Размах Келланведа
Шрифт:
И без того узкие глазки Торло сощурились пуще, отчего он еще сильней стал напоминать стервятника.
– Кто? И за сколько?
Тарел вымученно улыбнулся. Конечно же, Торло, жалкий торговец, все сводит к деньгам.
– Я прослежу за всем. Цена названа смешная. Всего лишь разрешение встретить его здесь.
Леди Элейна вжала морщинистую шею в плечи.
– Здесь? Он уже здесь?
Тарел с трудом изгнал с лица недовольное выражение, хотя так хотелось рявкнуть на старую дуру: "Не сейчас, карга!" Он лишь сказал
– А точнее?
– спросил адмирал.
Тарел кивнул, отмечая уместность вопроса. Пора перейти к главной теме ночной встречи. Он откашлялся.
– Когда сестра начнет вторжение.
Четверо сообщников недоверчиво заохали.
– Все адмиралы согласны, что малазане еще далеко не готовы, - заявил Кареш.
– И вообще не станут вторгаться. Мы считаем, что они начнут набеги на континент ради денег и материалов.
– А мои агенты доносят, что пираты усердно готовятся именно к таким набегам, - дополнил Кобей.
Тарел подождал, пока все не успокоятся.
– Вы не знаете мою сестру. Она лишена и следов жалости. Она явится за мной, знаю. И...
– Он обвел четверых одним жестом, - придет за теми, кто вступил в союз со мной.
Элейна вздохнула, глядя ему в лицо.
– Пора забыть ее, мой король. Она никто. Продалась столь гнусным союзникам - вообразите, ассасину и темному магу! Теперь она их служанка. Рабыня.
Однако Тарел понимал, что не может "просто забыть". Как не может передать четверым болванам все, что узнал о ней. Ни один из них не рос в правящей семье. Ни один не видел, как старый король склонялся к уху Грюмсюрет и шептал имя - и вскоре названный человек исчезал, или случайно ломал шею, или его убивали разбойники по пути домой.
Она была убийцей с самого начала. Кинжалом в правой руке короля-отца.
Но никто этого не замечал. Лишь он. Лишь наблюдательный Тарел. Он-то видел всё и всегда.
И потому ударил первым, дабы взять трон. Так было надо. Вопрос самосохранения. Пока она жива, его жизнь стоит не дороже корзины тухлой рыбы.
Ни один из этих раззявивших рты глупцов не способен понять...
Он широко повел рукой: - Она придет, знайте. Нужно приготовиться. А пока... с вашего позволения...
– Он дважды хлопнул в ладони и обернулся к углу сумрачной комнаты.
– Гостья.
Темнота стала чернильным мраком. Леди Элейна застонала, ибо боялась колдовства. Лорд Кобей недовольно заворчал. Затем воздух колыхнулся, будто ветер разбил окно. Пыль полетела по комнате, задребезжали бокалы на столе.
Из сумрака вышла немолодая женщина в длинных одеяниях. Волосы лежали потрясающей серебристо-седой гривой, суровое загорелое лицо походило цветом на старое дерево. Однако самым удивительным были ее глаза, мерцавшие, будто осыпанные крошками серебра.
Тарел протянул руку, приветствуя ее: - Дамы и господа, позвольте представить Ведьму Джейдин, ужас южного Итко Кана.
Ответную улыбку гостьи можно было принять за гримасу голода.
***
Танцор
Уже не легендарные, вспомнил он. Обломки одной они нашли в Тени.
Нет, его беспокоила неопределенность ситуации. Не напрасно ли они тратят время? Не придется ли бродить вечно, ловя ветер в поле? Может быть, Келланвед наконец соскользнул с обрыва безумия и одержимости?
Но как найти ответы на такие вопросы? Кого спросить? Уж точно не Келланведа.
Итак, три дня они шагали в относительной тишине, примерно на север, перебираясь через горные утесы. Постепенно местность сгладилась, горы стали холмиками. Ночами он всматривался в звездное небо - намного более яркое, чем в городах. В расположении звезд была некая тонкость и сложность. Прежде он даже не видел... Может быть, астрологи не совсем неправы, заверяя, будто в звездном месиве скрыты важнейшие тайны.
На третью ночь он не сдержал беспокойства, прокашлялся и повернул голову к партнеру. Тот сидел, возложа ладони на трость, и созерцал костерок.
– Ты хоть знаешь, чего мы ищем?
– спросил ассасин.
Келланвед не шевелился - вполне возможно, опять задремал. Впрочем, ответ донесся весьма скоро.
– Когда увижу, узнаю.
Вот такие нелепые ответы и убивали в Танцоре всякое желание задавать свихнувшемуся приятелю вопросы.
– Нам действительно пора вернуться. Не знаю, далеко ли...
– Близко, - буркнул поддельный старичок.
– Рядом. Я чувствую.
Танцор поднял бровь. Этот тип редко бывал столь ранимым. Похоже, тоже ощущает тревогу. И Танцор расслабился: давить сильнее не нужно. До поры.
Была зима, и утром вокруг образовался густой молочный туман. Одеяло, в которое закутался Танцор, покрылось серебристым инеем. Он встал, огляделся. Келланвед так и сидел сгорбившись, опираясь руками о набалдашник короткой трости.
– Келланвед?
Голова приятеля сонно дернулась, он заморгал.
– Как?
– Затем взгляд скользнул в сторону, погружаясь в туман, маг встал лицом к востоку. Теперь и Танцор ощутил это. Он не был магом, но научился чувствовать открытие активного Садка.
Туман был не совсем естественным.
Словно ощутив пробуждение пришельцев, напустивший морок позволил ему рассеяться. Клубящиеся полотнища разошлись, выцветая и показывая банду конников-сетийцев, человек двадцать.
Они носили впечатляющие украшения и хорошо вооружились. Волчьи хвосты свешивались с копий, на шеях болтались ожерелья из зубов волчьих и кошачьих. Первый, самый пожилой по виду, восседал на сером в яблоках жеребце. Плечи окутывал белоснежный меховой плащ, к рукояти каменной палицы прилепились бунчуки, тоже белые.