Размах Келланведа

Эсслемонт Иан Кэмерон

Это могло стать правдой, если новые союзники не успеют помочь.

В снежном буране они с Орхеном вломились на стоянку, где навесы из лапника окружали костры, и разметали пехоту. Пользуясь потрясением и растерянностью, он провел свои отряды.

Мелкая победа. Пехота опомнится и начнет погоню.

Последней шла рота Тераз; она махнула ему рукой, веля идти дальше, и начала расставлять бойцов за укрытиями.

– Мы задержим их.

– Не нужно. Идите за нами.

Она толкнула его.
– Вернись в голову, проклятие!

Он

сжал кулак.
– Не задерживайся.

– Да-да.

Орджин побежал по тропе.

Остаток дня прошел в игре в прятки. Жители холмов разведывали дорогу, находя окольные тропы, вблизи крутых утесов и через ледяные ручьи, избегая фортов и возможных засад.

На закате двигаться стало слишком опасно, разведчики спрятали их среди голых скал, в ущелье. Весь день Орджин так и не видел Тераз и ее отряда, но ночью подошли несколько взводов. Тераз тащили на самодельных носилках.

Орджин склонился, видя мертвенно-бледное лицо, кровь, пропитавшую одежду на груди. Сжал алую, холодную руку.
– Мы тебе поможем.

Она потрясла головой: - Слишком много крови.

Превост Жерел встала на колени у носилок.
– Нельзя ее шевелить.

Тераз снова мотнула головой, вяло поманила Жерел. Превост опустила голову и удивленно раскрыла глаза, когда Тераз коснулась губами ее губ.
– Всегда любила эти... косы, - шепнула антанка, и голова ее бессильно откинулась.

Жерел так и села, ошеломленная. Орджин протянул руку к лицу фехтовальщицы и бережно закрыл ей глаза.

Наутро они двинулись дальше. Орджин приказал не устраивать прикрытия: все должны двигаться вперед, до последнего не вступая в схватки. Они с Орхеном перемещались вдоль строя, готовые помочь, если какую-то группу отделят и окружат.

Так они бежали вверх и вниз, по уступам долин, по кружным путям, знакомым лишь местным жителям. Всегда на два шага впереди загонщиков, всегда держась запада.

Восход показался Орджину знаком победы.

"Два дня", повторял он себе, утомленно шатаясь на узких тропах. Всего дня.

И, наконец, "Один день".

Глава 20

Угрюмая встала лицом к Келланведу с Танцором и указала за нос баржи.
– Мне доложили, что через несколько изгибов этого болотистого берега мы увидим стены. Итак, повторим.
– Она указала на Келланведа пальцем.
– Если дело не выгорит и вы провалитесь, я прикажу отступать и с радостью оставлю вас на милость всех ветров. Ясно?

Маг-дальхонезец

пренебрежительно повел рукой.
– Не изводи себя напрасно, милая.

Танцор выразительно кивнул ей.

Они обогнули излучину - и стены Внешнего Круга нависли над кронами деревьев. Толпа лучников стояла за бойницами, речные ворота были закрыты, препятствуя движению.

Келланвед поглядел на Хохолка и Келота, указал на стену Хенга.

Лысый Хохолок воздел руки, делая некие пассы. Лучники внезапно начали целиться друг в друга, выпуская стрелы в упор. Толстяк хихикал, пока они падали, один за другим. Затем он сделал движение, будто на пальцах были надеты куклы, и стража полетела с парапетов навстречу смерти.

Танцор поморщился. Поймал взгляд Келланведа, и темнокожий маг подал знак веселящемуся Хохолку.
– Достаточно, благодарю.

Уродливые лягушачьи губы опустились, толстяк уронил руки.
– Хорошо. Мы почти закончили.

– Проблема, - вытянул руку Келот.

Дальхонезка с огромной гривой спутанных волос вышла не берег, указывая на их баржу. Палуба под Танцором вдруг просела. Однако Келот выругался, делая жест, и судно выправилось.
– Чертовски сильна, - пропыхтел он, весь натужившись.

– Займи ее, - велел Келланвед. И кивнул, указывая на запертые речные ворота.
– Ночная Стужа, не будете столь любезны?

Сидевшая на поручне волшебница подняла глаза к небу, выражая недовольство.
– Я говорила вам, я не одна из наемниц.

– Только ворота. Простая деталь архитектуры, освобожденная от людей. Всё, о чем я прошу.

– Всё?

– Да. Клянусь.

Женщина вздохнула и выпрямилась.
– Хорошо.
– Вытянула руку и как бы вцепилась в ворота, словно надеялась притянуть к себе.

Взлетела пыль, вырвавшись между каменных блоков над аркой; слуха Танцора коснулся визгливый стон терзаемого металла. На его глазах вся арка ворот наклонилась в их сторону, падая и рассыпаясь, порождая высокие столбы воды. Брызги окутали баржу, плясавшую на возникших волнах.

Келланвед вытащил платок, утирая лицо.
– Больше спасибо, миледи.

Ночная Стужа снова села на борт, игнорируя его. Келланвед постучал тростью о ладонь, кашлянул.
– Ах. Да. Ну...
– Он повернулся к Танцору.
– Теперь у нас с тобой появляется срочное дело.

Угрюмая подскочила к ним.
– Что такое? Вы же не уходите?

– К сожалению, да. Это необходимо.
– Он знаком велел Угрюмой отойти.
– Установите плацдарм во Внешнем Круге. Мы выступаем против Пятерых.

– У нас мало войск!
– зарычала она, но Танцор уже не слышал - мир темнел вокруг, как всегда случалось при перемещении в Тень. Мрак быстро выцвел, и ему не пришлось долго думать, где они оказались. В катакомбах под Хенгом. Точнее, во владениях мастера Хо.
– Что мы здесь забыли?
– спросил он, стараясь не шуметь.