Пятьсот пять
Шрифт:
— Уберите руки, господин Драгор! — прошипела она в ответ, так как тот, действительно, умудрился за какое-то мгновение положить свои ладони ей на талию.
— А если не уберу? — нагло ответил Рэнд и — это было совершенно невозможно! — уткнулся носом ей в шею.
— Я сейчас…. — из такого положения давать оплеуху было неудобно. — Я вас исцарапаю!
Мужчина отстранился, и Лас, было, подумала, что тот испугался, но нет. Возомнивший о себе невесть что секретарь веселился. А ведь не пожалуешься отцу — тот подумает, что она на талантливого (вот в чем только его таланты заключаются?!) сына его боевого друга намеренно наговаривает (а такое уже
— К сожалению, у меня сейчас не времени, но уже мечтаю о том моменте, когда отдам себя в ваши ручки, леди Ласинда, — заявил бесстыдник и скрылся прежде, чем его успела нагнать справедливая пощечина.
Неудивительно, что после такого девушка не могла поддерживать светскую беседу! Стараясь больше не думать ни о секретаре, ни о пятьсот пятом гарде, Ласси досидела до конца светского вечера и встала из-за стола одной из первых в надежде скрыться в своей комнате, но бабушка — не зря она была матерью главы тайной канцелярии — успела-таки ее перехватить прямо в коридоре.
— Что с тобой происходит, Ласси? — озабоченно спросила она, уводя девушку к небольшой кушетке у окна.
— Беспокоюсь по поводу исчезновений наших ребят, — выдала Лас частичную правду. Рассказать бабушке о гарде девушка, разумеется, не могла.
— Ох уж…. — леди Вивиан не договорила, видимо, сдержала крепкое словцо. — Дети нашлись. Не стоит так себя из-за этого накручивать.
— Но мы так и не знаем, почему они пропадали, и кто к этому причастен. А вдруг это произойдет снова? — Ласси, на самом деле, последнего опасалась больше всего.
— Не хочешь поговорить с отцом?
— Нет, — девушка ответила более резко, чем хотела.
— Что за упрямцы?! Оба! В кого только? — проворчала ее бабушка. — Я сама с ним поговорю!
— Но…. — вскинулась Лас. — У нас с ним договор!
— Да я про тебя и слова не скажу, — величаво махнула рукой леди Вивиан. — Не в первой мне хлопотать за твой приют. Что еще?! — вдруг грозно добавила она.
— Что? — Ласси, насколько могла, прикинулась овечкой. — «Неужели, догадалась?!»
— Неужели, ничего? — с подозрением спросила мать главного инквизитора королевства.
— Ничего, — изобразив легкую улыбку и полное отсутствие каких-либо тайн в лучистом взгляде, подтвердила его дочь.
— Ладно, — согласилась бабушка, вставая. — Тогда чтобы завтра ни бледности, ни этих красных пятен, ни сахара.
Стоило той выйти из коридора обратно в гостиную, как Ласси устремилась наверх. Времени на раздумья, тем более на обдумывание слов бабушки не было. Освежившись и переодевшись в тот же наряд, что и в прошлую ночь — времени выбирать что-то новое тоже не было — девушка выскочила на балкон, перемахнула через перила и, едва касаясь перчатками заступов в стене, спустилась вниз.
У дома номер семнадцать по Хант-стрит ее встретил тот же портье, который, молча, поклонился и пропустил девушку внутрь здания. На второй этаж она почти взлетела, лишь не секунду замерла перед дверью номер двадцать пять, а готовый вопрос вот-вот должен был сорваться с ее губ. Однако возникла небольшая заминка — Ласси не знала, как к нему обратиться. «Господин гард»? Показалось глупо. Или вовсе обойтись без обращения? Тогда невежливо.
Вот только за те две секунды, что Лас размышляла над этой дилеммой, невежливый гард, который сумел-таки обойтись без приветствий, оказался рядом и накрыл ее губы поцелуем, отчего возможности задавать какие-либо
— Девочка моя, — хрипло шептал он между долгими поцелуями, — нежная, сладкая, долгожданная.
И от этого шепота Ласси сама податливо тянулась к нему, позволяя все, лишь бы блаженное безумие не кончалось. Тем более что оказалось, настоящее безумство только начиналось. Как мужчина сделал так, чтобы ей не было больно, она не поняла, зато поняла, что заставляло ее восторженно кричать и биться в его объятиях, а его хрипло стонать и напряженно двигаться, крепко прижимая ее к себе.
— Ты придешь завтра? — прошептал он, когда девушка уже счастливо лежала в его объятьях, но еще не успела ужаснуться от содеянного. Лас вздрогнула и попробовала отстраниться, однако, ей не дали. Тем не менее, весь список вопросов, которые она хотела задать, да не успела, сразу же вспыхнул у нее в голове.
«Попросить о помощи? Или все-таки самой?»
— Нет, — остановившись на последнем варианте, произнесла Ласси. Она была бы не она, если бы перекладывала свои заботы на чужие плечи.
Пока она размышляла, ладони мужчины снова начали ее поглаживать от лопаток до бедер, но стоило ей выдать свой ответ, как замерли, сжав так, что даже попытайся она, из этого захвата не выскользнула бы.
— Почему? — глухо прозвучал новый вопрос. Лас невольно заерзала, вернее, попыталась, так как гард прижал ее к себе еще крепче.
— Мне нужно будет сходить кое-куда, по делам, — она решила быть честной, так как подозревала, что тот все равно за ней проследит.
— Каким делам? — в голосе мужчины звучало неприкрытое ревнивое подозрение, а Лас едва не ойкнула, успев подумать, что еще немного, и она окажется у него внутри. — Опять в Трешный переулок?
— И туда тоже, — призналась девушка и, пока ее снова не сжали, стала рассказывать про остальные исчезновения, свою уверенность в том, что это были похищения, и свой вывод, что необходимо разузнать подробности биографии родителей этих детей.
— Пока мы не узнаем, зачем их похищали…. — вдохновенно говорила она, но гард тут же ее прервал: — Последнему считывали память.
— Что?! Но как?! Мы приглашали лекаря, он проверял и не нашел на Марти следов магического влияния….
— Для того чтобы подобное найти, нужен специалист, а не аптекарь.
— Мэтр Дорез не….
— Неважно, никуда ты не пойдешь.
— Как это не пойду?! Пойду! Я так решила, — от такого нахальства первый вариант решения проблемы Лас окончательно отмела.