Рейдер

Коваленко Марья Сергеевна

Отложив лист бумаги в сторону, Рогозина отвернулась к окну и принялась медленно и методично упорядочивать свои мысли. За окном проносился привычный питерский пейзаж: старые скверы, сверкающие стеклом столбы многоэтажек. В голове – задачи и планы. Того и другого было так много, что голова шла кругом. Совсем не так, как должно было быть у девушки перед свиданием.

Погруженная в раздумья, она не заметила, как машина проскочила мимо нескольких элитных ресторанов и выехала из центра города. Лишь когда впереди появился

указатель «Кольцевая автодорога», Марина поняла, что что-то не так.

– Куда мы едем? – настороженно спросила она своего удивительно молчаливого спутника.

– На свидание, – Берг уклонился от прямого ответа. – Ты ведь освободила, как я просил, вечер и утро?

– Аарон!

– Хочешь историю? – Берг внезапно повернулся на сиденье и, устроившись боком, закинул руку на изголовье.

– Если это будет история о рейдерском захвате моей фирмы – хочу!

– Твое упрямство не может не восхищать, но пока расскажу о другом. О том, что иногда удача и готовность довериться самому неожиданному союзнику важнее тщательной подготовки. – Берг заглянул в глаза своей собеседнице, а затем начал: – Ты знаешь, как «Кристис» стал лидером среди аукционных домов?

Марина отрицательно помотала головой.

– Тогда слушай. В 2005 году японский бизнесмен Такаси Хасияма, владелец коллекции картин стоимостью двадцать миллионов долларов, чтобы выбраться из долгов, вынужден продать всю коллекцию. Решение далось ему непросто, но кредиторы не оставляли выбора. И вот, мысленно попрощавшись со своими сокровищами, Такаси объявил тендер между аукционными домами. Заказ оказался настолько лакомым, что откликнулось сразу несколько компаний. Новички и дома с мировым именем – все хотели получить права на торги.

Самые интересные и перспективные предложения поступили от «Кристис» и «Сотбис». Словно братья-близнецы они представили почти одинаковые презентации, и Хасияма вновь оказался перед выбором. Владельцы аукционных домов тогда пережили не самые лучшие дни своей жизни. Выбор определял их будущее положение на рынке, ведь победитель автоматически становился номером «один». Однако японец преподнес сюрприз. Чтобы выбрать один из них, Такаси предложил аукционным домам, сыграть… Нет, не в «Монополию». В «Камень, ножницы, бумага». Отказа он бы не принял, и вот «Кристис» по совету 11-летней дочери главы компании показал «ножницы», оппоненты из «Сотбис» – «бумагу» и проиграли. Девочка объяснила свой совет тем, что «все всегда ожидают, что ты покажешь камень». Вот так с ее легкой руки компания отца заполучила многомиллионный контракт.

Не оценить символизм Берга было трудно. Трудный выбор, неожиданный помощник в лице ребенка, камень… Марина восхитилась проницательностью своего визави. В последнее время она так и жила – в ожидании очередного камня от всех и каждого.

– Я поняла твой намек. В искусстве заговаривать зубы тебе нет равных, –

Рогозина вполне миролюбиво улыбнулась. – А теперь, куда мы едем?

Берг хлопнул себя по колену.

– Ты невозможная!

– В этом, Аарон, мы с тобой похожи. Так куда?

– Мы полетим…

– Что?!

– Я заказал место в чудесном ресторане… Но он в Тель-Авиве, – словно речь идет о каком-нибудь местечке под Питером, буднично сообщил Аарон.

– Останови машину! – всполошилась Рогозина. – Останови, я не шучу!

Ни водитель, ни его босс не послушались.

– Берг! Ты вообще в курсе, что нельзя просто так взять и увезти человека в другую страну.

– Но ведь паспорт, как я просил, при тебе? – впервые за время встречи в голосе Аарона послышалось что-то, отдаленно напоминающее беспокойство.

– Ты вообще меня слышишь? – Марина начала злиться.

– Слышу. А еще, где бы мы ни были, нас услышит целая толпа оперативников. – это уже начал злиться Берг. – Только не делай вид, что не понимаешь! Здесь я даже вздохнуть свободно не могу.

Марине хотелось возразить, сослаться на манию преследования, но язык не повернулся.

– Ресторан выбираешь ты, не я, – она попыталась найти хоть один аргумент в свою защиту.

– Конечно! Куда бы я тебя ни привез, через столик от нас будет сидеть твоя свита, – Берг указательным пальцем показал за спину в сторону заднего стекла. – Та, что через три машины от нас. Может, остановимся, отправишь мальчиков домой к папочке Павлову?

Берг смотрел на нее как прокурор на преступника. Это был уже не тот игриво-насмешливый Аарон, который легко раскрыл ее блеф на презентации. Нынешний Берг был суров, собран и разил без промаха.

– Но, если для того, чтобы убедить тебя отдохнуть у моря, списка акционеров мало… – продолжил он. – Окей. После ужина я сдам тебе конечного покупателя акций. Фамилию, имя, отчество и все доказательства его причастности. Такие сведения стоят свидания?

Это была наживка, игнорировать которую Рогозина не могла. Мысль о том, что уже к ночи она будет знать ответ, в миг обесценила все опасения.

– И все же я так не могу… – Марина растерянно указала на свой наряд. Красивое вечернее платье с обольстительно открытыми плечами и узким, обтягивающим бедра низом явно не предназначалось для путешествий. Однако протеста в голосе его владелицы не было.

– Изумительно выглядишь. Платье так и манит снять его. – Аарон словно и не понял намека. – А волноваться тебе не о чем. Вообще. – Он коварно усмехнулся. – Положись на меня.

– Вечер и утро?

– Да.

– Плюс два перелета… – горько простонала Рогозина.

– Как настоящий джентльмен, я накачаю свою даму шампанским, а затем подставлю плечо, чтобы она могла вздремнуть до прилета и не думать о глупостях, – добродушным тоном произнес Аарон.

Конец ознакомительного фрагмента.