Размах Келланведа
Шрифт:
Юноша уныло кивнул.
– Да, Искра.
– Вы должны уважать ученых и мудрецов. Да, мой король?
– Да, Искра. Мне стыдно.
– Не передо мной извиняйтесь, мой король. Извиняйтесь перед Фроолом.
Прерывистый вздох заставил всех поглядеть на главу Канов.
– Король, - зарычала старуха, - не извиняется.
Айко скрестила руки на груди, глянув на дряхлую аристократку, и согласно кивнула.
– Возможно. Но человек чести извинится.
– Она выжидающе глядела на Чулалорна.
Паренек разрывался между
Ученый побледнел пуще, поднес руку к горлу.
– Правда... нет нужды... мой король весьма великодушен...
– Оставьте нас!
– прошипела леди Серенна. Взмахнула веером на весь зал.
– Оставьте нас! Вы все уходите! Сейчас!
Последовала весьма неблагородная суета, и помещение опустело. Остались только охранники, Серенна, Айко и юный король. Учителя вывела стража.
Вдова Серенна сурово взирала на Айко. Затем перевела мрачный взор на Чулалорна.
– Король приказывает?
– резко сказала она.
Паренек кивнул.
– Да...
– Повелевает подданными?
Чулалорн моргнул, неуверенно покосился на Айко, но кивнул.
– Да.
Леди Серенна, похоже, расслабилась; негодующе поглядела на Айко.
– Танцовщица-с-мечами, - возгласила она, - вы подвели моего племянника, короля Чулалорна Третьего. Ваша некомпетентность давно и серьезно тревожит меня, заставляя сомневаться в вашей способности исполнять долг.
Айко опустила руки, ей вдруг стало нехорошо.
– Вы не имеете права...
– Верно, - согласилась леди Серенна.
– Однако, - веер указал на Чулалорна, - король имеет.
Паренек смотрел на них в полном смущении.
– Чулалорн, - пояснила Серенна, - личная стража служит лишь вашей прихоти. Вы можете уволить любую, если пожелаете.
Подопечный метался взглядом между ними, хмурясь. Наконец он понял, и уголки рта опустились.
– Но...
– Будьте королем, - велела леди Серенна.
Слезы потекли по щекам юноши, он ломал пальцы. Умоляющие глаза искали помощи или руководства; вид его мучений разбил сердце женщины.
Она торопливо пала на колено, сказав: - Прошу позволения оставить службу, мой господин.
Он кивнул, ища слова. Хриплый голос был едва слышен.
– Позволяю.
Встав, Айко в последний раз поклонилась юноше и развернулась кругом, не уделив взгляда старой карге. Нет, она не даст этой ящерице ощутить удовлетворение.
Двери резиденции Канов захлопнулись за спиной. Она посмотрела в небо, моргая от слез. "Глупо вышло, Айко", подумала женщина. "Очень глупо".
Уволившись, она потеряла право на покои во дворце, так что поскорее собрала скудные
Заканчивая паковаться, она обернулась и обнаружила, что на нее смотрит, сложив руки на груди, регент Мойсолан. Она кивнула, сановник ответил вздохом и покачиванием головы.
– Могу нанять вас в дворцовую стражу, - предложил он.
– Нет. Я не вынесу пребывания здесь.
– Она потрясла головой.
– Мне жаль. Но они давно завидовали вашей близости с королем. Полагаю, нужно было вас предостеречь, но, - пожал он плечами, - всегда казалось, что время не подходящее.
– Мойсолан снова вздохнул.
– Они не могли дать человеку со стороны слишком много влияния... никак не могли.
Она заметила, что он был довольно добр. Не добавил: "А ты сама напрашивалась".
– Что будете делать?
Она шевельнула плечом, схватила суму.
– Не знаю. Может, пойду в армию.
– Вы? В пехоте? Вряд ли.
– Или еще куда. Не знаю.
Он отстранился от косяка, на лице задумчивое выражение.
– Слушайте. Будьте на связи. Я могу попросить помощи у кого-то со стороны. Кого вы не знаете.
Она понимала, что сановник хочет помочь, но ее распирала злость. Злость на треклятый дворцовый политес, жалкие пляски ради влияния и фавора. А она-то мнила, что стоит выше всего этого.
Да, больше всего она злилась на себя.
Айко признательно склонила голову.
– Да, спасибо. я только... Я не уверена. увидим.
Он протянул руку, и они пожали друг дружке запястья, как ветераны. Айко двинулась через все сады к главным вратам дворца. По дороге попадались танцовщицы-с-мечами, те, что не были на постах. Они смотрели издалека, и не одна не пожелала подойти.
Понятно, почему. Отставка. Позорная отставка.
Лучше умереть на службе, чем пережить такое. Она оказалась у высоких, роскошных дверей, стражник чуть приоткрыл одну створку.
Снаружи она замялась. Даже свет здесь казался более ярким и резким. Дверь лязгнула, закрываясь за спиной. Шум, грохот и суета города накатила со всех сторон; Айко сощурилась, морщась, прикрывая глаза ладонью.
Поняв, что впервые в жизни у нее нет долга, нет обязанностей. Нет... цели. И некуда идти. Единственным достоянием стал довольно тощий кошель. Она шагнула на оживленную улицу, давая городу влечь ее куда ему, городу, угодно.
***
Через три дня после катастрофической попытки поступить в Гвардию Грегар, окончив наряд, уселся играть с товарищами в "плошки". Лия подошла и коснулась плеча рукой.
– К тебе гости, - сказала она почти неслышно.
Глупая шутка умерла на губах - он увидел, что сержант кажется очень серьезной. Грегар подозвал Харая.
– Ты со мной.