Путь домой
Шрифт:
Последние несколько часов Сарек провёл, готовя себя к предстоящему, давая себе возможность подумать о своих успехах, избавиться от сожалений. И теперь он жалел лишь об одном: не оставалось энергии, ни один канал связи не оставался настолько чистым, чтобы он мог отправить послание Аманде на Вулкан. Он написал ей, но сомневался, что она когда-либо получит написанное. Всё, что он хочет сказать ей, навеки останется несказанным.
– Сэр! – повернулась Джэнис Рэнд к Картрайту. В окне сквозь струи дождя проглянуло её
– Изображение! – сказал Картрайт.
Сарек перенёсся из призрачного мира размышлений в реальный мир вокруг. Изображение на экране было таким же смутным, как его отражение, и слова Кирка едва пробивались сквозь треск. Внезапно изображение совершенно пропало, в ответ на резонанс зонда.
– Резервную энергию спутников, – сказал Картрайт. – Немедленно.
Экран мигнул, очистился, снова замерцал. Сарек разглядел Кирка, очертания мостика клингонского боевого корабля… и на заднем плане смутный силуэт – несомненно, вулканца; несомненно, Спока. Кирк что-то говорил, но треск помех заглушал слова.
Он возвращается на Землю, подумал Сарек. Всем кораблям запрещено приближаться к Земле. Но вместо того, чтобы повиноваться приказу, он возвращается. Ему было приказано вернуться на Землю. Но вместо того, чтобы ослушаться приказа, он возвращается.
Джеймс Кирк не может оставаться в стороне, когда гибнет его родная планета. Но Сарек знал также, что нет никакого логического способа спасти её. Клингонский корабль попытается уничтожить зонд и погибнет сам. Значит, Кирк и все его товарищи тоже погибнут.
– Анализ показывает… – сказал Кирк. Голос его то усиливался, то пропадал совсем. Затем послышались странные крики, свист и стоны. На миг Сарек подумал, что это зонд, но тут же понял, что это не так. – Сигналы зонда… По мнению капитана Спока… уничтоженные животные… горбатый кит… правильный ответ…
Изображение и голос исчезли, но Сарек уже ухватил суть объяснения, которое дал Спок намерению зонда. И старший вулканец почувствовал, что к его хладнокровию примешивается чувство гордости.
– Стабилизировать связь! – выкрикнул Картрайт. – Резервную мощность!
– Вы слышите меня? – Голос Кирка прозвучал ясно. Изображение сфокусировалось. – Звёздный Флот, если вы слышите меня, мы попытаемся совершить прыжок в прошлое. Мы рассчитываем траекторию…
– Что, во имя неба…? – спросил главнокомандующий.
Связь оборвалась.
– Резервную мощность! – хрипло повторил Картрайт.
– У нас не осталось резервной мощности, – отвечал офицер связи.
Сквозь завывание ветра, шум дождя и рокот волн прорвался стон измученного стекла. Сарек понял, что именно собирается сделать Кирк. Среди безумного отчаяния план обладал элементом рациональности.
– Удачи тебе, Кирк, – сказал Кирк. – И
Швы не выдержали. Стекло лопнуло, брызнув острыми осколками. Последнее, что помнил Сарек, были крики ужаса, ледяные струи и завывания ветра.
Глава 5
С экрана слепило Солнце. «Баунти» несся прямо на него. Свет сделался настолько ярким, что экран приглушил его, создав искусственное затмение. Вокруг звезды сияла корона раскалённого газа.
– Никакого ответа с Земли, – сказала Ухура. – Солнечный ветер слишком силён. Мы потеряли контакт.
– Может, оно и к лучшему.
Искусственная гравитация на корабле ослабела. Нагрузка на импульсные двигатели не проходила даром. Солнечная буря тянулась к «Баунти», норовя захватить корабль, несшийся к самому краю короны.
– Компьютер готов к запуску, адмирал, – сказал Спок.
– Наша цель во времени? – спросил Кирк.
– Конец двадцатого века.
– Несомненно, Вы способны дать с большую точность.
– Не с этим компьютером. Мне пришлось запрограммировать кое-какие данные исключительно по памяти.
– И много этих данных?
– Наличие компонентов горючего, изменение массы корабля при движении сквозь время на релятивистских скоростях, а также вероятное местонахождение горбатых китов. В данном случае, Тихий океан.
– И всё это Вы задали по памяти?
– Да, – отвечал Спок.
Стоявший рядом Маккой возвёл очи горе.
– Да охранят нас ангелы господни.
– «Гамлет», – сказал Спок. – Акт первый, сцена четвёртая.
– Мистер Спок, – произнёс Джим с некоторой резкостью, – ни у кого из нас нет ни малейших сомнений в Вашей памяти. Запускайте компьютер. Приготовиться к варпу.
Зулу проверил готовность.
– Готов, сэр.
– Мистер Чехов, щиты.
– Подняты, адмирал.
– Да будет удача к глупцам благосклонна, – сказал Кирк тихо.
– Вергилий, – сказал Спок. – «Энеида». Но цитата…
– К чёрту цитату, Спок! – вскричал Кирк. – Запускайте компьютер! Мистер Зулу – варп!
Корабль рванулся вперёд. Свет солнечной короны стал мерцающим. Корабль нёсся сквозь спектральные линии, и по мере того, как нарастала частота волн, свет становился из жёлтого резким бело-голубым, а затем – фиолетовым.
– Варп два, – сказал Зулу.
«Баунти» содрогался от варпа, от магнитного поля, от солнечной гравитации.
– Варп три…
– Хорошо, так держать, – сказал Джим.
– Варп пять… варп семь…
Щупальце короны дотянулось до корабля и, ухватив, безжалостно сжало его.
– Я не уверен, что корабль выдержит, сэр! – голос Скотта звучал из интеркома отдалённо и слабо. Корабль отчаянно боролся за жизнь.
– Отступать поздно, Скотти, – сказал Джим.
– Сэр, температурная защита на максимальном уровне!