Размах Келланведа

Эсслемонт Иан Кэмерон

Лия открыто, хотя почти неслышно смеялась.
– Твой дружок прав. Он спас тебе жизнь.

Грегар сердито поморщился.
– Спас? Меня? Не понимаю, как - я буду тут стоять всю богами клятую ночь!

– Могло быть хуже, - сказала Лия.
– Намного хуже.

– То есть?

Лия уже не веселилась. Она отвела глаза, щурясь под надоедливым дождем.
– Порка. Палки. Клеймо. Отсечение руки. Тюрьма. Виселица.
– Подбородок указал на шатры, светлые на фоне угрюмого неба.
– Все, что помстится старшим. Мы живем и умираем по их прихоти.

– Не я, - сказал Грегар

сквозь стиснутые зубы.
– Не я.

***

Приказ разойтись пришел лишь после того, как рыцари и высшие офицеры поочередно прогулялись по полю, сопровождаемые толпами помощников, оруженосцев, слуг и конюхов. Лишь потом собранным пехотинцам позволили уйти на бивуаки. Была уже глубокая ночь.

Все покинули поле, кроме одного. Грегар стоял, высоко держа знамя Желтоха. Промокший и продрогший до костей, он не смел присесть и сгорбиться ради тепла, зная - треклятый сержант мигом объявится. Ему не хотелось радовать негодяя.

Одиноко стоя посреди широкого вытоптанного поля, он смотрел на пику и длинным мокрым знаменем, привязанным сразу под острым наконечником. Оказывается, это оружие - лишь очень длинная палка. А он умел драться длинными посохами и палками, предпочитая сразу две. И тогда он начал пробовать, размахивая, делая выпады, пытаясь отражать вероятные атаки полукруговыми движениями и даже обращая древко за спину. Замах оружия впечатлял. Казалось, он может достать любого конного противника. Грегар улыбнулся, оглянулся - Лия стояла за спиной с озадаченным видом, в руках была завернутая в тряпку посудина.

– Чем ты занят, ради Бёрн?
– спросила она с интересом.

– Пробую.

Она подняла бровь.
– И точно. Ну, держи.

– Что это?

– Ужин.

– А мне разрешено?

Ответная улыбка была заговорщицки кривоватой.
– Тейган ведь не запрещал.

Грегар фыркнул.
– Вот осел.

Лия передала миску, Грегар развернул - найдя полкаравая грубого хлеба и кусочек сушеного мяса. Пока он ел, она потирала руки от холода, говоря: - Не злись так на Тейгана. Он здорово дерется ради нас и стоит впереди. Думаю, просто крик - единственный способ сделать из нас солдат, какой он знает.

Грегар вежливо фыркнул.
– А как Харай?

– Спит как убитый. Почему он здесь? Такая жизнь явно не для него.

– Долгая история.

Она подняла руки, сдаваясь.
– Хорошо. Не мое дело.

– А ты? Как насчет тебя?

Она подняла плечи: - Нас было трое, осталась я одна. Родители постарели. Денег нет. Когда люди барона приехали, требуя оброк и налоги, у меня не осталось выбора.

– Прости.

Она снова шевельнула плечами.
– Так было почти со всеми. Но не с тобой. Ты не селянин.

Он сказал с полным ртом: - Нет. Я ученик каменщика.

– Свободный ремесленник? Что ты тут забыл?

– Снова долгая история.

Она недоверчиво покачала головой.
– Ну, ты устроил невыгодный обмен, поверь.

– Ничего особенного. Стоять тут не так уж плохо.

– Завтра будет по-другому. Поход. Гриз и союзники наконец зашевелились. Мы идем следом.

Он поглядел в ночное небо.
–

Чудесно. Но зачем мы вообще нужны?

– Мы расходный материал, дружок. Мы просто встанем на пути конной атаки, чтобы удержать клочок земли или заслонить выбитых из седла господ.

– Что? Защищать эти задницы от смерти?

Лия казалась почти потрясенной.
– Нет! Не от смерти. От выкупа. Нас убивают, а господ берут в плен и выкупают.

Грегар не готов был верить. Вытер руки о грязное сюрко.
– Едва я подумал, что худшего оскорбления быть не может, как...

Лия подмигнула ему и вернулась в лагерь.

Вскоре показался сержант. Он выглядел удивленным, найдя Грегара на ногах, и сердито махнул рукой, заворчав: - Иди спи.

Грегар отдал честь и побрел в палатку. Ноги затекли и жестоко зудели.

***

Тарел, король Напанских островов, одиноко бродил по пустым холлам прибрежной крепости, традиционной резиденции правителя. Он всегда ходил один, не особо доверяя охране: многие люди, как подозревал он, предпочли бы видеть на престоле сестру.

Нет. Не подозревал, а был уверен.

Итак, этой ночью он мерил торопливыми шагами сырые каменные залы, не умея успокоиться. Наконец он добрался до нужной двери, резко открыл ее и ввалился внутрь.

Огляделся в тусклом свете ламп, увидев ближайших союзников в правящем совете Напов. Точнее, самых продажных и запуганных, глупых и сервильных стариков. Тут была леди Элейна из семьи Реванна, готовая на все ради сохранения аристократических привилегий и наследных богатств. И Торло из торгового дома Торло, купленный не дороже любого из контрабандных товаров. Лорд Кобей из семьи Медалла, чьи непристойные привычки позволили Тарелу подмять его под пяту. И верховный адмирал Кареш, повелитель всего напанского флота - надменный дурак, рангом, положением и богатством обязанный лишь воле короля.

Леди Элейна развернулась к нему, наставив покрытыми старческими пятнами руку.
– Что теперь, Тарел? Вы послали лучшие отряды, и ради чего?

– Командор Клементе приняла всю ответственность за неудачу. Сейчас она сидит в тюремной камере.

– Она из знатной семьи, - заметил лорд Кобей. Объемистое пузо заставляло голос звучать как из бочки, чем он с удовольствием пользовался.

– О, заткнись, идиот!
– рявкнула Элейна.

Торло, ныне старейший из Совета Старейшин, воздел хрупкую руку, требуя тишины.
– Возможно, мы сумеем перекупить темного мага, о коем она...

– Сомневаюсь, - ответил Тарел.
– По всем докладам, он желает лишь власти. Но вы, Торло, подошли довольно близко к истине.

– Как это?
– спросил адмирал Кареш.

– Этот маг может стать их уязвимостью.

Леди Элейна недоверчиво повела рукой.
– Почему? Все согласны в том, что он наводит ужас.

Тарел кивнул, соглашаясь.
– Именно. Маги - племя завистливое и надоедливое. Многие не терпят соперников. Репутация множит число его врагов.
– Он скрестил руки на груди, поглядел влево и вправо. "Назад пути нет".
– Кое-кто связался со мной, она готова будет бросить ему вызов.