Размах Келланведа
Шрифт:
– Кто там?
– спросил он у Лии.
Она ответила странным, оценивающим взглядом.
– Увидишь.
Грегар равнодушно пожал плечами. Что угодно, только бы разбавить скуку ожидания. Всякие претензии на активную осаду давно угасли, солдаты выполняли рутинные гарнизонные обязанности. Тем временем силы скапливались; казалось, каждый князек, герцог, барон и мелкий рыцарь к востоку от Кауна желал получить долю славы. Союзники Гриза получили противников в более чем изрядном числе. И наоборот.
У лагеря Желтоха под моросящим дождем стояли двое, закутанные в длинные багряные плащи.
Алый Принц поклонился Лие: - Благодарю.
– Та вежливо склонила голову и отвернулась, вероятно, скрывая румянец, как подумалось Грегару.
– Благодарю и вас за то, что решили встретить меня.
– Почему бы нет?
– озадаченно сказал Грегар.
Юный воин - вероятно, не старше самого Грегара - казался удрученным.
– Ну, мой отец не был с вами особенно учтив.
Грегар пожал плечами.
– Он был прав... мы зря тратили ваше время.
К'азз и Кел-Бринн одновременно закачали головами.
– Нет, - сказал К'азз, - вас окатили помоями, и это нехорошо. Вы должны простить отца - он верит, что каждый человек, что хоть раз держал в руке меч, мечтает вступить в Гвардию.
Харай потер шею, сильно морщась.
– Кажется, он прав.
Грегар оглядывался на проходивших миом солдат. Они оставались довольно далеко, но наверняка понимали, что может означать визит густо-красных плащей.
– Ну... что мы можем сделать для вас?
К'азз кивнул, становясь серьезнее.
– Я же говорю, что пришел извиниться от имени Багряной Гвардии. Я... мы, - указал он на Кел-Бринна, - хотим сказать, что отказ оставить товарищей пред битвой демонстрирует, что вы наделены нужными Гвардии достоинствами. Верность. Дружество. Честь.
– Юноша неловко пошевелил плечами.
– Мы должны были не обижаться, а приветствовать вас. Да, именно это чувствую я и очень многие. Так что приглашение в силе. Кто знает, возможно, в будущем вы захотите отыскать нас.
– А ваш отец?
– Он будет ворчать, - пробормотал Кел-Бринн, - но Зурат замолвит словечко.
Грегар вздохнул, удивляясь своей неуверенности. Что тут сказать?
– Э... примите благодарность...
– Вы не будете плохо думать о нас?
– спросил К'азз.
Грегар чуть не рассмеялся. Неужели его мнение может кого-то волновать?! Махнул рукой: - Боги, нет. Вовсе нет.
Юноша победно улыбнулся и отдал честь, прижав кулак к груди.
– Отлично. Может, еще увидимся.
Грегар неловко согнул спину.
– Ага. Может.
Гвардейцы ушли. Головы сидевших у костров поворачивались вослед. Грегар и Харай недоуменно переглянулись. Грегар почесал голову.
– Ты что-нибудь понял?
– Думаю, он был искренен. Думаю, он восхищен твоим решением остаться с ротой. Хотя будь уверен, идиот, тебе это еще аукнется.
Грегар дал приятелю тумака.
– Просто встану за тобой, и всех делов.
– Должен сказать, что это не поможет.
В лагере их встретила взволнованная Лия, она постукивала пальцами по рукояти новенького меча.
– И в чем было дело?
Грегар и Харай снова переглянулись,
– Нам просто предложили попробовать еще. В будущем.
Сержант заметно повеселела.
– Отлично.
– Отлично?
Она вздрогнула и оскалилась: - А то! Отлично для роты! Все ожидают, что ты будешь нести знамя. О чем я могу еще?
Грегар потер подбородок, озадаченный ее реакцией.
– Точно... Как скажешь.
– Чертовски точно!
– зарычала она.
– Впрочем, у нас новости. Утром или через день мы снимаемся с осады и двигаемся на восток, туда, где учились.
– Идем на битву, да?
– сказал Харай.
Уголки рта юной женщины опустились.
– Там соберутся все. В богами проклятую кровавую баню.
Глава 15
Не успев вздохнуть и подумать, Танцор метнул клинок в Ведьму Джейдин. Метательный нож свернул в сторону у ее лица, как-то отклоненный; Джейдин удивленно подняла брови.
– Ты быстрый, - признала она.
– Достал бы меня, не будь я готова.
Келланвед продолжал озирать пещеру, в которой больше ничего и никого не было. Он разочарованно качал головой.
– Итак, это всего лишь старое сиденье.
Хитрая кривая улыбка не сходила в губ ведьмы.
– Нет. Куда большее. К несчастью для вас.
– Она вытянула руку, как бы подзывая кого-то.
– Восстаньте.
Пол усеивал толстый слой пыли и мусора; и по зову ведьмы прах пришел в движение. Волоски на шее Танцора поднялись в атавистическим страхе. Формы начали слепляться из вихрей пыли. Как и положено Костяной Армии, прах стал костями, и перед ними явились пять - не скелетов, но сухих, мумифицированных трупов. Плоть еще цеплялась к костям, словно охряные лохмотья одежды. На четверых были громоздкие шлемы из кожи и звериных черепов, пятый в гнилом кожаном доспехе; тяжелый клинок у бедра был явно вырублен из единого куска коричневого кремня. Темные провалы глазниц взирали на Танцора, пустые, но всё же наделенные разумом и сознанием.
Забыв про годы тренировок, схваток и самодисциплины, Танцор застыл в отвращении и восторге. Перед ними показались воплощения старых ужасных легенд - что он мог сделать? Но прошел миг, и он снова приготовился действовать. Они стали плотью, сухой и чем-то закаленной, но плотью. Это не привидения, не духи, которых не коснуться ножом. Так он утешал себя.
– Воззрите, - крикнула Джейдин.
– Вот армия древних Т'лан Имассов.
Один из явившихся заговорил - бездыханные, гортанные слова рождались некоей магией, самой его сущностью. Впрочем, Танцор не смог понять этих слов. Похоже, недоумение отразилось на лице, ибо выходец повел рукой - сухие связки, кость и кожистая плоть - заговорив снова.
– Мы Т'лан Имассы Логроса, поставленные охранять трон. Я Тем Бенасто, Гадающий по костям.
– Он указал на остальных.
– Ульпан Нодоша, Тенаг Илбай, Ай Эстос и Онос Т'оолан.