователей. – Кроме этого часто не работает архив и отсутствует программа передач.

Ее визави уже открыл рот, явно чтобы пояснить, но Рогозина перешла в наступление.

– Не трудитесь, – отмахнулась. – Ваши официальные ответы к отзывам я уже прочла. «Мы работаем над устранением проблем». Полгода. Борьба с правообладателями все силы отнимает?

– Что? – Глаза гостя округлились.

Марина снова прикоснулась к планшету. На этот раз экран «порадовал» лентой судебных новостей.

– Интересная информация, правда? И при таких обстоятельствах вы хотите, чтобы мы выкупили у вас «Мандарин» за… – девушка красноречиво хмыкнула. – По космической цене.

* * *

Когда дверь за гостями закрылась, в зале для совещаний повисла абсолютная тишина. Казалось, воздух искрил от напряжения – сделай движение, и ударит током.

Как самая спокойная, Марина заговорила первой.

– Только не говори, что не знал.

– Черт! – Тищенко закатил глаза. – Конечно, я был в курсе. Но ты хоть представляешь, сколько времени и денег уйдет на собственную разработку подобного «мандарина»? У меня бюджет расписан!

– Я тебе больше скажу – денежных вливаний не будет. Лев Семенович не даст ни рубля. Придется весь проект раскручивать за свои.

– Да мы без телевидения останемся в каменном веке! – Денис швырнул в сторону собеседницы лист с одним из графиков. Кривая на нем стремительно клонилась вниз. – Кому нахрен нужен оператор, если он не может обеспечить просмотр какого-нибудь «камеди» или «дом-2» с телефона?

– Я теперь виновата, что ты не выкинул последние свободные средства в трубу? – Марина изогнула левую бровь.

– В том, что ты все испортила.

Тищенко был зол. В такие моменты он забывал, что она дочь генерального. Раньше это качество Рогозина в нем ценила, но сегодня истерика начальника Департамента маркетинга раздражала.

Марина поднялась со своего места. Пора было включать режим «алчная стерва», как за глаза ее называли в офисе. Сейчас можно. Не ровен час, и Тищенко спишет ее «ход конем» на придурь невротичной брошенки.

– Если они хотя бы вполовину хороши, как здесь пели, – она оглянулась через плечо, – то костьми лягут, но исправят все свои недочеты и через неделю явятся к тебе с новым предложением.