Развод. Бумерангом по самые я...
Шрифт:
– Казанский Владлен.
Смех резко обрубается.
– Чем обязан?
Слышу, как чиркает зажигалка, и от этого бешусь еще сильнее. Помню, когда я познакомился с Кариной, она бросала курить. Сложно, со слезами, но без единого срыва.
«Нет, Лёня, нельзя давать слабину. Я себя знаю, одна затяжка и все, полностью теряю контроль!»
Тогда думал, она шутит. А сейчас представляю, откуда растут ножки у ее привычки. А еще представляю, как моя благоверная курила с этим Яшиным в постели после секса. Гадость!
Живот
– Слушай сюда, - почти шепчу, - ты забываешь об этом деле и о Карине. Не только пока мы не разведемся, а в принципе. У меня есть все рычаги, чтобы уничтожить твою репутацию, неужели вялый секс с бывшей женой того стоит?
Тишина. Кажется, мои слова восприняли всерьез. Или нет. Потому что этот Яшин снова начинает зубоскалить.
– Я не знаю, у кого что там вялое, но ты меня почти убедил. Скажи, что мне будет, если я с тобой соглашусь?
– Сколько тебе предложила Карина?
– Ну… это коммерческая тайна.
– Я дам в два раза больше.
– Фу, противный! Я согласился помочь Карине за один только поцелуй, а ты такие гадости предлагаешь! Вы там в своей Москве совсем загомосятились?! Нас уральских мужиков такой бесовщиной не проймешь! – Ржет этот урод.
Что ж, диалога не вышло. А жаль. Отключаюсь, смотрю на бардачок и выдавливаю из блистера еще одну таблетку. Уже третью.
Домой я приезжаю ожидаемо поздно. Согнувшись в три погибели, поднимаюсь по старой грязной лестнице и ненавижу и саму лестницу, и этот дом, и то, что проведу здесь целую ночь. Потому что таком состоянии я уже никуда не поеду.
– Котенька, - ахает Лена при виде меня.
Молча, не говоря ни слова, иду в спальню и падаю на кровать. Мне нужно немного тишины, чтобы, наконец, успокоились нервы. Лучше всего было бы заснуть, но я просто не могу этого сделать. Всякий раз, стоит закрыть глаза, представляю этого придурка Яшина и Карину рядом с ним. До этого я не знал, как выглядит бывший моей жены. Когда мы только познакомились, я пытался, но не смог найти его фото в интернете. А потом стало по фиг. Победитель то в этой ситуации я – Карина выбрала меня, а не его.
Но сейчас все изменилось. И эта наглая ухмыляющаяся рожа так и стоит у меня перед глазами. Он и она. В обнимку. Насмехаются надо мной.
– Влад, все хорошо, - голос Лены звучит так далеко, будто нас разделяет бетонная стена.
Моргаю, тяжело поднимая веки вверх. Неужели я все-таки заснул? Тогда хорошо, что она меня разбудила, потому что снилась мне всякая гадость!
– Все отлично. – Глажу подушку рядом со своей и прошу: - Маленькая моя, иди сюда.
Лена ложится, обнимает, утыкается носом мне в шею. Ее дыхание теплое и вкусно пахнет, как только приготовленный поп-корн.
– Ты такой бледный, точно все хорошо?
– Все нормально. Просто… сердце немного шалит.
Ну
– Береги себя, пожалуйста, - нежно, как бабочка, она касается губами моей щеки, - ради меня, береги.
– Ради нас, - поправляю я Лену.
Мне уже лучше. Одно присутствие Лены успокаивает меня и снимает симптомы хронической болячки.
Какая хорошая, какая чистая, правильная у меня девочка. Мое лекарство, мое спасение.
Лена закидывает ногу мне на бедро и прижимается еще ближе, ее дыхание становится глубоким и ровным. Кажется, мы оба так и заснем здесь, не расстелив кровать. До чего сложным был этот день, как хорошо, что он почти закончился.
Почти, но все-таки не полностью. Потому что в следующую минуту где-то далеко, будто с другой части света раздается дверной звонок. Гадкий, как и все в этой квартире.
Смотрю на часы. Половина первого. Слишком поздно для светских визитов.
– Ты ждешь кого-то?
Я не ревную, да и Ленино поведение не вызывает подозрений. Сонная и теплая, после моих объятий, она непонимающе крутит головой.
– Никого. Сюда вообще никто не приходит. Наверное, просто дверью ошиблись.
Ага. Дважды. Потому что незваный гость снова вдавливает кнопку звонка, отчего наша квартира дребезжит как крышка от чайника.
– Наверное, надо открыть, - шепчет Лена. А почему шепчет? Мы у себя дома, нам некого стесняться. Если только она не хочет, чтобы кто-то за порогом узнал, что в квартире есть я?
– Лежи, я сам.
Резко встаю с кровати, поправляю пряжку от ремня, оглаживаю рукой рубашку, будто это уберет с ткани заломы, и иду в коридор. Успеваю как раз к третьему звонку. Какой настойчивый гад. Или гадина. Не удивлюсь, если Карина прилетела на метле, чтобы испортить мне день окончательно.
В глазок не смотрю, сразу открываю, и сразу же отшатываюсь назад.
– Ты?! – кричим мы почти одновременно.
Тимофей пьян, иначе не могу объяснить то как блестят его глаза и шатает фигуру. Он еле стоит на ногах, одной рукой держится за стену, другой обнимает огромный букет ярко красных роз.
Поначалу кажется, что меня ударили. Просто всекли по грудине, так, что стало трудно дышать.
Смотрю на сына и не понимаю, что он здесь делает. В такое время… в таком виде…
Пока я прихожу в себя, Тимофей тоже меняется лицом. Он вмиг трезвеет. Взгляд становится осмысленным, улыбка сползает вниз:
– Что-то с Леной?
– С Леной все хорошо, - еле заметно киваю, а сам смотрю на розы. Как банально. И глупо, ведь Лена любит лилии. Они пахнут так же сладко, как и сама Лена, а их лепестки такие же нежные, как ее кожа.