Пуленепробиваемый
Шрифт:
Но что насчёт Хейли?
— Твоя толстовка была покрыта… маслом или чем-то тёмным. Что именно произошло между тобой и Хейли? — У меня нет доказательств, что он вообще что-то сделал. Поэтому я не хочу делать поспешных выводов.
— Я не хотел ничего говорить, но мы вроде как переспали. Я снял толстовку, и какой-то мудак, должно быть, уронил её в грязь или что-то в этом роде. Какая разница, если она испачкана? Я просто рад, что ты в порядке. — Его ответ кажется достаточно честным, и в его глазах читается вина за признание в том, что он переспал с
Я скрещиваю руки и закатываю глаза.
— Ладно. Но я всё ещё зла на тебя. — Его глаза загораются. — И ты мне должен ответы, — добавляю я, приподнимая осуждающе-недоверчивую бровь.
Грэм смеётся и трёт бороду.
— Чего-то другого я и не ожидал. Спасибо, Брайар. Может, поедем в город, выпьем кофе, пока ты будешь меня допрашивать? За мной.
Я усмехаюсь и позволяю плечам расслабиться. — Мне очень не помешает.
В кафе так же приятно, как и в первый раз. Атмосфера тёплая, пахнет кофейными зёрнами и ванилью. Столы пусты, если не считать одного человека в дальнем конце у окон, который яростно печатает на ноутбуке.
— Думаю, ты должен мне объяснение, — бормочу я, сдувая пар с латте. Погода постепенно становится холоднее, что мне очень нравится. Сегодня — один из последних тёплых дней лета. Слава богу, у меня снова появилась связь. Это первое, что я сделала в воскресенье утром после вечеринки на прошлой неделе. Хотя это предоплаченный план, но это лучше, чем ничего.
Мне всё ещё нужно зайти в продуктовый магазин и поблагодарить Хейли за то, что она сказала мне, куда обратиться. И хотя Грэм сказал, что его толстовку испачкал кто-то другой, я всё равно беспокоюсь и буду чувствовать себя лучше, только когда увижу её сама. Я оставила толстовку в подвале, на стиральной машине. Даже просто её присутствие в доме вызывает у меня тревогу, потому что что, если он врёт и это кровь?
Грэм неохотно кивает и проводит рукой вниз по шее.
— Я собирался поговорить с Хейли и… Ну, одно привело к другому. Мы раньше встречались, и я просто хотел узнать, что она имела в виду, когда сказала тебе быть со мной осторожнее… Очевидно, тот разговор пошёл в другом направлении. К тому времени, когда я вспомнил, что ты ждёшь меня, я не мог найти свою толстовку, а потом нашёл тебя с Романом.
Я сужаю свои осуждающие глаза.
— Приятно слышать, что я была просто досадной помехой.
Он морщится.
— Блять. Нет, ты не помеха. Повторяю: прости.
Я вздыхаю и делаю глоток кофе.
— Всё нормально. Со мной случались вещи и похуже. — Наступает момент тишины, когда мы оба снова делаем по глотку. — Можно спросить тебя кое о чём? — говорю я серьёзным тоном.
Грэм смотрит на меня задумчиво, будто знает, что я собираюсь спросить.
— Чем ты ещё занимаешься, кроме помощи на ферме моего дяди? —
Он откидывается на спинку стула и наклоняет голову с лёгкой ухмылкой.
— Брайар, не суй свой нос туда, куда не следует. — Его акцент лёгкий и обезоруживающий, хотя это, блять, точно звучит как предупреждение, если я когда-либо их слышала.
Я опускаю чашку и смотрю на него секунду, пытаясь решить, хорошая ли идея спросить его прямо.
— Ты, ну, знаешь, занимаешься чем-то плохим по работе?
Грэм наклоняется вперёд и собирается что-то сказать, когда входная дверь распахивается и входят двое мужчин.
— Привет, Брайар! — Тейлор поднимает руку в знак приветствия и выглядит чересчур жизнерадостным после того, как я видела его неделю назад. Моя кровь стынет в жилах. Почему он и Гейл зашли и направились прямо к нашему столику? Откуда они вообще узнали, что я здесь?
Мои глаза мгновенно переключаются на Грэма. Его челюсть сжата, он неторопливо и долго отпивает из своей чашки. Но я никогда раньше не видела, чтобы чей-то тёмный взгляд так быстро заменил доброту в глазах. Воздух искрит от напряжения. Не того, где не знаешь, кто кого ударит первым, а того, где фальшивые ухмылки имеют зловещий подтекст.
Гейл внимательно наблюдает за ним, прежде чем бормочет мне:
— Пошли, Брайар. Мы уже опаздываем, потому что тебя не было на ферме.
Мои брови мгновенно поднимаются.
— Куда это? Я никуда с вами не пойду.
Тейлор перестаёт улыбаться и переглядывается с Гейлом.
Грэм медленно встаёт и скрещивает руки.
— Есть проблема? — говорит он спокойным, но опасным тоном.
Гейл, который всего на дюйм ниже Грэма, кладёт руку на плечо работника фермы и сжимает.
— Будет, если ты попытаешься сделать что-то глупое, Сазерленд.
— Грёбаные говнюки, — ругается Грэм, сверкая на них взглядом, пока те двое выжидающе смотрят на меня.
— Либо мы выйдем вместе, либо вынесем тебя на руках, милашка. — Тейлор улыбается как псих, и я, к сожалению, понимаю, что он не шутит.
— Всё нормально, Грэм. Поговорим позже. Мой телефон работает, так что я напишу тебе, когда доберусь до дома. Твой номер всё тот же, что был приколот на холодильнике моего дяди?
Грэм кивает, всё ещё выглядя взбешённым и так, будто он может попытаться помешать им забрать меня.
Я хватаю свой напиток и радуюсь, что взяла его в стаканчике на вынос, а не в кружке. Тейлор мычит, когда закидывает руку мне на плечи и выводит на улицу. «Бенц» Романа припаркован у входа, и хотя я не вижу сквозь тонированные стёкла, я знаю, что он там. Раздражает видеть ту же машину, что стояла у дома в ту первую ночь, и теперь меня заталкивают в неё.
Я не могу поверить, что он уже вернул её после проигрыша. Что он сделал? Вырвал кому-то зубы? Я вздрагиваю, когда в моей голове проходит слишком реалистичная картина того, как он это делает. Это ненормально, что я могу представить его за этим занятием.