Пятьсот пять

Крутень Мария

— Почему? — только и спросила Лас, хотя вопросов было гораздо больше. Например, как кто-то узнал о демонстрации? Она же сама рассказала! Миранде и остальным девицам. Ну, держитесь!

— Потому что через вас попробуют обвинить вашего отца, — прервал Рэнд ее планы о мести.

— Но каким образом? Кому в голову придет обвинять в чем-то вице-канцлера?

— Уже нет. Час назад указом Его Величества ваш отец был лишен должности и всех полномочий.

Глава 8

— Ласси, ты должна уехать в Сарс, — голос отца звучал устало, и от этого еще тяжелее

было ему возражать. Его кабинет, в котором происходил разговор, был безжизненно пуст — и стол, и внезапно опустошенные стеллажи, и даже корзина для бумаг и та была пуста — только усиливая тяжелое чувство.

— Я не могу оставить приют, — тем не менее, она попыталась. Как и предсказывал секретарь, ее подруг отпустили в тот же день. Вроде бы обошлось, но происшествие сильно пошатнуло репутацию Эллис, а значит, и самого приюта, что могло привести к потере покровительства. Ведь одно дело — вызывающие акции протеста, другое — обвинение в подготовке покушения.

«И сидеть неизвестно сколько в поместье тоже не могу» — но это Лас добавила уже про себя. Отца ей было жалко. Что именно произошло, Лас не знала, и ей, как всегда, не объясняли. Насколько она понимала по скудным имеющимся у нее сведениям, какие-то противники отца — то ли недовольные фабриканты, то ли еще кто-то — сумели-таки надавить на Его Величество. Что теперь будет, никто не знал. Пошатнувшееся положение семьи — это одно. По крайней мере, от этого была польза — к ним уже никто не ездил по вечерам. Вложенных средств было достаточно, чтобы и дальше жить за счет дивидендов, а если учесть, что не надо было более кормить нахлебников, то можно было и дальше финансово помогать приюту. Девушку больше беспокоило, не отменил бы Его Величество под давлением фабрикантов те указы, что сыскали ему такую популярность в народе.

— Они прекрасно справятся без тебя, — тут же возразил отец, не остановившись и продолжая мерить шагами кабинет, и сострадание к отцу у Ласси немедленно всего на чуточку, но уменьшилось. Может, тогда и он без нее прекрасно справится, внутренне кипела она, все еще стараясь сохранять внешнее хладнокровие.

— Мои неприятели — весьма нечистоплотные люди, — снизошел до небольшого пояснения лорд Бердайн. — Оставаться в столице может быть для тебя опасно.

— Я могу за себя постоять! — вскинулась девушка. Надо признать, случай с Сорелем Брантом определенно прибавил ей уверенности в себе.

— Можешь, — отец продолжал ее удивлять все больше и больше. — За себя можешь. А за всех своих воспитанников? — Ласси побледнела и ухватилась за спинку ближайшего кресла. — Уверена, что не попытаются снова ударить по ними?

Аргумент был серьезный, даже убийственный. По крайней мере, дискуссию, которую Лас могла развернуть, он сокрушил на корню.

— Отец, все настолько серьезно?

— Достаточно серьезно, чтобы я опасался за твою жизнь, — ответил тот. — Это уже не шутки, Ласси, — он остановился перед девушкой и взял ее за плечи. — Игры, в которые играла твоя бабушка, закончились.

— А ты?! — последнюю его оговорку она, разумеется, заметила, но в тот момент ее больше волновало другое. — На тебя же тоже могут напасть!

— Я справлюсь, девочка моя, за меня не беспокойся.

— Ты же знаешь, кто это, не так ли?

— Ласси, дорогая, ты достаточно умна, чтобы знать, что у такого человека

как я достаточно врагов, и я не могу их не знать, — отец отпустил ее плечи и направился к выходу из кабинета, показывая, что считает разговор оконченным.

— Это одни из них, да? — Лас все-таки решилась упомянуть о том, что узнала из подслушанного разговора. — Один из тех, кто еще несколько дней назад толпился в нашей гостиной? А может и не только в гостиной! Теперь, когда он знает тут все, он может…..

— Милая, у меня много дел и нет времени на разговоры. Когда все успокоится, мы с тобой обязательно все обсудим, — лорд Бердайн уже выходил из кабинета. — А сейчас собирай вещи, отъезд уже через два часа.

Опять он все за нее решил и позвал лишь для того, чтобы поставить в известность! И в том, насколько истинны высказываемые им опасения, Лас уже не могла быть уверенной. Однако согласие на отъезд было ею дано. Немного помог смириться с отбытием из столицы тот факт, что бабушка отправлялась с ней, но вот то, что с ними собрался и Рэнд, вызвало возмущение.

— А он здесь зачем? — может быть, излишне громко спросила она у старшей родственницы, когда отцовский секретарь забрался вслед за ними в экипаж. Со времени инцидента в арке под счетным домом прошло почти три дня, и все это время девушка старательно о нем не думала, а самого секретаря, снова зачастившего к ним в дом, еще более старательно избегала.

— Лорд Бердайн поручил мне сопроводить вас до Сарса, леди Ласинда, и обеспечить вашу безопасность в дороге, — отвесив легкий полупоклон, сухо ответил тот. Ласси оставалось только в очередной раз помянуть недобрым словом неприятелей отца. К счастью, экипаж оказался достаточно большой, чтобы им не пришлось сидеть рядом и даже смотреть друг на друга.

— Вы будете обеспечивать нашу безопасность в одиночестве? — хмуро поинтересовалась она, не выдержав молчания.

— Не беспокойся, дорогая, нас сопровождает полдюжины гвардейцев, — ответила за секретаря бабушка.

— И господин Драгор?

— И господин Драгор, — подтвердила леди Бердайн. Ласси бросила очередной гневный взгляд на навязанного сопровождающего. Отец в опасности, а его ближайший помощник покидает столицу! Ведь для сопровождения можно было выбрать кого-нибудь другого! Например….. Но это было уже не важно. Гарды наверняка и были задействованы в обеспечении безопасности отца. Или нет? Раз отец снят с должности их главы, то теперь те вынуждены подчиняться другому. Значит, отец все-таки остался один! Лас снова забеспокоилась и посмотрела на бабушку. Та, в отличие от девушки выглядела спокойно. Ласси была уверена, что бабушка знала больше нее, но спрашивать у той в присутствии Рэнда ей не хотелось.

Оказалось, что до Сарса им предстояло добираться на самоходках, что должно было значительно сократить время путешествия. Паровым экипажам было запрещено появляться в больших городах из-за сильного дыма, который те создавали, зато передвигались те значительно быстрее конных повозок, и время пути до отцовского поместья на самоходке составило бы всего только трое суток. Пересаживались в самоходки в предместье. Те уже пыхтели паром и, казалось, были готовы мчаться вперед на своих огромных колесах. Однако требовалось перенести багаж, и за те несколько минут, которые это заняло, Ласси успела задать свой вопрос бабушке.