Рапсодия
Шрифт:
Он делает довольно длительную паузу и смотрит мне в глаза.
— Попросить тебя быть моей парой.
Наверное, я самый ужасный человек в мире, потому что от его слов меня бросает в дрожь. Не от приятных чувств.
— Э-э-э. — Я не могу отодвинуться от него, пойманная в ловушку рук. Сейчас, он действует по-звериному. Илай, в основном, открыто проявлял чувства, но никогда не был таким… никогда не сходил с ума от необходимости отметить и заявить свои права на меня.
Мой взгляд скользит к окну, за которым наступают сумерки.
— Нам
Его грудь дрожит от рвущегося наружу рычания.
— Я не хочу об этом говорить, Калли. Не хочу анализировать свои чувства к тебе. Хочу услышать твоё согласие и затем трахать, пока ты не начнешь повторять мое имя, как заклинание.
Вот как этому мужчине удалось оказаться в моей постели в первый раз. Благодаря сексуальным манипуляциям. Или оральным… или он в курсе, в отличие от меня, как завоевать сирену.
— У меня есть кольцо, — говорит он, целуя меня в подбородок, пока его ногти превращаются в когти, затем вновь становясь человеческими ногтями. — Дерьмо, — ругается Илай, когда проглядывает его человеческая сторона, — всё не так, но просто будь моей.
Взрослый мужчина, настолько сексуальный, как Илай, просто не может говорить такое. Моё женское начало хочет возобладать над разумом.
— Пожалуйста, Илай, — говорю я, когда он трётся своей щекой об мою, помечая своим запахом. — Нам нужно поговорить об этом.
Стоп. Что я творю? Это не переговоры. Нечего обсуждать. Когда рвёшь отношения, ты не обязан объяснять почему, насколько бы дерьмовой ни была причина. Кроме того, я уже ему объяснила.
В его груди зарождается рык.
— Отлично, мы поговорим позже.
Он продолжает поцелуй с той животной страстью, с которой вошёл в мой дом. Только сейчас Илай свирепее обычного. Мужчина уступает зверю, как раз когда солнце заходит. Я не знаю, что предпринять. Я порвала отношения с этим мужчиной, а он ведет себя так, словно ничего не было. Я отстраняюсь на достаточное расстояние, чтобы сказать:
— Мы расстались.
— Я думал об этом после нашего разговора. — Он целует меня, затем снова отстраняется. — Какой бы парой я был, если бы бросил тебя, когда ты во мне нуждаешься?
Альфа в нём говорит, что разговору конец, на несколько мгновений я подчиняюсь. И зажмуриваюсь из-за его доминирующей ауры, той же самой, которую он излучал, когда обнял меня, а я просто не заметила. Он не может решить, что мы снова вместе. И даже если ему не претит тот факт, что я оказываю внимание двум мужчинам одновременно — а альфа никогда не согласится быть второй скрипкой — меня это не устраивает.
Он начинает скользить руками по моему телу. Всё происходит слишком быстро.
— Подожди, Илай, — говорю я. Но он не слушает меня, а слушает моё тело, которое наслаждается прикосновениями. — Илай, — повторяю я, даже когда сирена выходит на поверхность. — Его руки скользят в мои штаны и… — Илай, остановись. В моем голосе
Илай замирает, подчиняясь моему голосу.
Я заставила альфу подчиниться своей воле. Плохо, плохо, плохо. Но, что важнее, я просто зачаровываю Илая, мужчину, который заявил о своей любви ко мне, охотника за головами, который работает на стороне закона. Я поимела его всеми способами, но именно этот доставляет мне наслаждение.
— Ты… зачаровала меня? — Его голос становится грубее, словно хищник пытается вырваться на свободу.
Я сглатываю.
Я зачаровывала Илая раньше. Бывают определенные ситуации, когда это неизбежно. Но всегда действовала осторожно, не отнимая волю. А секунду назад именно это и произошло.
Стеклянные балконные двери позади меня разлетаются на осколки, и ночь заполняет комнату. С ней приходит угрожающая волна, настолько ощутимая, что волосы встают дыбом. Дес выходит из теней, каждый мускул в его теле напряжен.
— Ну, разве не милое зрелище, — говорит он, имея в виду нас двоих.
Илай рычит, так низко и грозно, что у меня начинают бегать мурашки, а рык направлен не на меня.
— Ты, — выплевывает он.
— Я, что, пёс? — бросает Дес, скрещивая руки на груди.
«Пёс?» Торговец просто предполагает, что Илай оборотень, или ему это точно известно? Я не говорила Десу об Илае, когда он просил рассказать об отношениях…
— Дес, — предупреждаю я.
Илай толкает меня себе за спину, словно Торговца сейчас мы должны бояться.
— Держись подальше от этого, Калли, — приказывает он. Теперь ясно, что именно в наших отношениях было не так. Илай принял на себя командование и решил, что я подчинюсь. С тем же успехом он мог потыкать в осиное гнездо палкой.
— Я не думаю, что ты в том положении, чтобы отдавать приказы, — говорит Дес. Затем склоняет голову. — Ты действительно думаешь, что кто-то вроде Каллипсо хочет от тебя что-то большее, чем член? — говорит он, делая шаг вперёд и ведя за собой ночь. Я чувствую, как притяжение магии Десмонда выманивает меня из-за спины Илая, который рычит громче с каждой секундой. — Что ты можешь дать ей кроме этого? — продолжает Торговец. — Интеллектуально стимулирующие беседы? — Его глаза скользят по шести футам неповоротливого, едва сдерживающегося оборотня. — Однозначно, нет. Уверен, она получит это в другом месте.
Рычание Илая становится настолько громким, что я могу поклясться, будто весь дом вибрирует.
— Если ты её тронешь… — Илай еле выговаривает слова. — Если положишь хоть одну руку…
Дес зловеще ухмыляется.
— Я уже дотрагивался до неё рукой. И ртом. И остальными частями тела…
Илай издаёт рык, его мускулы напрягаются. Думаю, что он собирается наброситься на Торговца, но вместо этого делает неуверенный шаг вперёд, его кожа покрывается рябью. Я никогда не видела обращений, но, Боже мой, вскоре увижу. Меньше чем через минуту Дес и я окажемся в ловушке в комнате с оборотнем.