Психи
Шрифт:
Джованни смотрит на сына сверху вниз, в его глазах горит ярость, но он знает, что тот прав. У парней нет надежды поймать парня, если они застряли в своем замке. Не то чтобы там действительно было кого ловить, но что-то подсказывает мне, что у парней есть способы обойти своего отца.
— Прекрасно, — наконец говорит Джованни, заставляя мужчин вокруг него обеспокоенно посмотреть в нашу сторону. — Вы получаете полную свободу действий до конца недели, и если вы не сможете завершить свою миссию до этого времени, вы будете страдать от последствий.
— В таком случае, — говорит Роман, вставая,
Не говоря больше ни слова, Леви и Маркус встают по обе стороны от меня, Маркус обхватывает пальцами мой локоть и тянет меня за собой. Роман разворачивается и выходит из комнаты, а мы трое следуем за ним, в комнате за моей спиной царит мертвая тишина.
Я не могу не оглянуться, глядя на взволнованные лица гостей, которые остаются позади.
— Вы уверены? — Я слышу, как один мужчина спрашивает Джованни. — В последний раз, когда ваши сыновья получили полную свободу действий в городе…
— Повторения прошлого раза не будет, — огрызается Джованни, его голос отражается от стен позади нас, когда его взгляд снова падает на мой. — Они знают о последствиях выхода за рамки дозволенного. Они бы не осмелились рискнуть этим снова.
Маркус сжимает меня крепче, практически вытаскивая из столовой, и делает большие шаги, чтобы не отставать от Романа. Ни слова не произносится, между нами, пока мы не пролетаем через впечатляющий парадный вход и не закрываем за собой двери внедорожника.
Двигатель с ревом оживает, и когда Роман нажимает на газ, его жесткий взгляд встречается с моим через зеркало заднего вида.
— Какого черта хотела Ариана?
Я выгибаю бровь. — Важно не это, — выпаливаю я. — Что, черт возьми, произошло в прошлый раз, когда вы, придурки, получили полную свободу действий в городе? И почему ты не расспросил своего отца о своей матери?
— Сейчас было неподходящее время спрашивать о ней, только не во время деловой встречи. Сначала нам нужно суметь загнать его в угол, и в прошлый раз, когда у нас была полная свобода действий, ничего не произошло, — объясняет Маркус. — Это было просто недоразумение. Это в прошлом. Чего хотела Ариана?
— Почему это важно? — Спрашиваю я, бросая взгляд на Леви. — Она хотела, чтобы я ее трахнула, но я сказал ей, чтобы она раздвинула ноги перед мужем. — Я издаю стон и оглядываюсь на Романа. — Какого черта ты не сказал мне, что она была твоей школьной подружкой? Что, черт возьми, здесь происходит? Дорогой папочка забирает твою девушку, затем убивает Фелисити. Я следующая?
— Конечно, ты, блядь, следующая, — выплевывает он, вырываясь через главные ворота, у него едва хватает терпения дождаться, пока они полностью откроются. — Как ты думаешь, почему я был так непреклонен в том, чтобы мои братья держали свои грязные руки подальше от тебя? Он собирается использовать тебя против нас. Это только вопрос времени.
— Но ты же не позволишь этому случиться, верно? — Требую ответа я, переводя взгляд с одного на другого. — Ты был совсем ребенком, когда он забрал у тебя Ариану. Ты не можешь позволить ему так поступить со мной.
Роман сжимает челюсть, когда неловкая тишина заполняет
— Этого не случится, — наконец говорит Маркус. — По крайней мере, пока. У нас еще есть время, и если мы будем держать тебя вне поля его зрения, то все будет в порядке.
— Ты полон дерьма.
— И что же ты хочешь, чтобы я сказал? — бросает он мне в ответ, в глубине его глаз плещется разочарование. — Он, наверное, вырвет тебе глотку, если ты посмотришь на него не так? Ради всего святого детка. Я пытаюсь облегчить тебе жизнь.
Я тяжело вздохнула.
— Мне следовало трахнуть его жену, когда у меня был шанс.
Леви смеется, прежде чем быстро подавить ухмылку, растянувшуюся на его лице. Настроение во внедорожнике сразу улучшается, и я закатываю глаза, глядя в окно, когда мир проносится мимо нас.
— Почему мы торопимся? У вас есть вся неделя, чтобы найти этого человека, которого даже не существует. Почему вы не можете просто выдумать какого-нибудь случайного дилера и сказать ему, что убили его?
— Зачем придумывать, когда мы можем просто подставить кого-то? — Говорит Маркус. — Но не это причина, по которой мы спешим. — Мои брови хмурятся, когда он оглядывается на меня, его глаза сверкают болезненным возбуждением. Дрожь пробегает по моей спине. — У нас есть для тебя сюрприз, и если мы не доберемся туда в ближайшее время, может быть просто слишком поздно.
34
Роман ведет внедорожник прямо к задней части замка, а затем заезжает в здание, похожее на старый гараж. Я нахмуриваю брови.
— Что это за херня? — Спрашиваю я, когда он замедляет движение, направляясь вниз по крутому пандусу, который приводит нас прямо под старый замок, только здесь ничто не выглядит старым. Вероятно, это одна из немногих частей замка, которая выглядит так, будто сильный порыв ветра не снесет ее. — Я думала, моя камера пыток находится под землей.
— Так и есть, — говорит Роман, фары машины бьют по холодным бетонным стенам и освещают наш путь вниз. — Но это еще глубже под землей.
— Ни хрена себе, — выдыхаю я, перебираясь на центральное сиденье, чтобы лучше видеть через лобовое стекло, мое бедро прижимается прямо к бедру Леви. — Что у вас здесь внизу?
Маркус ухмыляется и смотрит на меня, его глаза опасно сверкают.
— Разные вещи, но только об одной тебе нужно знать.
Я закатываю глаза, уже измотанная дерьмовым деловым ужином, на котором я только что присутствовала. С момента нападения прошло всего несколько дней. Я устала и у меня все болит. Я бы все отдала, чтобы забраться обратно в постель и проглотить еще пару таблеток. У меня действительно не хватит терпения выслушивать его извращенные игры сегодня вечером.