Путь домой

Макинтайр Вонда Н.

Зулу встал. Мальчик побежал дальше.

– Что всё это значит? – спросил Маккой. – Кто это?

– Это, доктор, – сказал Зулу, всё ещё глядя мальчику вслед, – был мой прапрапрадедушка.

Маккой тоже посмотрел вслед мальчику.

На другой стороне улицы Джим толкнул дверь и вошёл в антикварный магазин. Уличный шум не доносился сюда. Когда глаза привыкли к неяркому освещению, он стал осматриваться. Увиденное поразило его. В его время такие вещи почти невозможно было найти, ни за какую цену. Время слишком сильно сказалось на них.

– Чем могу служить, джентльмены?

Владельцу магазина на

вид можно было дать лет сорок. Длинные седеющие волосы были собраны сзади. Джиму показалось, что одежда его относится к более раннему периоду, чем современный – возможно, тоже антиквариат, для гармонии с магазином. На нём были широкие голубые брюки, выцветшие и в заплатах, кожаные сандалии и жилет, достойный, по мнению Джима, занять место в музее. На лице у него были круглые очки в золотой оправе.

– Что Вы скажете об этом? – Джим вытащил из кармана собственные очки. Они были похожи на те, что носил владелец магазина, но прямоугольные. Блеснули покрытые сеточкой трещин стёкла.

Антиквар благоговейно взял их, осмотрел со всех сторон и тихонько присвистнул.

– Красивая вещь.

– Старинная?

– Да, восемнадцатый век, Америка. Весьма ценные.

– Сколько Вы дадите за них?

– Вы уверены, что хотите продать их?

– Уверен. – В действительности ему совершенно не хотелось с ними расставаться, но у него не оставалось выбора. Сейчас было не до сантиментов.

Антиквар стал осматривать их более тщательно, поднимая дужки и проверяя оправу. Пройдя в угол, он взял лупу и принялся изучать выгравированную на внутренней стороне дужки крошечную надпись.

Спок наклонился к Кирку.

– Разве это не подарок от доктора Маккоя на день рождения?

– И снова станет его подарком, – сказал Кирк. – В том-то и прелесть. – Он направился к антиквару. – Сколько?

– Они стоили бы больше, будь линзы целы, – отвечал тот. – Но, может, я сумею заменить их. Понадобятся некоторые исследования… – Он снова стал смотреть на очки. Джим видел, что он хочет их. – Даю Вам двести баксов. Цена окончательная. Соглашайтесь или отказывайтесь.

– Это много? – спросил Джим.

Антиквар бросил на него косой взгляд.

– Думаю, это честная цена, – сказал он с вызовом. – Но если не хотите… – Он протянул Джиму очки.

– Мой компаньон не собирался ставить под сомнение Вашу честность, – вступил в разговор Спок. – Он… довольно долго… пробыл далеко отсюда, а я только приезжий. Я не знаком ни с ценами, ни с местным диалектом. Что такое бакс?

– Бакс – это доллар. Вы знаете, что такое доллар?

Ни Спок, ни Кирк ничего не ответили.

– Денежная единица добрых старых Соединённых Штатов Америки. На доллар можно купить почти галлон бензина, по крайней мере, в эту неделю; или же буханку отличного хлеба; или же выпить пива, если удачно выберете бар. Либо вы, ребята, долго не бывали в наших краях, либо… мы с вами, случаем, в шестидесятых не встречались?

– Не думаю, – сказал Спок.

Кирк почувствовал, что разговор уходит в сторону.

– Двести долларов нас вполне устроят, – сказал Кирк.

– А вы не хотели бы продать пряжку с Вашего ремня? На ней есть дата, или она сделана сейчас? Я никогда не видел ничего похожего, но она кажется мне интересной.

Предложение было соблазнительным, но Кирк и так уже достаточно

рисковал, продавая очки. Маккой в своё время отдал отшлифовать линзы, чтобы подогнать их под зрение Джима. Джим не представлял себе, что может выявить исследование этих линз, но сильно сомневался, что результаты покажут что-либо похожее на технологию восемнадцатого столетия; точно так же, как металл, из которого сделана пряжка его ремня, вряд ли сможет сойти за сплав, употреблявшийся где-нибудь в девятнадцатом-двадцатом веке.

– Нет, – сказал Кирк. – На ней нет никакой даты. Я… не думаю, что она сколько-нибудь ценная.

– Ну, нет так нет. Сейчас я выпишу вам чек.

Джим последовал за антикваром в глубину помещения. Антиквар сел за красивый письменный стол чёрного дерева, вынул из ящика небольшую книжку в металлическом спиральном переплёте и отвинтил колпачок авторучки.

– На кого выписывать?

– Простите?

– Ваше имя, мистер? – антиквар нахмурился. – Мне нужно знать Ваше имя, чтобы выписать Вам чек, для того чтобы Вы могли получить свои деньги.

– А не могу я просто получить деньги? – спросил Джим.

Антиквар повернулся к нему, положив руку на спинку стула.

– Послушайте-ка, у Вас есть на них какие-нибудь бумаги? – с ноткой подозрения спросил он, указывая на очки, поблёскивающие на столе.

– Бумаги? – недоумённо переспросил Джим.

– Ну, расписка от того, у кого Вы их приобрели? Что-нибудь, что доказывало бы, что они принадлежат Вам? Я никогда не имел дел с краденным, и, чёрт подери, не желаю начинать.

– Они не краденные! – сказал Джим. История, придуманная Споком, переставала действовать. – Они… были у меня много лет. Но у меня нет никаких бумаг на них.

– У Вас есть какие-нибудь документы? Удостоверяющие личность?

Кирк покачал головой.

– Я… э… потерял.

– А как насчёт Вашего приятеля?

– Я тоже потерял свои документы, – безмятежно ответил Спок. – Наш багаж был утерян при перелёте, поэтому мы очутились в теперешнем затруднительном положении.

Поведение антиквара резко изменилось.

– Что ж вы сразу не сказали? – уже другим тоном спросил он. – Вы прилетели из Японии? Всегда мечтал там побывать, да так и не собрался. Я долгое время жил в Азии – Непал, Тибет, ну и Вьетнам, только я стараюсь об этом не рассказывать, а то люди так и ждут, что я вот-вот достану из кармана косяк, понимаете? Ладно, – коротко оборвал он сам себя, завинтил колпачок ручки, спрятал чековую книжку в ящик стола и пристально взглянул на Джима. – Знаете что?

– Что? – переспросил Джим, отнюдь не уверенный, что хочет это знать.

– Лучше этим очкам не быть краденными, мистер, потому что я не хочу никаких проблем ни с копами, ни с наркоманами. Ни с федералами. Федералы хуже всего, и я не желаю больше иметь с ними никаких дел. Так что если вы пудрите мне мозги и на самом деле вы двое – любители кайфа из высшего общества, грабящие своих богатых друзей, чтобы раздобыть очередную дозу, это на вашей совести, вы меня поняли?

– Я Вас понял, – сказал Джим. Он уловил основной смысл сказанного, хотя детали и были непонятны. – Эти очки не краденные. – Джим надеялся, что это правда. Ему вдруг пришло в голову, что на протяжении своей долгой истории очки вполне могли когда-нибудь быть украдены.