Размах Келланведа

Эсслемонт Иан Кэмерон

И тут стена бурной серости сомкнулась. Танцора снова рвало на куски, но с такой звериной жестокостью, что сознание ушло мгновенно.

***

Скорее от скуки Сестра Холодных Ночей согласилась помогать Тайскренну в проекте создания устройств для дальней связи. Она понимала, что следует верить К'рулу, уверявшему, будто здесь - самое место и самое время для осуществления ее далеко идущих планов... но она не видела ничего обнадеживающего и была огорчена.

О да, эта Угрюмая относилась

к числу превосходных организаторов и лидеров, в ней виден был великий потенциал; дальхонезец выработал превосходное мастерство владения Меанасом, а его... соглашение с древними Гончими оказалось поистине ловким трюком. Однако планы Сестры простирались гораздо дальше укрепления земной власти.

Она гадала, приготовлено ли ей здесь нечто особенное. Хоть что-то.

А этот маг-картулианец? Верно, он могуч, его хватка к овладению основами Садков впечатляет. Но все же он слишком молод, ему столь многому нужно выучиться. Инстинкт, подсказавший использование кристаллов для фокусирования верен, однако маг, к сожалению, не уделяет должного внимания размаху сил, вовлеченных в процесс.

Они сидели в покоях Тайскренна, исследуя результаты последних его усилий. Ночная Стужа поднесла к глазам осколок драгоценного камня... и посмотрела на разочарованного мага.
– Почему столь малый?

– Чтобы подошел к рукояти кинжала.
– Маг потер лицо. Он был измотан.
– Или к иной вещи. Носимой, незаметной, необременительной.

– Ясно. Что ж, мне жаль, но придется использовать нечто большее. Шар. Не менее чем в кулак размером. Иначе силы слишком сосредоточены.

Маг постучал пальцем по губам.
– Было бы очень трудно найти такие предметы.

– Кристаллы не должны быть драгоценными. Сойдет и кварцит.

Тайскренн поднял бровь.
– Кажется, вы давно знакомы с темой.

– О, с годами и вы...
– Она застыла, жмуря глаза, оттолкнула стол столь резко, что книги посыпались на пол.

– С вами все в порядке?
– Она едва слышала Тайскренна, такой шум стоял в ушах.

Волны силы прокатились мимо: казалось, под землей ударил огромный колокол, и она скорее не услышала, но ощутила отзвуки.

Говорившие лишь об одном источнике. Она не верила себе.

– Телланн?

– Как, как?
– заинтересовался Тайскренн.
– Телл... э?

Она и не заметила, что говорит вслух. "Телланн? Невозможно!"

– Вы...

Она уже была за дверью, спускалась по витой лестнице. Маг крикнул вслед, однако она переместилась на бегу и пропала.

Она стояла на дне глубокого ущелья, нагие стены скал изрыты пещерами. Свет был тусклым даже в полдень, всюду ползли тени. Она вскарабкалась к устью ближайшей пещеры.

Найдя внутри бородатых аскетов в грязных набедренных повязках, восседавших на столь же грязных тростниковых подстилках. Обычную женщину заставил бы задохнуться запах кала, мочи и немытых тел; она же лишь оглядела четверых отшельников и указала на выход.

– Прочь! Пшли вон! Забирайте

треклятые подстилки и располагайтесь в другом месте.

Все четверо слепо заморгали: похоже, они не были даже уверены, реально ли ее появление.

Она вздохнула и воздела руки.
– Удалитесь, ибо духи нисходят в сие место, взыскуя единения! Не дерзайте зреть их славу!

Аскеты разом вздохнули, падая ниц, причем двое оказались столь усердными, что разбили лбы о скалу. Все торопливо похватали маты и вывалились наружу.

– Ты!
– позвала она последнего.
– Принеси дров.

Аскет низко поклонился.

Оставшись одна, Сестра Холодных Ночей оглядела темную, мерзкую пещеру и покачала головой: за что К'рул предпочитает эти забытые, пустынные места, было превыше понимания.
– К'рул!
– крикнула она, подняв лицо, - Приди ко мне! Проклятие! Ты знаешь, почему!

Вероятно, значимость вопроса была столь велика - или пламя гнева столь горячо - что ей пришлось ждать ночь, день и еще ночь. За время бдения дрова подносились усердно, она замечала все растущую толпу аскетов, отшельников и пилигримов - все стояли, разинув рты, у входа.

Она ходила у костра взад и вперед, не садясь, сжимая руки за спиной, тревожно посылая чувства на поиски возрожденного присутствия. Но всё было тихо. Как не похоже на них!

Сестра Холодных Ночей развернулась - и он был тут, сгорбился под грязным капюшоном перед жалким огнем. Женщина чуть не наткнулась на бога ногой.
– Вот и ты! Ты предвидел это? Да?

Голова под капюшоном качнулась.
– Да, Сестра.

– Телланн пробужденный?

– Да. Я...

– Худшее из того, что я могла бы вообразить?

К'рул умоляюще воздел руки.
– Прошу, Сестра. Выслушай меня...

Сестра Холодных Ночей сложила руки на груди, резко кивнув. Подавила гнев, но сила ее была столь велика, что пламя вспыхнуло, а пол под ногами задрожал. Камни полетели с рваного свода, пыль выплеснулась из устья пещеры.

Со стороны толпы донесся ропот восторга.

– Сестра, - начал К'рул, - уверяю, наше согласие были искренним. Мы решили, что пора оставить позади ветхие вендетты и священные войны. Знаю, тебя особенно волновали Джагуты, оставшиеся равнодушными к уговорам.
– Он восхищенно качал головой.
– Они... сложный народ. Но спроси себя: можно ли окончить конфликт, если одна сторона скрывается?

– Это был мир!

К'рул снова покачал головой: - Всего лишь передышка.

Сжимая руки, она сердито оскалилась.
– Это катастрофа для всех рас. Возрождение древних конфликтов. Не обманывайся! К'чайн и Форкрулы заметили, будь уверен!

– На то и надежда. Никто не посмеет остаться в стороне. Перемены всегда трудны и рискованны - но лишь так можно двигаться вперед. Согласна?

– Польется кровь.

– Да. Неизбежно. Под вопросом судьбы всех - моя в том числе.

Сестра скептически подняла бровь.
– Даже твоя? Трудно поверить.